Читаем без скачивания Самое опасное море. Минная война в годы Второй мировой - Арнольд Лотт

В самом большом помещении корабля был установлен стол, на котором лежал лист бумаги размером 12×18 дюймов. На нем был очень короткий текст – всего восемь пунктов, завершавшийся словом капитуляция. Это было новое слово в японском языке, к которому японцам еще предстояло привыкнуть. После 45 месяцев кошмара война на Тихом океане закончилась, и теперь ее можно было описать всего двумя словами: победа и капитуляция. Из них на долю разрушителей Пёрл-Харбора, организаторов Батаанского марша смерти, садистов, измывавшихся над военнопленными в концлагерях, осталось только одно: капитуляция. Оно было слишком хорошо для преступников, но… В 9.08 два нервных японца нацарапали свои подписи под условиями капитуляции от имени императора и Генерального штаба. Затем они скромно отошли в сторону, дожидаясь, пока документ подпишут представители союзников.

К 9.33 чернила высохли. Капитуляция стала официальной. Война закончилась. Японцы вернулись в Токио, который за четыре года стал совсем другим городом. «Когда японцы отбыли восвояси, – писал корреспондент „Нью-Йорк таймс“ Теодор Уайт, – в небе послышался странный гул. Он постепенно нарастал, и вскоре над кораблями с оглушительным грохотом пронеслись американские самолеты – их было около 2000. Таков был их прощальный салют войне. Вскоре шум стих. Заключительная церемония, а вместе с ней и война, завершилась».

Началась демобилизация. Солдатам предстояло вновь стать мирными гражданами.

А у минных тральщиков на Окинаве не было времени праздновать. После подписания капитуляции корабли «YMS» вышли из Бакнер-Бей. В штабе командующего минным флотом, где днем раньше адмирал Страбл сменил адмирала Шарпа, эксперты занимались изучением карт Японского и Восточно-Китайского морей, уточняли расположение минных полей. Район изобиловал минами. Теперь кто-то должен был их уничтожить. Для этого существовал только один способ – снова привлечь к работе тральщиков.

Теперь траление мин стало делом первостепенной важности. Война закончилась, но морское судоходство в заминированных районах оставалось не менее опасным, чем было в военное время. Капитулировали страны оси, но не их мины. Да и мины союзников, ничуть не менее опасные, по-прежнему угрожали смертью.

Ни один корабль союзников не мог зайти в японские воды, пока тральщики американцев или союзников не очистят для него проход. Такое ограничение было наложено вовсе не потому, что переставшие быть врагами японцы не заслуживали доверия, просто их методы траления представлялись ненадежными. Они обычно тралили несколько раз один канал, стараясь не выходить за его пределы. На одном из полей апатичные японцы за 10 дней обнаружили десять мин. Пришедшие туда американцы срезали 40 мин за десять минут.

Британские, голландские и австралийские тральщики вели очистку азиатского побережья и островов к югу от Филиппин. Корабли «YMS», входившие в местные флотилии, очищали от мин Филиппины, острова Палау, Гилберта, Бонин, Трук и Маршалловы острова. Тральщики 7-го флота работали в проливе Хайнань и устье реки Янцзы.

У советских моряков также имелись проблемы с минными полями у побережья Маньчжурии. Предполагали, что они вели траление мин у берегов оккупированной Кореи, но информация об этих операциях отсутствует. Известно, что советские представители интересовались методом траления американских мин нажимного действия, на что адмирал Шарп заявил, что сам хотел бы это знать. Ответ адмирала был искренним, хотя ему, без сомнения, не поверили. Самый лучший способ траления американских мин нажимного действия – не трогать их и уйти. Желательно подальше.

Американские минные тральщики продолжали работать даже во время церемонии подписания и празднования капитуляции. В нескольких сотнях миль к юго-западу от Кореи шла операция «Аркадия». Тральщики должны были уничтожить японский минный барьер, преграждающий кораблям 7-го флота проход через Желтое море к западному побережью Кореи. Другие тральщики в это время тралили канал к городу Кагосима.

После подписания капитуляции все японские минные тральщики поступили в распоряжение командующего минным подразделением Тихоокеанского флота. Японцы умели обращаться только с якорными минами, но, тем не менее, оказали помощь в тралении мин влияния в проливе Бунго и в районе Хиросимы. Японцы также вели траление в корейских портах Пусан и Мокпо, а также в своих портах Отаке, Саки, Осака, Карацу и Сензаки.

