– Могу только догадаться, – уклончиво ответил я, не желая говорить, что приложил к этому руку. – Где-то враги допустили ошибку и князю донесли верные слуги.
– Да, вполне возможно, – проговорил эльфар.
– Теперь, что касается этой девочки Керти. Она бросилась на смерть ради вашего сына, она подверглась жесточайшим мукам и она не предаст его. Что касается ее статуса, то я сделаю ее своей приемной дочерью, наделю землею и она станет баронессой. Графиней ее сделать не могу потому, что признаются графами только рожденные дети в законном браке. И я понимаю, что хоть доказательств преступной связи вашей жены уже нет, но остались сплетни, слухи, домыслы и не один дом не отдаст за вашего сына даже девушку из обслуги. Сожалею лер, но это так. Вы это понимаете не хуже меня. Поэтому лер Саму-ил, Вам лучше принять выбор сына, а я помогу им быть достойными друг друга и нового дома. У меня есть кое какие возможности.
Эльфар поглядел на меня пустым взглядом, молча кивнул и встал.
– Простите, тан, – сухим тоном произнес он, – что побеспокоил Вас.
«Не дошло до него, – с легким огорчением подумал я. – Ох уж эти гордецы эльфары».
Глядя вслед ссутулившемуся леру Саму-илу, я понял, что мне еще предстоит испытать с ним не одну проблему.
Он ушел к себе и скоро уснул.
Ночью я собрал у себя в комнате всех троих. Фому, эльфара и Керти. Перенесся с ними на корабль базу.
Девочку уложил в медицинскую капсулу и запустил универсальную программу адаптации. Встанет она уже не рабыней, а баронессой с манерами аристократки и способностью выживать трудных условиях. Надо еще позаботится о ее матери, что осталась в своем родном городе Грановерде. Здесь ей делать нечего. Сам полежал час в капсуле и отдохнувший вместе со спящими Фомой и снежным эльфаром переместился на «Град на горе». От туда уже попал в шатер Ганги в лагере Грыза. Спутников оставил досыпать и под скрытом вышел.
Гангу я нашел в шатре Грыза, который принимал вождей племен. Она сидела по правую руку от него.
«Надо же! – усмехнулся я. – Какой рост! Она уже руководит разведкой. Послушаем что тут обсуждают»
… - Вождь Грыз, – степенно говорил самый старый мураза из троих присутствующих вождей. – Мы прибыли, что бы засвидетельствовать тебе свою верность. После того как по нашим землям прошли ревнители старой веры, наши рода оскудели, много воинов погибло, скота стало меньше. Мы стали легкой добычей для других племен, нас выгонят с наших пастбишь.
– Мы, – он поглядел на двоих сидящих орков и те кивнули головами. – Хотим войти в воинство Худжгарха и принять твою веру.
Грыз кивнул, показывая, что услышал старика.
– Хорошо Тыркай мураза, Я принимаю вас под свою руку и не дам другим племенам позарится на ваши земли, А вы примите в свои племена пророков Худжгарха. Вы должны знать, что наши юноши в поход на лес не пойдут, они стали воинами в священной войне с еретиками. И вы своих не отправляйте они пойдут в набег на империю.
– На империю? – Старик выпрямился и расцвел. Это дело. Давно пора потрясти жирных людишек. Мы сделаем как ты говоришь, вождь. Только ответь, – Он зыркнул из под лохматых седых бровей на спокойно сидящую Гангу. – Почему по правую руку от тебя сидит женщина.
Грыз не смущаясь ответил:
– Она посажена здесь Худжгархом. Что бы вы мужчины видели, что стали тряпками, а не воинами. Все женщины жены свидетелей Худжгарха вышли сражаться с еретиками. А где были вы и ваши мужчины? Прятались по лощинам и оврагам. Она же убила главного шамана воинства ревнителей старой веры и стала достойна этого места. Старики опустили головы. Что они могли ответить? Грыз говорил суровые, но справедливые слова.
Жизнь в степи круто менялась. Племена орков разделились по вере и начали кровопролитную войну.
По своей сути орки были не только кочевниками скотоводами, но и грабителями. Уступить сильному и забрать у слабого, было в порядке вещей. Поэтому ослабленные нашествием орды ревнителей старой веры, племена приходили под руку Грыза, чтобы не исчезнуть и не растворится в других племенах. А он всем показал, что может постоять за себя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пристыженные муразы встали и оставив бунчуки своих племен на местах где сидели, вышли.
