тетерева и некоторые из примкнувших к ним бородатых эльфов заметно бурлили негодованием. Встряхнувшись от раздумий, спросил у тетеревов — считают ли они справедливым то, что сами ничего целый день не делали, а хотят получить ужин раньше тех, кто работал с самого рассвета. Мой вопрос вызвал пассивно-агрессивное недоумение — никто из них просто не понял, в чем суть претензии.
Ладно, пытаться объяснять бесполезно — проще стену в теннис обыграть. Но и накалять обстановку не стал, тетерева мне нужны. Сообщив, что еду они получат после работавших сегодня весь день, я оставил пыхтеть негодованием заметно поредевшую возмущенную общественность и двинулся к другой стороне площади, откуда послышались громкие голоса.
Посмотреть здесь было на что — от северной стены в сопровождении держащихся чуть поодаль двух дозорных горделиво шла Лиза, грациозно вышагивая на высоких каблуках. Похоже, условность местной физики — по лесу в таких сапогах бегать проблематично, Екатерина Дмитриевна недавно по полю каблуками землю протыкавшая подтвердит. Да и вообще целый день на каблуках провести сложно, но у Лизы с этим никаких проблем не заметно. Хотя главным конечно было не это — у ног красноволосой эльфийки двигались два серебристых волка, каждый из которых нес в пасти по несколько зайцев. Добычу волки положили у ворот кухонного корпуса, после чего Лиза демонстративно потрепала одного из волков за холку, отпуская царственным жестом. Сорвавшись с места, серебряные волки умчались, заставив дозорных отшатнуться.
— О, это что, шаурма? — послышался звонкий голос Лизы.
Показав довольной собой девушке большой палец, я озадачил Розенкранца узнать, как именно и на каком уровне подчинения она приручила волков. Отработавшие весь день жители уже собирались за столами, общий ужин начинался. Оставив Варрона за старшего, попросив Эрику еще пару слов сказать напутствием — опыт у нее есть, сам направился в башню. Ужин подождет, надо с аванпостом вопрос решить — открыл я карту и засел за управленческим меню. Тетерева слишком токсичные, нужно их поскорее удалять отсюда, но при этом нельзя ошибиться с расположением аванпоста.
В Кодексе имелось упоминание, что центральный гексагон в кластере не так богат на ресурсы, как сопредельные. Это место для жизни, здесь всего понемногу, а вот экономически выгодно осваивать окраины. Хотя какие ресурсы в болоте, тоже вопрос. Со слов Эрики, Саботаж в ближайшее время ничего осваивать вообще не собирался, рассчитывая на поставки с Земли через метаверс и просто набирая население. Это как оказалось и был их главный план процветания, а что поставки могут прекратиться навсегда они даже думать не думали.
После напряженных размышлений первый аванпост я решил возвести на стыке северной и северо-восточной границ, чтобы контролировать пустоши и болото. Не нравится мне эта странная серая пелена и болотная хмарь — оттуда явно стоит ждать неприятностей и скорее всего где-то именно там сейчас бродит сотня ренегатов. Сдуру туда в поиск соваться нежелательно, а вот с гноллами в саванне нужно разобраться как можно скорее, пока у нас небольшое преимущество в людях. Которое, из-за необходимости в бесполезных детях леса, совсем скоро сойдет на нет.
На третьем уровне развития города можно основать первый аванпост, на четвертом — еще два. Если поставить их треугольником у угловых стыков границ соседних гексагонов, все границы нашего центрального будут условно прикрыты. Но это только когда здесь появятся еще пятьсот жителей — для перехода на четвертый уровень нужно восемьсот десять по спискам. То есть еще два аванпоста будут не раньше, чем через месяц при самом лучшем раскладе.
Вызвал Доцента — главного в дозоре, дал задание подготовить своих бойцов к выходу ранним утром завтра. Предупредил об этом же Розенкранца и две группы вернувшихся следопытов, ходивших к северным и южным границам. Погрузившись в планирование, засиделся до темноты и даже забыл о еде — отвлекла Эрика, поднявшаяся ко мне с двумя подносами. Живот сразу потянуло голодом, настолько все аппетитно выглядело.
Обратил внимание, что накрученная для меня эльфийская шаурма отличалась от тех, что выдавали остальным — заметно красивее и аккуратнее, да и фруктовый десерт глаз радовал. Приятно. Голубой виноград кроме прочего стал точкой интереса, чтобы не смотреть на тело Эрики под полупрозрачной белой туникой, которую она вновь надела. Может быть она не видит, но у серебристой ткани оказалось удивительное свойство — под светом луны она становится прозрачной. Вчера мы всю ночь провели на первом этаже под сводом галереи и это не было заметно, а вот сейчас, когда луна заглядывает в окно, стало сюрпризом.
Надо бы Эрике об этом намекнуть, но чуть позже — поблагодарив ее за заботу, уже приступил к шаурме. Пару суток уже не ел нормально, так что поужинал с удовольствием. Эрика, чтобы меня не смущать, отошла к окну. Стояла она под серебристым лунным светом спиной ко мне и невесомая ткань туники оказалась почти не видна, будучи похожей на легкое марево.
— Эрика?
Смуглая красавица обернулась — судя по открывшемуся виду, на ней сейчас как будто лишь босоножки с оплетающими ноги ремешками, серебряный широкий пояс, браслет и придерживающая волосы диадема.
— Ты знаешь, что под лунным светом твоя одежда просвечивает? — осторожно поинтересовался я. Опустив взгляд, Эрика почти сразу прикрыла грудь руками, только сейчас осознавая особенности наряда.
— Пойду подносы на кухню отнесу, — отвернулся я от смущенной красавицы.
После того как сходил в кухонный корпус, нашел ужинающих вместе Варрона и Розенкранца. Отдал Рози во временное подчинение пятерку Доцента и дал задачу организовать дозорную службу на стенах с графиком дежурств. Дозорные попробовали было удивиться — учитывая необходимость быть готовыми к выходу завтра ранним утром, но узнали от меня что сон для слабаков. Помимо этого, два десятка следопытов я назначил группой быстрого реагирования, предупредив держать оружие рядом и быть готовыми в случае чего, а потом удалился, поставив задачу разбудить меня на рассвете.
В Белую башню быстро не попал — перед самым крыльцом меня поймала Арина. Сообщила, что уважаемого посла она с помощью Лориэль подлечила, но нахождение его в камере сейчас нежелательно.
— Почему? — поинтересовался я.
— Люди начинают волноваться, разговоры идут ненужные. Лучше его к остальным паразитам определить.
Паразиты — надо же, как она метко альпийских тетеревов обозвала.
— Если он сбежит, у города и у меня лично могут быть проблемы.
