это было вкусно! Серьезно, как простые кипяток, заварка и сахар могут создать что-то столь чудесное?
– Откуда? – спросила Кристина, приподнимая кружку.
– От меня, – ответил Дэнни. – У меня много скрытых талантов.
– Один из них – перемещаться в пространстве? Ты как тут оказался?
– Я решил ехать с вами, – пожал плечами шут.
– Вот так просто – решил, и все? А что, так можно?
– Не знаю, можно или нет, но я решил попробовать. И, как видишь, я все еще здесь.
– И Джордан тебя взял и запросто отпустил?
– Да я у него и не спрашивал.
Не зная, что на это сказать, Кристина сделала еще один глоток и оглядела трейлер. Джады с подружками не было, а Риона лежала, отвернувшись к стене. Да, с ней надо будет что-то делать…
Кристина сделала еще один глоток и усмехнулась.
– Как странно! Все так горели желанием попасть в «Обскурион», а кто-то оттуда, наоборот, сам уходит.
– Так уж и все? – фыркнул Дэнни.
– Ну хорошо, пусть не все. Но многие. А ты почему решил уйти?
– А мне у вас просто больше понравилось, – ответил Дэнни.
На его лице играла легкая улыбка, и слова были простые и легкие, но Кристина сразу почувствовала в них и глубину, и серьезный смысл, которые придавали им внушительную весомость.
Словно поняв, что Кристина заметила эту его серьезность, Дэнни тут же решил ее разбавить, добавив:
– Кроме того, ты сказала, что тебе будет жаль, если мы больше никогда не увидимся. И я не захотел тебя разочаровывать.
– Неожиданно! – с улыбкой заметила Кристина. – А что там за интересное, которое, ты говоришь, я пропущу?
– Во-первых, Кабар заперся в маленьком белом трейлере с клоунским лицом на боку и не выходит, бушует, с кем-то ругается и громит что-то внутри. И посылает трехэтажными конструкциями всякого, кто рискнет его побеспокоить. Во-вторых, сбитая байкерша показывает всякие чудеса на своем мотоцикле. А в-третьих, этот ваш Ковбой вот буквально только пришел в себя, и, похоже, его сейчас того и гляди задушат расспросами.
Услышав про Ковбоя, Кристина тут же соскочила с кровати. Ей было ужасно интересно услышать, что он расскажет!
В дверях трейлера она столкнулась с Мануэлем.
– О, проснулась? А я как раз за тобой шел, – сказал воздушный гимнаст, и его красивое лицо исказилось, когда он увидел Дэнни.
– Ты?!
– Он самый, – радостно подтвердил шут, не обращая внимания на очевидно агрессивный настрой Мануэля.
– Крис, иди пока одна, – процедил воздушный гимнаст, не сводя глаз со своего коллеги по бывшему цирку, – а нам с Дэнни нужно перекинуться парой слов.
Кристина перевела тревожный взгляд с шута на Мануэля. Нет, у них точно какая-то неприятная история, уходящая корнями в «Обскурион»! Но с этим она разберется потом. А сейчас ей срочно нужно увидеть Ковбоя!
* * *
– Ничего. Ровным счетом ничего, – повторил Ковбой.
Он не выглядел раненым, изможденным или даже усталым. Что бы с ним ни произошло за то время, пока он отсутствовал, он явно не страдал и не подвергался пыткам.
Ковбой оглядел разочарованно вытянувшиеся лица и пожал плечами:
– Я бы и рад развлечь вас какой-то невероятной историей, но правда – нечего рассказывать! Последнее, что помню, – мы с Графиней едем по дороге к городу, а потом картинка выключилась. И включилась сегодня утром, когда я проснулся в своем автобусе… Я до сих пор не могу поверить, что меня не было несколько дней! И что вы нашли меня за много километров от того места, где я, как вы говорите, пропал.
Циркачи растерянно топтались и переглядывались. Что, и это все? Они ожидали какой-то невероятной истории! Разгадки страшной тайны! И, может быть, даже возвращения Графини. А в итоге получили только еще одну загадку, на которую нет ответа.
Ответа не было и на вопрос, куда им ехать дальше. Все понимали: получи Кабар новую афишу, он бы уже всем раструбил, что теперь он полноценный директор цирка. Но метатель ножей все еще не вышел из трейлера Сола.
Поняв, что продолжения не будет, артисты начали потихоньку расходиться.
– Прямо как прежде, – вздохнул Летун, проходя мимо и, как всегда, шаркая подошвами тяжеленных ботинок.
– Как прежде? – переспросила Кристина. – А что, такое с «Колизионом» уже было?
– Я имел в виду, что все снова как в прежней жизни, той, что была до цирка, – нехотя пояснил Летун и задумчиво почесал лоб под банданой. – Мы там тоже не понимали, куда движемся и зачем. Топтались на месте, не знали, как быть, и все ждали, когда же что-нибудь случится или кто-то придет и подтолкнет нас в нужном направлении. Вот уж не думал, что придется снова через все это проходить, только уже с «Колизионом».
Кристина задумалась: слова Летуна неожиданно сильно ее зацепили. И правда, они же теперь в цирке, а тот должен вести их вперед, по этой новой странной как бы жизни – разве не в этом его предназначение?
«Да он и поведет! – шепнул Кристине внутренний голос. – Только для этого мне нужно кое-что сделать, а не сидеть и не ждать, когда предназначение само сработает, когда судьба сама сдвинет с места и когда провидение само проведет куда надо».
Кристина нахмурилась и подавила тяжелый вздох. Ей не нравилось, что говорил внутренний голос, а еще больше не нравилось то, что он был частью ее самой, – и в глубине души она понимала его правоту. Так это в жизни и работает: ты не сможешь двигаться вперед, особенно к лучшему будущему, если ничего для этого не делаешь, потому что тебя останавливает необходимость взять на себя ответственность за свой выбор и свои действия. Она хочет, чтобы цирк вел их дальше? Значит, ей нужно пойти и получить новую афишу. А вместе с этим шагом принять уже наконец на себя ту ответственность, от которой ей так хотелось отмахнуться.
«Опять!» – вздохнула Кристина и закатила глаза. В который уже раз она завела эту песню о том, что ей надо принять ответственность! Надоело! Какая же она трусиха!
Кто-то с разбегу врубился в Кристину, она пошатнулась и едва не упала. А потом улыбнулась и взъерошила копну соломенных волос.
– Апи! Ты как? Нормально?
Не разжимая рук, сомкнутых вокруг ее талии, «обезьяныш» поднял голову и кивнул. Выглядел он и впрямь неплохо; во всяком случае, видимых, внешних следов вчерашний вечер на нем не оставил. Но кто знает, какие душевные раны остаются невидимыми? Потеря канатоходца наверняка стала для мальчишки сильным ударом.
– Крис, – услышала девушка.
– Да? – обернулась она и увидела подошедшего к ней Ковбоя.
– Мне, может, поделиться и нечем, но у вас, как
