- Я верю, что он вылечился, Тони. – упрямо сказала я, после чего мягко добавила: - Я дала ему второй шанс. Тони, ты мне очень дорог, я хочу, чтобы ты понял меня и не осуждал.
- Ты совсем дура! – закричал он. – Если ты не думаешь о себе - подумай о Нарин! Он убьет ее, когда ему что-то не понравится.
- Нет, этого не будет! Я не позволю этому случиться.
- Ты можешь гарантировать это? – я замялась, конечно же, нет, но у меня не было выхода. Не было пути назад.
- Так вот, значит, как выглядит твой муж, Анетт. Знакомое лицо, почему я не удивлен? - повернув голову в сторону Амита, я застыла, выражение его глаз мне совсем не понравилось – оно было прежним…
- Если ты что-нибудь сделаешь с Нарин, я убью тебя!
- Остынь, парень! Я не причиню зла своему ребенку. – Амит взял себя в руки и его взгляд посветлел. Тони хотел что-то еще сказать, но Нарин стала спускаться вниз, таща за собой небольшую сумку.
- Я готова, мама.
- Умница, родная. Можем ехать.
- А папа поедет?
- Нет, милая, он останется здесь.
- А когда ты приедешь, папа? – ее щенячьи глазки обратили свой взор на Энтони.
- Так и собираешься молчать? – возмутился Тони, обращаясь ко мне. - Скажи правду ей или я сам скажу ее. – заорал он.
- Не надо… - шептала я одними губами.
- Не надо? А я считаю, что она должна знать. Если ты не собираешься говорить, я сделаю это сам! – я попыталась ему воспрепятствовать, но он отодвинул меня рукой и обратился к девочке. - Нарин, твоя мама забирает тебя у меня. Мы больше никогда не увидимся, теперь у тебя появится новый папа. – и он указал пальцем на Амита. В тот момент я готова была убить Тони за сказанные слова. Да, он сказал правду, но говорить ее ребенку очень жестоко. Я собиралась сказать ей как-нибудь помягче, деликатней, но не так прямо! Знаю, это все из-за злости, но в тот момент я была разочарована в Тони. Если ему плевать на меня, мог бы подумать о Нарин, которой причинил боль своими словами.
- Мне не нужен другой папа! Мне нужен только ты! – и она кинулась к Тони, обнимая его за ноги. Я зарыдала, понимая, что разбиваю сердце своему ребенку, разлучая ее с Тони. Нарин знала его как своего отца, она к нему привыкла, он был рядом всю ее жизнь. А кто Амит для нее? Никто! Дядя, которого она впервые увидела сегодня. Раньше он никогда не приходил к ней, не играл, не дарил игрушек, о нем она не знала ничего до сих пор – совершенно посторонний человек. И сейчас ей говорят, что он станет для нее отцом, а своего любимого папочку она больше никогда не увидит. Я представляла какую боль причиняю своей девочке, но не могла иначе.
Несмотря на злость, я увидела, как блеснули в глазах Тони слезы, он наклонился к Нарин и обнял ее. Тони стал ее гладить по спине и что-то шептать, ничего из сказанного мы не услышали.
- Милая, нам пора! – мягко позвала я дочку.
- Уходи!!! – закричала она. – Я останусь со своим папой! – выкрикнув злые слова, Нарин уткнулась Тони в колени. Конечно, я знала, что Нарин привязана к Тони больше, чем ко мне, но когда она не задумываясь выбрала его – то словно полоснула ножом по сердцу и я почувствовала, как больно заныло в груди. Я очень любила свое дитя и понимала, что ей будет лучше с Тони, чем со мной. Она всегда к нему тянулась, любила играть с ним и проводить время. Оставаясь дома с ней вдвоем – Нарин часто убегала к себе в комнату и играла там в куклы, лишь спускалась покушать и одарив звонким поцелуем в щеку – возвращалась к себе. Мы были чаще сами по себе и такой расклад меня всегда устраивал. А когда Тони возвращался домой она спускалась вниз и преданно ждала его у двери, с порога бросаясь к нему на шею. А потом весь вечер он проводил с ней, играя в игрушки, катая на спине, читая книжку на ночь и укладывая спать. Тони мог заменить ей всех, я – не могла заменить Тони. Поэтому я осознала, что готова оставить ее с ним, только бы сделать малышку счастливой. Я бы уговорила Амита поселиться где-нибудь неподалеку, чтобы навещать ее. Это было бы идеальным раскладом. Зная, что Нарин в безопасности - я была бы спокойна. Но одного взгляда на Амита было достаточно, чтобы понять: он не согласен с моими мыслями. Я должна забрать ее или это сделает он.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Идем, Нарин, мы уходим! – строго сказала я, отрывая Нарин от Тони. Он не шевелился, не пытался перечить мне. Нарин рыдала… душа моя болела от ее плача. Ее «папочка» сквозь слезы, разрывало мое сердце на куски. Схватив Нарин одной рукой за талию, я потащила ее в машину. Она пыталась вырваться, брыкалась, дралась и кусалась, борясь за жизнь с Тони. Мне было больно и вместе с тем грустно, что меня она не любила так сильно.
