Ложась спать, Ольга Николаевна сказала мужу:
– У нас с тобой замечательный сын, ты не находишь?
– Согласен, хорошего парня воспитали. – и нежно поцеловал жену.
Утром через портал Пашка оказался на Базе. Заскочил к Архангелову отметиться. Лариса, листавшая яркий журнал, тормознула молодого человека:
– Шефа нет, будет во второй половине дня.
– Ага, так значит, тогда передайте начальнику, что опер-мечник Чернов отбыл по делу.
Симпатичный парень крутанулся на пятке и исчез, причем без применения магии. Хладнокровная секретарша только хмыкнула, продолжая изучать последние веяния моды. Вернувшись в свой коттедж, Пашка переоделся. Посмотрел на себя в трюмо, покрутил головой – типичный феодал-эксплуататор. Без меча, забытого впопыхах у родителей, чувствовал себя голым.
«Не, ну так не пойдет, не будем нарушать инструкцию».
Выбежав из жилища, скорым шагом направился в оружейку. По законам Ордена любой хранитель, отправляющийся на задание, обязан иметь при себе оружие. Мотивировка простая – от личной безопасности зависел положительный исход операции. Нарушители карались беспощадно, но таковых за всю историю Ордена насчитывались единицы.
Оружейным арсеналом последние пятьдесят лет заведовал бывший мечник Михей с помощниками – парой постоянно меняющихся стажеров. В оружейку ссылали на штрафные работы зарвавшихся молодых курсантов и стажеров. Заварсеналом, хромающий на протезе Михей, был для нарушителей дисциплины настоящим бичом божьим. Наказанные курсанты, перемазанные ружейной смазкой с ног до головы, проклинали тот день, когда им вздумалось похулиганить. Хромой Михей спуску никому не давал и гонял салаг, как жучек. Пашка, зная его суровый характер, приготовился к головомойке за утерю личного оружия. Странно, но Михей даже ворчать не стал.
– Не стой столбом, пиши заявку.
Пашка черкнул пару строк в формуляре и опасливо покосился на заведующего. Тот расписался, поставил штамп и гаркнул:
– Янек, быстро сюда!
Выскочившему замурзанному парню всучил бумагу:
– Тащи все по списку, время пошло.
Пашка скромно присел у канцелярского стола, гадая, почто Михей такой добрый сегодня. Разгадка оказалась проста.
– Начальство приказало дать тебе зеленый свет. Бери что хочешь, количеством не ограничиваю. За пропавший ствол не переживай, уже списал.
У Черноты отлегло от сердца. Из притащенных стажером пяти мечей выбрал узкий полуторник. Кроме него прицепил к поясу кобуру с «Коброй». Три запасных магазина распихал по карманам.
– Дядя Михей, приготовь мне на завтра снайперку, желательно компактную, и две коробки бронебойных патронов.
– Сделаем. Удачи тебе, мечник.
Пашка отсалютовал мечом и помчался в зал переходов.
Встав, как положено, в центре красного круга, нажал на серебристую пластину браслета. С легким гудением возникла искрящаяся арка перехода. Перекрестившись, шагнул в неизвестность. Темнота, мелькание в глазах золотистых вспышек. Еще шаг – и он вышел в пустой кабинет Мелы. За окном явно за полдень. Выйдя в коридор, наткнулся на бегущего Хуго.
– Стой, полковник, куда бежишь?
– Ваше сиятельство, беда у нас. – И, понизив голос, добавил: – Императрица пропала.
Глава одиннадцатая
Пашка, стиснув зубы, медленно посчитал про себя до двадцати. Бросил, не глядя:
– За мной! – И вернулся в кабинет.
Начальник охраны дворца, полковник Хуго, слыл человеком храбрым, но сейчас почувствовал озноб не только позвоночника, всего тела. Тем не менее шагнул вслед за герцогом. Герцог д’Лоредан плюхнулся в кресло:
– Докладывай.
Гвардеец вытянулся во фрунт:
– Сегодня утром обходил ночные посты – охрана доложила, смена прошла спокойно, без происшествий. Дежурный офицер произвел пересмену караулов, а я шел этим коридором и видел нашу императрицу входящей в кабинет. Ваше сиятельство, после допроса горничных и других слуг выяснилось, что последним лицезрел нашу несравненную Мелу I д’Сагредо я.
