– С тобой, пожалуй, соскучишься!.. Глядя вслед упорхнувшей Нике, Никита мучительно размышлял, как же поделикатнее сообщить ей, что с понедельника она будет возглавлять «Очарование роскоши», а он, внебрачный сын Егора Воронцова, займет место своего отца и станет управляющим вместо спешно отсылаемого во Францию Виктора. Хотел ведь сразу по приезде ей обо всем поведать, а тут эта история с Раисой! А потом он все никак не мог начать, найти нужные слова…
Ладно, нет — так нет. Лучше он обо всем расскажет ей в спокойной обстановке на даче. Так, пожалуй, будет правильнее. За выходные она потихоньку привыкнет к мысли, что отныне ей придется в одиночку руководить журналом, лично подбирать персонал и продумывать кадровую политику. Впрочем, в чем в чем, а в кадровом вопросе Ника вела себя твердо, в этом Никита уже успел убедиться. Значит, держать кого-то из жалости или нанимать откровенно никчемных журналистов она не будет. Столь хрупкая внешне, она может принимать жесткие решения, и случай с Раисой — лучшее тому подтверждение. Лучшего кандидата на этот пост ему все равно не найти.
Осталось только убедить Нику, что эта работа по ней. Ну и надеяться, что она не слишком рассердится за его невольный подлог.
* * *
– Ну что, рванули?
– Рванули! — счастливо улыбнулась Ника, пристегивая ремень безопасности.
Никита посмотрел в зеркало и потянулся к рычагу, намереваясь дать задний ход, как зазвонил его телефон. Он поднес трубку к глазам. Отец! Неужто что-то стряслось?
– Алло? — в сильном волнении произнес он.
– Никита, ты не мог бы сейчас подъехать в больницу? Мы с Серафимом хотим поговорить с тобой, так сказать, тет-а-тет.
– У него все в порядке?
– Да, более или менее.
– Хорошо, еду!.. Ника вопросительно взглянула на Никиту.
– Слушай, тут такое дело… В общем, до дачи нам, видимо, придется добираться порознь. Ты дорогу туда запомнила?
– Обижаешь! Она ж простая!
– Ну и отлично! На вот, держи ключи: этот вот от калитки, а этот от дома. Большой от сарая, там мангал лежит.
– Что-то случилось?
– Надеюсь, что нет. Но Воронцовы хотят меня видеть, и немедленно.
– Слушай, а если я с тобой поеду?
– Егор сообщил, что разговор ожидается приватный, — разведя руками в стороны, чуть виновато улыбнулся Никита.
– Не беда, я тебя в машине подожду!
– А если этот разговор три-четыре часа займет? Ты что, так и будешь сидеть взаперти, изнывая от жары? Да я ж там изведусь, думая, на какие страдания тебя обрек! Егор наверняка это заметит, спросит, в чем дело, а когда узнает, то скорее всего отправит меня к тебе, и разговор не состоится. А я чересчур боюсь за здоровье Серафима. Не дай Бог, конечно, но вдруг это моя последняя возможность с ним пообщаться? Да, я понимаю, что рассуждаю как паникер, но все равно…
– Ладно, я тебя поняла, — миролюбиво заметила Ника. — Поезжай и ни о чем не беспокойся. Да, шашлык ты купишь или продукты на мне?
– Да нет, лучше никуда не сворачивай, дуй прямой наводкой на дачу. А мясо и прочие пряности-солености я сам возьму.
– Договорились!
Ника потянулась к Никите, запечатлев на его щеке поцелуй, а затем легко выпорхнула наружу и отправилась к Гошке. Он не стал ждать, пока она прогреет машину, помахал ей на прощание через опущенное стекло и поехал в сторону больницы, мысленно руководствуясь девизом «Быстрее начнешь — быстрее кончишь».
Вопреки его смутным опасениям разговор со старшим поколением пошел на весьма обыденную тему: какой политики должна придерживаться компания в отношении средств массовой информации. Они подробно обсудили, как действовать в том случае, если кто-нибудь из желтой прессы пронюхает про убийства, произошедшие в редакции, и свяжет это с именем Виктора, затем наметили несколько изданий, в которые вознамерились разместить имиджевые статьи.
Серафим выглядел не в пример лучше, чем вчера, когда его, изрядно позеленевшего, со всеми мыслимыми предосторожностями доставили в эту частную клинику, и, судя по боевому настрою, не собирался оставаться тут надолго, так что у Никиты отлегло от сердца, и он уже корил себя последними словами за то, что так перепугался невинного в общем-то звонка отца.
Обговорив последние подробности, Никита распрощался со старшим поколением, предупредив их, что собирается провести выходные на даче. Егор, лукаво прищурившись, выразил надежду, что он там будет отдыхать не в одиночестве, и, дождавшись подтверждения от сына, что да, с ним поедет Ника, широко улыбнулся и обменялся с братом довольными взглядами. Никита в шутку обозвал их старыми сводниками и наконец-то покинул пределы больницы.
Поскольку с парковкой здесь было неважно, ему пришлось оставить «мерседес» на противоположной стороне улицы. Оглядевшись по сторонам, он начал переходить дорогу, как краем глаза заметил несущийся на него большой черный джип. Инстинкты сработали раньше головы, и он, совершив прыжок, достойный чемпиона-кенгуру, в последнее мгновение успел увернуться от, казалось бы, неизбежного удара о капот. В памяти осталась лишь фара, лишенная стекла и зияющая зеркальной пустотой отражателя. Судя по всему, водитель-лихач не слишком заботился о целости своего авто.
Оказавшись в безопасности, Никита быстро посмотрел вслед идиоту, едва не отправившему его к праотцам, но, к сожалению, даже номера не смог разглядеть. Сообразив, что чудом увернувшийся из-под его колес пешеход вряд ли будет выражать бурные восторги в адрес его персоны, водитель на запредельной скорости исчез из виду.
Громко высказав вслух все, что думает о таких вот безответственных товарищах, понакупивших себе дорогие машины и теперь считающих, что сам черт им не брат, Никита сел за руль «мерседеса», уже всерьез пожалев, что в бардачке не завалялась пачка каких-нибудь легких сигарет. Да, с такими приключениями и неврастеником стать недолго!
Когда он вырулил на загородное шоссе, ведущее к даче, уже изрядно смеркалось. Да, долго он с отцом и дядюшкой проболтал! Теперь о шашлыке можно и не мечтать, наверняка уже его торговка свернула свою лавчонку. Ладно, будем надеяться, Ника его простит. Ну а мясо… за ним можно и завтра смотаться, благо что от дачи до той деревеньки не так чтоб и очень далеко. А на ужин сгодится и купленный Никой на всякий случай готовый суп. Удобная вещь — вскрываешь пакет, выливаешь в кастрюлю, разогреваешь — и ешь, наслаждайся! С готовыми смесями из разряда «просто добавь воды» и не сравнишь!
Когда же ей обо всем рассказать? Может, не тянуть кота за хвост, прямо сегодня и признаться? Мол, так и так, я должен тебе кое о чем поведать, дело очень серьезное, бла-бла-бла…