Амит взял вещи малышки и последовал за нами. Он не говорил ни слова. Я не знала, что творилось в его душе, но на его лице на мгновение, я заметила ликование. Он добился своего, сделав несчастными нас. Я не хотела много думать об этом, вновь переживать, бороться, терзаться, выбор был сделан и поздно что-то менять.
Нарин была безутешна. Я пыталась ее успокоить, развеселить или как-то отвлечь, но все было безрезультатно. Она продолжала меня отталкивать, громко рыдать, надрывая связки до хрипоты. Амит молчал и казалось, слезы девочки его совсем не заботили и не трогали. Он был в своем мире, который был далеко от реальности и мне хотелось, наконец, вывести его из этого состояния.
- Ну, что, ты счастлив? – мне хотелось, чтобы вопрос звучал скучающе, но вместо этого я услышала явный упрек в своих словах.
- Ты же знаешь, что да. – его глаза смеялись, а пальцы погладили мою щеку. Претензии, упрёки, недовольство – все куда-то исчезло, оставив вместо себя зачарованность этим прекрасным созданием. На него невозможно злиться. К тому моменту малышка устала плакать и уснула, поэтому мы могли поговорить.
- Я же просила не входить в дом. Ты сделал это нарочно. – хотелось высказать все, но как обычно не смогла, не хотела лишний раз провоцировать.
- Это так, Анетт. Мне было очень любопытно увидеть того, кто трахал мою любимую все эти годы. – предложение было произнесено с улыбкой, но я знала, что скрывалось за ней.
- Увидел? И что тебе это дало?
- Многое.
- Например? – я догадывалась, что скорее всего он сделал неправильные выводы.
- Здесь все просто… В прошлый раз, между вами действительно что-то было. Ты строила из себя «невинность», заставила чувствовать меня чудовищем, вспомнить о совести. Ты обманывала меня с ним. – это называлось «как в воду глядела».
- Нет! – почти истерически закричала я. - Все не так!
Амит делал вид, что происходящее его совсем не волновало, но я-то знала какое негодование царило в его душе. Да, Амит умел быть невозмутимым, когда надо, он прекрасный актер и умеет маскировать свои чувства.
- Сейчас это не имеет значения, Анетт. – но я-то знаю, что для него имеет, меня не обманешь.
- Тони спас меня в ту ночь, я едва не умерла… Он и его мама навещали меня. А потом я узнала, что беременна… нужно было принять решение. Тони любил меня, я согласилась создать с ним семью. Но это было ради ребенка, я хотела дать ей счастливую семью. – Вспомнив все то, что он сделал для меня - мне стало очень больно за то, как я поступила с ним. Энтони не заслуживал этого. Он заслуживает счастья и хорошей жены, которая будет думать только о нем, а я… я его никогда не заслуживала.
- И как? Ты была счастлива? – было видно, как Амита задели мои слова, поэтому свой вопрос он произнес сквозь стиснутые зубы.
- Мне было спокойно. – коротко ответила я, не желая вдаваться в подробности. Видимо своим коротким ответом, я порадовала Амита, потому как уголки его губ поднялись вверх.
- Ты любила его, Анетт?
- Нет, я любила только тебя, а Тони… ему я была благодарна. – Мне не хотелось врать ему. Хоть я и была благодарна Тони за все, но это была не любовь.
Вскоре мы подъехали к очень дорогому отелю, построенному еще в далекие годы прошлого столетия. Несмотря на старинный интерьер, здесь было все, что нужно для жизни в современном мире. Особенно меня восхитило огромное джакузи, в котором так хотелось расслабиться после долгого тяжелого дня.