– Дальше.
– У кабинета, как и в других местах, где бывает императрица, расставлены парные посты. Гвардейцы клялись – больше в кабинет никто не входил и из него не выходил. Тревогу поднял министр финансов герцог д’Анжен – ему срочно понадобилась подпись императрицы на банковских бумагах.
– Хуго, пригласи тех гвардейцев, что охраняли кабинет, срочно.
Начальник охраны не врал – ментасканирование это четко определило. Гвардейцы тоже говорили правду.
Потайная дверь в кабинете отсутствовала. Пашка внимательно осмотрел окна – никаких следов взлома, массивные позолоченные задвижки закрыты изнутри. Снаружи ажурные кованые решетки закрывали оконные проемы. В самом кабинете идеальный порядок, на столе чисто, Мела к работе не приступала.
Отпустив гвардейцев, попросил Хуго послать за Ливэном.
– Да и завтрак на двоих, – добавил Пашка.
Он предполагал, куда могла смыться красавица.
– Найду – убью заразу.
От злости Пашка забегал по кабинету, нещадно матерясь.
В дверь постучали, вслед за слугой, катившим сервированный столик, зашел Ливэн.
Чернота прижал палец к губам, главный казначей замер на полуслове.
Дождавшись ухода слуги, шепотом спросил:
– Ты не нашел Мелу, Паша?
– Нет, как видишь. Вы-то куда смотрели? Позорище! Императрицу проспали. Ладно, давай позавтракаем. Поисками я сам займусь.
Через полчаса Ливэн ушел в свое министерство, а Пашка приказал охране никого в кабинет не впускать. Соорудив арку перехода через браслет и представив точку выхода, шагнул в искрящийся туман.
Выйдя из портала у знакомого круглого здания, озадаченно заозирался. Куда делась дикая первозданная природа? Везде красивые цветочные клумбы, фигурно подстриженный кустарник, аккуратные дорожки с утрамбованным желтым песочком. Справа возвышалась шикарная вилла с прилегающим искусственным озером овальной формы, на берегу которого виднелись пляжные зонтики и шезлонги. Разноцветные пичужки порхали меж цветов, оглашая окрестность веселым пением. Несколько разноцветных летних беседок дополняли идиллию неги и безмятежного отдыха. Из дальней беседки, обвитой лозами винограда, доносилась песня. Чернота бодрым сайгаком ринулся вперед. Два молодых девичьих голоса старательно выводили знакомую мелодию, и, что характерно, на русском:
Вот хто-то с горочки спустился-а, Наверно, милай мой иде-оть. На нем защитна гимнастерка, Она с ума меня свидеть.
«Ну прямо за околицей деревни Среднерусской возвышенности. Спокойно, Паша, спокойно», – успокаивал себя Чернота.
Сунув голову внутрь беседки, язвительно осведомился:
– Не помешаю вам, дамочки? Душевно поете, аж слеза прошибла. – Он похлопал по карманам в поисках платка и, не найдя, вытер глаза кулаком.
– Ка-а-кой муш-шина, – восторженно заверещала незнакомая эффектная блондинка. – Мелка, прячься, твой кавалер не в духе.
– Пашенька, ик, я, ик, так соскучилась, ик, – пролепетала императрица, стараясь не брякнуться с подушек на ковер.
На круглом низком столике, заставленном кувшинами и бутылками, сиротливо приткнулись две чашки с остывшим чаем.
– Мела, представь меня своей подруге.
Красавица на миг оторвалась от бокала.
– Ты ее прекрасно знаешь, это Ира. Ик.
– Мадам, не оставите ли нас на минуту, прошу тысячу извинений, но у меня срочное дело к императрице.
– Не мадам, а мадемуазель, – фыркнула блондинка.
– Тем более, – строго оборвал Пашка.
Ира попыталась выйти, но не вписалась в поворот и задела плечом косяк – беседка загудела.
«Да они пьяны в стельку, – дошло наконец до Пашки. – Ну, девочки-припевочки».
– Мелочка, радость моя, трезвей в темпе, у меня проблема нарисовалась. Нужна твоя помощь.
– Отнеси меня на ручках на виллу, там душ есть, – закапризничала красавица.
