— Здорово! Сыграешь?
— Запросто. Пошли!
Мы стояли на улице, недалеко от фонтана, вокруг которого стояло много скамеечек, отделенных друг от друга стенами из "живой изгороди". Множество уютных, зеленых закуточков. Я мотнул головой в сторону одного такого, задавая направление.
Что бы такое исполнить? — подумал я, усевшись на скамейку, поставив гитару на закинутую ногу, — что-нибудь легкое, шуточное… Про учебу или студентов…
Я поднял голову, глянул на безоблачное небо, освещенное лучами клонящегося к горизонту солнца, и на ум мне внезапно пришли подходящие строки:
Над нами солнце светит —Не жизнь, а благодать,Тем, кто за нас в ответе,Давно пора понять,Тем, кто за нас в ответе,Давно пора понять,Мы маленькие дети,Нам хочется гулять!
А нам говорят, что Дейла,Впадает в Эрийское море,А я говорю, что долго,Не выдержу этого горя!
Парам парам-папарам!Впадает в Эрийское море…Парам парам-папарам!Не выдержу этого горя!
А нам говорят, что катетКороче гипотенузы,А я говорю вам — хватит!Устал я от этой обузы.
Парам парам-папарам!Короче гипотенузыПарам парам-папарам!Устал я от этой обузы…
— Подожди меня тут! — неожиданно сказала Стефи, с удовольствием прослушавшая мое выступление, — я сейчас! Быстро. Не уходи!
С этими словами она вскочила со скамейки и с горящими глазами куда-то помчалась. С недоумением я проводил ее взглядом и вернулся к гитаре.
Подожду. А пока сыграю одну сложную вещичку…. Джона Гилмора.
Я положил пальцы на гриф и аккуратно взял первые аккорды.
— Вот!
Запыхавшаяся Стефи стояла у входа в "зеленый уголок" и держала в руках… гитару!
Размером меньше моей, светленькую… но это, несомненно, была гитара.
— Ты… играешь? — удивился я, прервав своё упражнение.
— Да. И я хочу тебе тоже сыграть.
— Давай!
На моё удивление Стефи оказалась весьма неплохим исполнителем. Легкая, лирическая мелодия звучала спокойно и уверенно, не затыкаясь и не фальшивя даже в сложных местах. И главное было видно, что гитаристка получает удовольствие от игры. Не сидит, напряженно, боясь ошибиться, нет. Играет в удовольствие.
— Браво! — искрене похлопал я, когда она закончила, — браво! Где ты так научилась?
— Отец нанимал учителей, что бы нас учить музыке, но нас было много, а рояль один… и учитель один. Тогда он нас разделил. Старшие сестры учились играть на рояле, а меня, с Лерой, он стал учить играть на гитаре. И у нас получился небольшой оркестр. Мы иногда играли втроем.
— Очень хорошо играешь, — не кривя душой, сказал я, — мне понравилось.
— Спасибо, — слегка порозовела Стефи, — мне тоже понравилось, как ты играешь. Может, попробуем вдвоем?
— Интересная идея… Можно попробовать. Получится?
Получилось неплохо. Мы быстро подстроились друг под друга и после примерно получаса проб и ошибок сыграли одну местную мелодию от начала до конца. Мне понравилось. Стефи тоже была очень довольна. Были довольны и слушатели, которые сбежались на звуки наших гитар. Правда, увидев, кто это тут играет, они быстро выгребали назад, делая вид, что случайно не туда свернули. Но все равно. Прогулки их, за кустами, с видом праздно гуляющих, меня обмануть не могли. Ясно ведь — подслушивают. Музыку в этом мире любят…. В общем, после того как мы открыли в друг друге таланты, мы со Стефанией по вечерам стали устраивать небольшие музыкальные посиделки. А если точнее — то чуть ли не каждый вечер. Тем более, что недостатка в красивых мелодиях у меня не было. Стефи же, схватывала их, как говорится, чуть ли не "на лету". Все получалось настолько здорово, что у меня как-то даже проскочили пару раз мысли, что с такими талантами можно было бы и группу создать…. Но это так, просто мысли. Без электронной музыки я уже не представлял, как можно что-то играть. Да и потом? Я же на днях убываю! Зачем мне тут что-то организовывать…
Но Стефи меня удивила. Целых два раза.
Приглашение на бал
— Дорогие друзья! — облаченный в белую мантию с серебряным шитьем, ректор магического университета империи, великий маг Мотедиус, выглядел весьма представительно, — сегодня я собрал вас, для того, что бы сообщить вам приятную новость!
Парадный зал университета, заполненный по одну сторону рядами студентами в разноцветных мантиях, по другую их преподавателями, внимательно внимал своему главному наставнику.
— Сегодня мне, по давней старой традиции, из дворца, пришло письмо от нашего императора Альвеара Хайме! Письмо-приглашение, на ежегодный бал, который он устраивает у себя во дворце. Обычно приглашение приходит на мое имя, но с пометкой — взять с собой двух лучших преподавателей и двух лучших учеников университета в качестве поощрения. Сейчас вам зачитают текст письма, а потом я назову имена счастливцев, которые отправятся со мной, на этот незабываемы праздник!
По рядам присутствующих прошелестел легкий шепоток, и все стихло, в ожидании.
— Читайте, — милостиво кивнул ректор, давая указание студенту старшего курса, который стоял со свитком на изготовку.
Тот, кивнув в ответ, и с заметным волнением от возложенной на него миссии, потянул за концы двух нешироких ленточек вляпанных в большую, круглую, красную печать, ломая её.
— Я, Император Альвеар Хайме, имею честь пригласить на Зимний бал…
Я стоял рядом со Стефанией и разглядывал потолок зала. Мне было неинтересно. Все действо с этим приглашением, отдавало нарочитостью и показушностью.
Ну, я понимаю, традиции…все такое…. Но я-то тут причем? Зачем мне это слушать? Я бы лучше чем-нибудь более полезным занялся… на гитаре бы, например, поиграл…
Интересно, на чем она там висит? — задался я вопросом, разглядывая уходящую в потолок толстую цепь, на которой чуть заметно глазу покачивалась огромная люстра, — солидная цепочка…
— … прошу вас прихватить с собой студентов темного факультета — Эриадора Аальста и Стефанию Терскую. Ваш император, Альвеар Хайме.
Неожиданно прозвучавшие знакомые имена оторвали меня от созерцания инженерной приспособы.
Чеее. го? — подумал я, опуская глаза вниз.
Кого? — удивился про себя ректор. Вслух он ничего не произнес, но по лицу было видно, что он удивлен, пожалуй, не меньше моего. На его вопросительный взгляд, направленный на закончившего читать чтеца, тот в ответ слегка пожал плечами и сделал в его сторону движение рукой со свитком, в котором было приглашение: нате мол, сами прочтите. Стоящие рядом с нами студенты принялись оборачиваться на нас. Секунда тишины, после объявления имен, сменилась гулом голосов, в которых слышалось недоумение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