Такие уж у них были традиции, коли пришли просить защиты, то отдавали такому вождю право голоса в совете вождей и он приходя на Великий совет показывал эти бунчуки и говорил от имени всех этих племен.
Я проявился и спокойно налил себе в чашку Ганги гайрат. Орчанка увидев меня ойкнула и схватилась за сердце. Грыз лишь в улыбке оскалил клыки.
– Привет всем, – поздоровался, отхлебнув напиток. – Как дела? Докладывайте.
Грыз хлопнул в ладоши. Заглянула его жена, увидела меня и тут же спряталась. Грыз взял чашку, из которой я пил, выплеснул остатки себе за спину и налил мне новый гайрат. – Уважение проявил и показал, что он считает меня старшим. Забежала его жена с дымящимся блюдом полным варенного мяса обложенного лепешками.
Ганга отломила лепешку обернула ею кусок мяса и подала мне. Пока я не поем, они говорить не будут. Пришлось есть. Я вытер руки о кошму, показывая, что насытился и посмотрел на молчаливую парочку.
– Обстановка… – начал Грыз.
– Ты надолго? – одновременно с ним спросила Ганга и испуганно заморгала.
– Говори ты, Грыз, – разрешил я.
– Хм. – он еле заметно усмехнулся. – Обстановка сложная. К нам прибывают племена, которые были подвержены нападению «ревнителей» и теперь под моими знаменами 19 племен 23 тысячи воинов. Сила немалая. А что с ними делать, я не знаю. Не прогонять же их. Вот беру под свою защиту. Разведчики приносят вести, что по степи слухи пошли, что я собираю войска и скоро пойду смещать великого хана…
– Нас много, – вздохнул он, – но где мы будем пасти наш скот?
– Хорошо Грыз я тебя услышал. Отдаю свидетелям Худжгарха эти земли, от предгорий Снежных гор до Великого леса и Лигирийской империи. На этих землях вас не победить. Ни в «Лес», ни в Снежные горы не лезьте. Места тут обширные. Много воды, пастбища обильные. Живите. Принимай всех кто захочет присоединится. С Великим ханом я недоразумения утрясу. И вот что еще. Пошли по кочевьям пророков Худжгарха, пусть говорят, что Грыз на место Великого хана не рвется. Он опора его и всегда придет с воинством его поддержать. Еще подготовь мне пять повозок с провиантом и выдели сына с его отрядом в тридцать воинов. Верховному шаману скажи чтобы выделил десять учеников, которых учил орк с синими волосами. Они будут охранять орскую принцессу в путешествии в Снежные горы. Поведет нас Гради-ил. Кстати он здесь? Не пропал?
– Здесь он, – ответил Грыз. – Где еще ему быть?
– Хорошо. Я встречусь с Великим ханом и скоро вернусь. А ты Ганга собирайся и следуйте к месту нашей стоянки, откуда ушли с Гради-илом.
Я не смог сдержаться и усмехнулся, – спасать меня.
– Там нас ждут Су и Радзи-ил. И захватите Фому с отцом Радзи-ила они спят в твоем, Ганга, шатре.
– Когда выступать? – спросила Ганга.
– Сегодня и выступайте и ждите меня там. Ждите и никуда не уходите. – пригрозил я пальцем.
– Старшим в мое отсутствие назначаю Гради-ила. Грыз передашь.
– Ты, Ганга, слушаешь Гради-ила и самостоятельно решения не принимаешь. Все. Исполняйте.
Не успела моя невеста и слова сказать, как я исчез. До меня долетели отголоски ее мыслей:
«Опять пропал! Когда же это закончится. Я любви хочу, ласки»…
Появился я на своей «Горе» и тут же в образе простого орка очутился в столице Великого хана на торговой площади. Хотел послушать, что говорят в «народе».
Рынок был наполнен шумом и бойкой торговлей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Рабы! Молодые рабы!
– Речная рыба, свежая…
– Кожи! Хорошо выделанные кожи!
– Почем?
– По серебряку за кипу.
– Да ты сума по видимому сошел. Где это видано, ломить такую цену?
– Я? Ломлю цену? Побойся Отца! А то ты не знаешь, что сейчас все подорожало. Бери сегодня, завтра будет дороже.
– Это еще почему?