К сентябрю у тральщиков стало больше работы, чем было во время войны. Сезон камикадзе сменился сезоном тайфунов, справиться с которыми нередко было еще сложнее.

План очистки от мин западной части Тихого океана состоял из нескольких этапов. Первоочередная задача заключалась в ускорении эвакуации военнопленных союзников из японских концентрационных лагерей и вводе оккупационных войск. Это означало необходимость немедленной очистки каналов через минные поля в основные японские порты. Затем следовало обеспечить дополнительные каналы и портовые мощности для безопасного подвоза запасов для оккупационных войск. Далее было необходимо очистить морские пути вокруг Кюсю и между оккупированными японскими портами, чтобы американские корабли могли при необходимости перемещаться, не подвергаясь опасности. Иными словами, предстояло провести траление 14 различных районов общей площадью 17 тысяч квадратных миль. Траление в период оккупации в основном было завершено в ноябре, хотя в некоторых районах оно длилось значительно дольше. Если представлялось возможным, мины нажимного действия обходили стороной, давая им время самообезвредиться.

Мины нажимного действия реагировали только на изменение давления, создаваемое при прохождении над ней крупнотоннажного судна. Единственный доступный способ создать такое изменение давления заключается именно в использовании большого судна. Другой, значительно более удобный и безопасный способ обращения с минами нажимного действия – оставить их в покое и дать возможность «умереть от старости». Если же ждать было невозможно, оставалось использовать любопытные, но крайне неэффективные средства.

Первый – «корзина для яиц» – большая плоскодонная баржа, собранная из понтонов. Буксируемая при скорости 5 узлов, она создавала изменение давления, аналогичное большому судну, и могла привести в действие мину нажимного действия, подвергаясь нешуточному риску быть уничтоженной взрывом. «Корзины для яиц» были спроектированы специалистами и начали отправляться в Европу через 16 дней после того, как в соответствующие ведомства Соединенных Штатов поступила информация о появлении немецких мин нажимного действия. Британцы взорвали таким образом одну мину. Следует отметить, что «корзины для яиц» были крайне неудобны в обращении и требовали больших затрат труда и времени. Для сборки только одной единицы требовалось 15 тысяч человеко-часов в условиях судоверфи.

Другое приспособление для траления магнитных мин было кошмарной штуковиной, которую прозвали «лох-несским чудовищем». Японцы уничтожили несколько мин нажимного действия, буксируя над ними огромные кошельковые неводы, которые вызывали некоторое изменение давления. «Лох-несское чудовище» должно было работать примерно так же. Это было нечто сетевидное и удивительно нескладное, но достаточно большое, чтобы вместить внутрь буксир средних размеров. В воде с ним было обращаться так же удобно, как с подводным коровником, рассчитанным на небольшое стадо.

Эскадра кораблей таскала за собой этих уродов по бухте Нагои в течение целого дня, но ни одна мина нажимного действия так и не была обнаружена. Причем движение было таким медленным, что на очистку более или менее значительной территории ушли бы годы. Самым любопытным фактом, связанным с «лох-несскими чудовищами», представлялся следующий: на их создание было потрачено количество нейлона, достаточное для изготовления 20 миллионов пар чулок. Как минимум, 20 миллионов женщин, не говоря об изрядном числе матросов, могли бы искренне порадоваться, если бы нейлон был использован именно для этих целей.

Еще одним методом, использованным при тралении, менее претенциозным, чем «лох-несские чудовища», но более практичным, стало применение «морских свинок». Так называли большие корабли, которые совершали на высокой скорости проходы по каналам, где должны были находиться самообезвредившиеся мины нажимного действия. «Морские свинки» должны были доказать, что мины действительно перестали быть опасными. Эти корабли не были тральщиками и не занимались поисками мин. Напротив, обнаружение мины явилось бы для них крайне неприятным сюрпризом.

«Морские свинки» были оборудованы устройствами для дистанционного управления. Во время выполнения задания управление кораблями велось из специальных кабин, расположенных на верхней палубе. Все члены экипажа носили шлемы и перемещались только по устланному матрасами полу. Три американские «морские свинки» в период с 14 по 18 ноября совершили «пробеги» по каналу Кюре, «Пратт Виктори» в середине сентября проверил бухту Нагои, в начале января «Маратон» и «Пратт Виктори» прошлись по акватории Кобе. В январе и феврале «Маратон» завершил работу в Кобе, затем перешел в Хиросиму. Ему удалось вызвать взрыв одной мины, который вывел из строя все электрооборудование корабля, но, к счастью, обошлось без жертв.