Достопочтенные хозяева если и колебались, то мгновение.
– Мы согласны, уважаемые гости, – хором промолвили и Правый, и Левый.
– Согласны на что? – бросила Мегана.
– Мы полностью берём на себя ответственность. Мы и только мы входим в Чёрную башню. Никто никого никуда не выманивает. Мы отдаём вам Разрушителя, связанного и с кляпом во рту. После этого Чёрная башня на пять лет полностью переходит в наши руки. Да, разумеется, в обмен на Разрушителя вы отдаёте нам Этлау, в целости и сохранности, живым и здоровым. Само собой, тоже связанным. Если вас это устраивает, давайте писать формальное соглашение…
– А разве устного недостаточно? – поднял брови Анэто.
– Храм Мечей порядок любит, – усмехнулся Правый.
Деваться было некуда. Мегана и Анэто скрепили своими подписями и личными печатями внушительного вида свиток, где дотошно перечислялись все взятые сторонами на себя обязательства. В числе прочего, чародеи обещали ничем не мешать воинам Храма, когда те приступят к выполнению своей части договора.
– То есть мы должны стоять и не вмешиваться? – гнев Меганы всё время порывался выбиться наружу.
– Совершенно точно, – поклонился Левый. – Стойте и ничего не предпринимайте. Осадную армию можно было б и распустить, но я знаю, что вы на это не пойдёте. Пусть стоит где стояла, только бы не мешалась под ногами у наших воинов. Да, и не беспокойтесь об открытии ваших тайных путей для воинов Храма – у нас свои дороги. Так же скрытые от вас, как и ваши сокрыты от нас.
…После долгого и церемонного прощания Мегана и Анэто отбыли восвояси, миновав всё тот же коридор почётного караула.
– Славную сделку ты заключил, Ан, нечего сказать! – зашипела Мегана, едва только врата Храма Мечей закрылись у них за спинами.
– Мег, прошу тебя… – поморщился Анэто. – Да, они оказались сильнее и хитрее, чем я думал. Но рассуди сама – что мы теряем? Если ассасины покончат с Разрушителем – да пусть себе копаются в Башне! Не разберут же они её по кирпичику, там, полагаю, даже и кирпичей-то не найти.
– И они высосут всё, что смогут! Из такого сокровища!
– Мег, милая, ты забыла главный принцип Храма Мечей? Сколько сотен лет они уже существуют? Пытались ли они когда-либо взять власть? Нет, нет и нет. Хотя возможностей и сил у них хватало. Их, как и нас, интересует знание. Что ж, значительная его часть попадёт в библиотеку Храма. Но они и так владеют великими тайнами – взять хотя бы их бойцов, что не знают поражений. Нет, Мег, если бы Храму нужен был этот мир – Эвиал бы уже лежал под их пятой.
– Ну и как всё это согласуется с твоими планами? Тремя, если я не ошибаюсь? – поддразнила чародея Мегана.
– Прекрасно согласуется, – невозмутимо отпарировал милорд ректор. – Ассасины сделают за нас всю работу. Нам останется только отпраздновать победу, предать Разрушителя обрядам экзорцизма, после чего торжественно сжечь при большом стечении публики. А Башня… Ну что же, в конце концов, пусть они выносят оттуда всё, что смогут. Нас больше интересуют вопросы универсального знания. Башня как таковая, а не возможные магические мечи и прочее. Сам Храм, кстати, насколько я знаю, никогда не прибегал к магическому оружию. Так что подождём. Зато теперь можно с легким сердцем тянуть время.
* * *
Осаждающая армия устраивалась вокруг Чёрной башни прочно, надолго, словно понимая, что стоять тут придётся самое меньшее до весны. Идти на штурм в лютый мороз, когда руки примерзали к копейным древкам, никому не улыбалось. Правда, полки здесь кормили пока что на убой. Мрачная ирония в том и заключалась, что при осаде такой крепости кормить как раз и могли только и исключительно на убой. Правда, об этом согнанные со всех концов Старого Света ратники предпочитали не думать. Двумя санными путями на Северный Клык постоянно гнали припасы, дрова и всё прочее; шлюх тоже гнали, поскольку даже Святой Престол на время решил умерить свой пыл в борьбе со жрицами любви – оторванным от очагов, семей, работ мужикам без баб просто никак. Более того, добровольно отправившимся «на холод» девушкам обещалось прощение и отпущение грехов. Несмотря на это, желающих приходилось собирать при помощи Инквизиции.
Сюда, на крайний север Эвиала, где даже летом не таял лёд в полярном океане, собрали самые разные отряды. И надменные, в тяжёлой броне имперские корпуса под гордыми орлиноголовыми штандартами – но увы, сейчас это была лишь тень истинных корпусов древней Империи, с победами прошедших весь Эвиал из конца в конец и обратно. Имперцы встали обширным лагерем в центре, укрывшись за возвышенностью от северных ветров. Оно и понятно – призрак могущества старого Эбина ещё был жив, перед ним ещё робели. Не все, конечно, но многие.
Напористая дипломатия Анэто, Меганы, но особенно Святого Престола, заставила древнюю Империю зашевелиться. И десятой части не осталось от прежнего числа прославленных корпусов, несмотря на сохранённые гордые имена: Первый Непобедимый, Второй Замекапский, Третий Аррасский, Четвёртый Кинтский, Пятый Салладорский и так далее. Тридцать три корпуса насчитывали имперские силы в годы расцвета, по десять тысяч боевой пехоты и конницы в каждом, да ещё вспомогательные войска, да ещё лёгкая пехота из иррегуляров, которых тогда и за солдат не считали. Нынешние корпуса – одна насмешка, чуть больше тысячи мечей. Конницу давно упразднили за ненадобностью. Пехота старого Эбина очень хорошо научилась сражаться против горячих конных варваров, которые всё равно не принимали боя и откатывались, стоило союзникам-федератам, тоже в конном строю, нажать на них чуть сильнее. Двадцать сотен так называемой гвардейской кавалерии Эбина оставались в столице – беречь священную особу его величества Императора.
Справа от имперцев, ближе к береговой черте, стояли эгестские бароны. Эти пришли охоткой – слишком уж близки оказались их лены к логову проклятого Разрушителя: а ну как с Эгеста он и начнёт, а в другие места даже и не доползёт? Это ведь ещё бабушка надвое сказала, а вот если Эгеста не будет…
Баронские дружины отличались лихостью. Они умели сражаться и в лесу, и в поле, в пешем строю и в конном, владели и копьём, и мечом, и луком. Вот только сражаться они привыкли с крестьянскими отрядами – года не проходило, чтобы в Эгесте не стряслось бы одного-двух восстаний. Состояли на попечении дружин и разбойничьи шайки; от столкновений с эльфами Нарна или Вечного леса бароны благоразумно уклонялись.
У самого уреза льда, на неудобное место выгнали наспех собранное ополчение всё того же Эгеста. Бароны не могли оставить свои замки, зная – в деревнях полным-полно озлобленных мужиков, только и ждущих момента, чтобы пустить своему хозяину красного петуха и разграбить замок. Поэтому самых буйных Святая Инквизиция без долгих церемоний заставила отправиться в северный поход. Ополченцы вооружены были кое-как, одним дрекольем, вилами да косами: настоящего оружия, не говоря уж о доспехах, им никто не доверил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
