- Не знаю, - Малфой едва ощутимо пожал плечами, - от счастья, наверное…
- Наверное… - согласно кивнул Поттер, чувствуя, что сам готов умереть от счастья, и снова уронил голову на плечо Партнёру.
Он успел задремать, когда дверь купе распахнулась, и на пороге появилась ужасно довольная Гермиона.
- А вот и мы! - радостно заявила она и слегка нахмурилась, заметив, что парни напряглись.
Впрочем, ничего другого Грейнджер и не ожидала, так как заранее известила друзей, куда направляется, что собирается делать и какого гиппогрифа ей это надо. Зная, чей силуэт маячит у девушки за спиной, Гарри дёрнулся было, чтобы сесть ровно, но Драко не позволил ему этого сделать, с силой притянув обратно. На секунду снова исчезнув за дверью, Гермиона буквально втолкнула в купе донельзя смущённого Рона.
- Привет… - выдохнул тот, с тоской уставившись на ярко освещаемых весенним солнцем Партнёров.
- Привет, Рон! - с некоторой заминкой и преувеличенно бодро ответил Мальчик-который-очень-хотел-чтобы-все-свалили-и-оставили-его-вдвоём-с-Драко.
Малфой с непроницаемой маской на лице кивнул в знак приветствия рыжему и немного натянуто улыбнулся гриффиндорке.
Поняв, что с Уизли станется всю дорогу простоять на пороге, а то и вовсе ретироваться куда подальше, как только она отвернётся, Грейнджер чувствительно пихнула его локтем в бок и указала на сиденье, и парень нехотя подчинился этому невысказанному приказу. Девушка удовлетворенно кивнула и тоже села на скамью.
Повисла неловкая пауза. Гарри не знал, что сказать, Драко смотрел в окно и начинать разговор не собирался, Гермиона мучительно искала какую-то общую тему, которую мог бы поддержать Рон, а рыжий вообще предпочёл бы провести дорогу в молчании, хотя, зная подругу, сомневался, что такое возможно.
Тишина становилась всё напряжённее, по крайней мере, для троих из присутствующих. Малфой же казался всё таким же расслабленным и довольным жизнью. Поезд успел отъехать на добрые двадцать миль от Хогвартса, когда взгляд Гермионы упал на террариум с Гремучником. По радостному блеску в глазах подруги Поттер понял, что тема найдена…
* * *
Идя вслед за Драко, левитирующим впереди себя их вещи, по перрону платформы 9 и три четверти, Гарри чувствовал себя до неприличия счастливым. В конечном счёте, затея Гермионы удалась, и к концу поездки все четверо стали общаться легко и непринуждённо. Гриффиндорец понимал, что это во многом заслуга Малфоя, потому что тот ни разу не попытался сказать рыжему гадость, не демонстрировал напоказ их с Гарри отношений и периодически очень удачно шутил, заставляя всех буквально складываться пополам от смеха. Поттер прекрасно отдавал себе отчёт в том, что такое поведение, совершенно не характерное для слизеринца, было продиктовано желанием угодить ему и дать возможность помириться с другом. Глядя теперь на высокую стройную фигуру своего бывшего врага, а ныне - Партнёра и бойфренда, гордо идущего среди расступающейся перед ним толпы, брюнет испытывал какую-то болезненную, щемящую сердце нежность. А когда блондин обернулся, чтобы проверить, не отстал ли от него Гарри, и улыбнулся ему, гриффиндорец вдруг осознал одну простую истину. Если раньше он думал о том, что ему нравится Драко, что его тянет к нему, что он его хочет и иногда, - что влюблён в него, то сейчас брюнета словно вспышкой озарило понимание. Всё просто. Даже банально. И очень-очень правильно.
Он. Его. Любит.
Хотелось петь, кричать и всем-всем-всем немедленно рассказать о своём открытии. Поттер приготовился для прыжка, чтобы схватить слизеринца, обнять и долго-долго кружить на месте. А потом поцеловать в тонкие, уже такие знакомые губы и сказать ему. Потому что молчать было невыносимо. Гарри сделал шаг вперёд, протянул уже руки к тонкой талии… и именно в этот момент из толпы вынырнул дядя Вернон.
- Ты! - выплюнул он в лицо племяннику и обернулся к недоумённо остановившемуся Драко.
Дурсль скользнул по нему ненавидящим взглядом, коротко бросил «За мной!» и не оборачиваясь быстро пошёл к машине. В отличие от Гарри, он не посмотрел в серые глаза Малфоя. А зря. Возможно, это помогло бы ему избежать многих дальнейших проблем…
* * *
Дорога до дома прошла в молчании. По крайней мере, для дяди Вернона. Между Партнёрами же разгорелся жаркий мысленный спор: Гарри убеждал Драко не мстить Дурслям за все года его унижений, как это вознамерился сделать слизеринец, а реагировать только на конкретные действия, причём, желательно, без членовредительства. В конце концов, Малфой скрепя сердце согласился, и Поттеру ничего не оставалось, как понадеяться, что родственники быстро поймут, с кем имеют дело, и не станут лишний раз нарываться. Хотя где-то глубоко внутри ему наоборот хотелось, чтобы нарвались (и чем круче - тем лучше!), но он искренне постарался заглушить недостойные мысли.
Буря грянула уже после того, как парни разгрузили вещи из машины. Из дома вышла тётя Петунья и Дадли, дабы не пропустить первую лекцию главы семейства для «недостойных мальчишек».
- Значит так, - начал дядя Вернон, явно рисуясь перед семейством и смотря на Гарри, - сейчас вы пойдёте в свою комнату, и чтобы я вас не видел до ужина. С завтрашнего дня займёшься своими обычными делами. А ты, - он повернулся к взбешённому Драко, но не придал значения плескавшейся в серых глазах ярости, - имей в виду: не смей шататься лишний раз по дому и прикасаться к чему-либо без разрешения. Этот старик обязал меня позволить тебе жить в моём доме, но это не значит, что ты можешь делать всё, что тебе вздумается. За несоблюдение правил последует наказание, и мне плевать на то, что скажет ваш разлюбезный директор!
Когда он закончил, Гарри захотелось пригнуться: настолько ощутима была волна ненависти, исходящая от его Партнёра.
«Ну дядя, ты попал…» - успел подумать он прежде, чем Драко медленно сделал шаг вперёд и впился немигающим взглядом в лицо мистера Дурсля.
Что мужчина увидел в глубине серебристых глаз, осталось загадкой, но он весь побледнел и как-то разом сжался.
- А теперь слушаем меня… - тихо сказал Драко с такой угрозой, что все кроме Гарри вздрогнули. - Меня зовут мистер Малфой, - продолжил он, чеканя каждое слово, - кто назовёт как-то иначе, будет наказан. Кто каким-то макаром себе назло обидит Гарри, будет наказан, - тут дядя Вернон попытался что-то сказать, но слизеринец моментально пресёк эту попытку, взяв немного энергии Гарри и трансформировав её в слабенькое «Silencio». - Кто попытается нарушить наши планы и влезть в нашу жизнь, будет наказан. Будете мирными и пушистыми - останетесь живы и, возможно, невредимы. Мне плевать, как живёте вы, в конце концов, это ваш дом, если только эту халупу можно назвать домом, но причинять беспокойство НАМ я не позволю. Вопросы?
