цеплялась за него, чтобы не свалиться на землю. Через несколько минут, мы спрыгнули с последнего дерева перед мостом. А ещё через секунду, стало происходить невообразимое и ужасное. Лес позади нас начало засасывать куда-то в пространство, словно в пылесос.
— Беги, Мята, не останавливайся! — скомандовал Шан, толкая меня перед собой.
Мы рванули вперёд, мост все сильнее раскачивало, от страха мне казалось, что он никогда не закончится. В горле пересохло до боли, я будто перестала чувствовать собственные ступни.
— Только не смотри назад, беги! Беги, детка, ещё немного! — подгонял меня шосс.
Я и не собиралась смотреть назад, мне и без того было страшно. Сердце вот-вот грозило оторваться и поскакать впереди меня. Когда перед глазами замаячила земля и перепуганная морда Гарона, Шан прокричал ему:
— Улетай Гарон, мы выберемся следом! Мята, держись так же крепко, как в лесу! — на ходу обращаясь в зверя, скомандовал уже мне.
Гарон обратившись взлетел в небо, а мы с шоссом понеслись в сторону ущелья. На мгновение я оглянулась назад и лучше б я этого не делала, буквально в паре шагов позади земля проваливалась в бездну. Мы еле поспевали уносить ноги. Я взмолилась всему святому, что есть во вселенной. Чтобы это наконец закончилось, а мы остались живы.
Шосс изменив траекторию бега, стал забираться на скалы, решил попробовать выбраться поверху, но не тут то было. Камни тут же начали рушиться, открываясь громадными кусками и падая вниз. Мы перепрыгивали с одного камня на другой, пытаясь не свалиться вместе с ними в пропасть. Гонка кажется и вовсе не собиралась заканчиваться, отпустив нас.
Впереди стоял густой туман из пыли, стало трудно дышать и не видно куда прыгать дальше. Я запаниковала, а мой шосс утробно рыча, не оставлял попыток нас спасти и двигался вперёд, то и дело срываясь с камней. Его когти один за другим обламывались, но он упорно продолжал цепляться за скалы, в какой-то момент начав помогать себе зубами. А я уже во всю рыдала, начиная верить, что нам не выбраться.
Секунда и мы сделав последний прыжок, кубарем полетели с крутого склона. Я всеми костями пересчитала камни попадающиеся на пути. Сломала руку и два ребра, но радовало, что регенерация у меня теперь отличная, заживет за пару дней.
Последний мой кульбит пришёлся мягким, на родную и такую удобную тушу, моего любимого шосса, который распластался секундой ранее у подножья склона. Так мы и лежали тяжело дыша, пока окончательно не пришли в себя и не осознали, что все закончилось.
Я подумала, какая же я дура, что собиралась пойти одна и прогоняла его. Без него я бы точно никогда не смогла выбраться. Он спас нас обоих.
— Гарон! — прокричал Шан, приняв свой обычный облик и ощупывая меня.
— Я в порядке, пара переломов, нестрашно. — заверила его.
— Прости, малыш. — виновато ответил мне зеленоглазый.
— Эй, ты чего? Все хорошо, мы оба живы. Кровь лимэ у нас. Только давай поскорее уносить отсюда ноги, пока ещё чего не приключилось.
— Да, ты права. Уходим.
Гарон, приземлился рядом с нами и мы оседлав его, взлетели в небо. Это был мой первый полёт верхом, я так залюбовалась, что даже боль в рёбрах перестала тревожить.
Обернувшись, увидела, что на том месте, где мы только что боролись за жизнь, было пусто и совершенно спокойно. Будто ничего и не было, лишь ущелье и скалы, а позади них вдалеке пустыня.
Кажется теперь тайник безвозвратно исчез и одному богу известно с чьей помощью. И я безумно радовалась, что мы все же выбрались оттуда живыми. Обернувшись к Шану, крепко его обняла, уткнувшись в его грудь лицом, он прижал меня крепче, поглаживая по спине, успокаивая.
Лететь, я вам скажу, было гораздо и гораздо быстрее, через несколько часов мы оказались на границе Каврона. Сразу же разбили лагерь, нужно было срочно вымыться, поесть и отдохнуть.
— Расскажи, как раздобыла кровь лимэ, не прекращая бой? — спросил меня мой зеленоглазый, наматывая на палец прядь моих волос.
Мне не особо хотелось говорить сейчас, когда мы разгоряченные лежали после занятия любовью. Снимали пережитый стресс, четвертый раз за ночь, если быть точным. Но зная любопытного Шана, лучше рассказать, а то не отстанет ведь.
— Я думаю это было, что-то вроде временной петли, созданной лимэ. В момент, когда ударила молния, пошла трещина, якаров засосало, а я и ты остались на разных сторонах. Ты пошёл искать путь ко мне, а я спустя время услышала зов лимэ, меня к ней привела бабочка. За свою кровь лимэ стребовала с меня в качестве платы какую-нибудь из эмоций. Я пожертвовала ей две, сомнение и отчаяние.
— Почему две? — задал Шан тот же вопрос, что и лимэ.
— Потому что кровь нужна для двух обрядов и я подумала, что будет справедливо, отдать больше. Так на всякий случай. — пояснила, переворачиваясь на бок и обнимая такое родное и тёплое тело шосса, — Потом я наполнила ее кровью флягу и вернулась в момент перед тем, как ударила молния. Шан, я так испугалась, что мы не выберемся. — с жаром прошептала, ещё теснее прижимаясь к нему.
— Тише, сладкая моя, все уже закончилось. — поцеловал он мои волосы, — Не думай больше об этом, спи. Я всегда буду рядом. Я люблю тебя.
— И я люблю тебя.
Шан обратился в демона, укрывая меня своими крыльями, так мы теперь спали. Так шоссы защищали свою пару во время сна. Этой ночью мне ничего не снилось, я провалилась в спасительный, безмятежный отдых. Утром Шан разбудил меня, когда завтрак был уже готов. Так крепко спала, что не почувствовала как он встал.
В Алакс мы добирались быстро, выбрав земному пути, полёт на Гароне. Как выяснилось, не летали мы раньше, в целях безопасности. В небе в полёте, сложнее разобрать возможную угрозу, объяснил мне Шан.
Когда мы приземлились во дворе замка, Диссон нас уже ожидал. Все необходимое для извлечения чёрного дара было готово, оставалась только кровь лимэ. При спасении лорда Роина, я не участвовала, помощи от меня все равно там никакой. И я уже третий день чувствовала себя ужасно, меня постоянно тошнило и мутило. Видимо все эти эмоциональные всплески, скачки во времени и пространстве давали о себе знать.
Шан и Диссон уже сутки возились с извлечением стрелы из тела отца, а я чтобы не скучать засела с тёплым пледом и каким-то романом в библиотеке. Кажется я крепко задремала, пригревшись в уютном кресле. Проснулась от негромких голосов рядом.
— Так эта девочка, твоя
