Украшенный рунами клинок рванулся вперёд. Выпад был настолько стремителен, что Сильвия поняла, что происходит, когда сталь была уже возле самого её лица. Фламберг ударил в ответ словно сам собой, точно верный пёс, защищая хозяйку. Оба меча зазвенели, столкнувшись, и Сильвии почудилось в этом звоне два разъярённых голоса. Сила сшибшихся мечей отбросила её назад; дракон тоже пошатнулся, но удержался на месте.
– Неплохо, – презрительно скривил он губы. – Ты сама – ничто, вор, твоё оружие бьётся за тебя. Что ж, посмотрим, на что оно ещё способно!..
На сей раз он прыгнул назад и вновь вперёд с быстротой, совершенно недоступной обычному человеку. Украшенный рунами клинок просвистел, описывая широкий полукруг. С тёмного лезвия сорвалась серая молния, стремительный росчерк поперёк тьмы, и в тот же миг фламберг едва не вырвался из руки Сильвии, отвесно рухнув вниз и плашмя встретив вражье заклинание. Девушку вновь отбросило, она не удержалась на ногах, но фламберга не выпустила.
Дракон в тот же миг оказался рядом одним громадным прыжком, его собственный клинок перелетел из руки в руку, он ударил прямо вниз, падая на одно колено и держа меч, как землекоп держит заступ, пробиваясь сквозь неподатливую, пронизанную корнями землю.
Фламберг отбил и это. Да так, что дракона повалило набок.
Сильвия не воспользовалась этой возможностью для атаки. Она просто со всех ног ринулась к спасительному выходу. Девушка опережала тут же бросившегося в погоню противника всего на несколько шагов, но и этого хватило, чтобы, промчавшись под аркой, подпрыгнуть и, крутнувшись в воздухе, с размаху рубануть фламбергом по своду.
Вспышка. Треск. Грохот. Камни лавиной обрушились вниз, взметая клубы едкой пыли. Но даже сквозь грохот Сильвия слышала отчаянный, неистовый, нечеловеческий рёв впервые потерпевшего поражение Хранителя.
Интерлюдия 17
После того как они выбрались под зимнее звёздное небо, дело пошло веселее. Но так было только вначале. Зима всегда считалась в Эгесте временем путешествий и странствий, сани весело катили по наезженным, ровным зимникам, а многочисленные корчмы и постоялые дворы всегда готовы были приютить и обогреть замёрзших путников.
Не так всё оказалось на сей раз. Да, по пути больше не попадались зомби или другие чудовища, однако очень скоро торговый тракт, которым гномы Железного Хребта издавна хаживали на южные торжища, оказался преграждён угрюмой заставой – дружинники какого-то местного барона вкупе с серыми плащами солдат Святой Инквизици.
– Стой! – рявкнул караульщик, едва Эйтери и Север попались ему на глаза. – Стой, Нелюдь! Отвечай быстро, по какой такой надобности идёте? Подорожную имеете?
– Какая подорожная, доблестный воин? – очень натурально удивилась Эйтери, дёрнув Севера за рукав, чтобы не вздумал и рта открыть. – Мы только что вышли из пещер. Мы свободные гномы свободного Подгорного Племени, по Аркинскому и Эбинскому эдиктам можем странствовать невозбранно!
– Знать не знаю, ведать не ведаю, – упёрся солдат. – Сказано – никого без подорожной не пропускать.
– А где её берут, эту подорожную? – всем видом своим выказывая своё более чем горячее стремление следовать духу и букве закона, кротко спросила Эйтери. – Скажи нам, доблестный воин, и мы немедля отправимся туда.
– А берут её в Думарте, – осклабился солдат. – В канцелярии полевой Святой Инквизиции, каковая ваши намерения должна проверить…
– Очень хорошо, благодарю тебя, доблестный, – медовым голоском пропела гнома, вновь дёргая Севера за рукав. – Мы немедля отправляемся туда.
Она повернула. Растерянный Север поплёлся за ней. Впрочем, отошли они недалеко. Едва застава скрылась из вида, гнома остановилась.
– Т-ты цего, Сотворяюсцая? На самом деле в Думарт тасциться ресила? Енто з неделя, а то и более! Петляя, да по долинам! Сама з говорила – могём и не успеть!
– Точно, – кивнула Эйтери. – Не успеем. Только кто тебе сказал, что я собралась выполнять их требования? Будем прорываться. Только аккуратно, – она усмехнулась, – без особого шума. Так… куда у нас ветер дует?..
Она постояла несколько минут, наблюдая за медленным полётом падающих снежинок. Слабый ветерок неспешно тянул с севера, как раз на преградившую путь заставу. Эйтери раскрыла сумку, покопалась в рядах своих пузырьков и наконец выудила один, переливающийся всеми оттенками изумрудно-зелёного; при этом в глубине флакона вспыхивали желтоватые искорки, словно одуванчики на широко раскинувшемся лугу.
– Это, я думаю, подойдёт, – ухмыльнулась гнома. – Эх, не знают они, с кем связались!..
– Конецно, куда им! – поддакнул Север, кровожадно помахивая топором. – Враз пройдём, як по маслу!
– Не хвались, – гнома всё ещё копалась в своей сумке. – Не так оно всё просто…
Она осторожно откупорила пузырёк. Встряхнула, так что тяжёлые зеленоватые капли покатились по стенкам.
– Теперь не шевелись, – приказала гнома и резким отмеренным движением взмахнула рукой. Зелёный веер взлетел в воздух – однако капли вопреки ожиданию не упали на снег, а медленно поплыли, подхваченные ветром, прямо туда, где осталась застава инквизиторов.
– Теперь чуток подождём, – повернулась к Северу маленькая волшебница. – Хотя не хотела я и этот пузырёк открывать раньше срока, потому что, как воздух его коснётся, состав будет слабеть, пока вовсе силу не потеряет. А впереди у нас не одна ещё застава будет, посерьёзнее этой…
– Так цего з мы её не обошли? – пожал плечами Север. – Цего з в лоб-то полезли?
– Глупый ты, хоть и сильный, – отмахнулась гнома. – По забитым снегом лесам думаешь ноги ломать? Знаешь, сколько времени уйдёт? Да и сдаётся мне, не такие дурачки против нас вышли. Одна застава дорогу перекрыла, а конные сотни по чащам сейчас рыщут. По следам нас как пить дать нашли бы. Конечно, так просто мы б им не дались, но… время бы потеряли, а оно сейчас дороже всего. Потому как, если опоздаем, – всё напрасно будет, иль я тебе не повторяла?
– Угу, угу, много раз, – буркнул гном. – А всё-таки луцсе бы…
– Ты леса окрестные вспомни. Короче, хватит спорить! Идём! Посмотришь, что будет.
Гном повиновался.
Вскоре они вновь увидели преградившие дороги высокие рогатки, опиравшихся на копья дружинников и греющихся у костров солдат в серых плащах. Север заворчал, однако гнома бестрепетно шла прямо на заставу, и охотнику за неупокоенными ничего не оставалось, как последовать за маленькой чародейкой.
Тот же самый вояка опять остановил их, только на сей раз смотрел и говорил он совершенно по-иному:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
