class="p1">– Позволь мне представить тебя моим самым близким друзьям, миссис Уэзерфорд и Вив.
Джордж вошел в прихожую и сначала представился Вив, которая вежливо поздоровалась с ним. Как только он повернулся к миссис Уэзерфорд, она взволнованно обмахнулась рукой.
Миссис Уэзерфорд хихикала, раскрасневшись от волнения, пока болтала с ним о его возвращении в Лондон и расспрашивала о его семье, которая жила в Кенте.
Покончив с официальными представлениями, Джордж подошел к Грейс и предложил ей руку. Он вывел ее на улицу, и они вместе направились к ожидающему такси.
Нервное напряжение, которое она испытывала перед его приходом, растаяло в блаженном, головокружительном счастье. Было что-то волнительное в том, чтобы знать сокровенные мысли и соображения друг друга. А доверяться на бумаге было намного легче, чем вслух, и это установило между ними неоспоримую связь.
Пусть это было их первое настоящее свидание, но они уже знали друг друга. Более того, они понимали друг друга.
Джордж открыл ей дверь, чтобы пропустить вперед, затем присоединился к ней в тесном салоне такси. Запах его мыла для бритья заполнил небольшое пространство, знакомый запах, который оживил в памяти их прежние встречи в книжном магазине, случившиеся так давно.
– Я хочу услышать все о том, как продвигаются твои чтения книг, – произнес он.
Грейс рассказала ему о людях, которые приходили, и об историях, которые она читала, а он слушал с улыбкой на губах. Все это время такси плыло по улицам, петляя между встречавшимися время от времени знаками «Объезд», чтобы избежать воронок от бомб.
Она ожидала, что они пообедают в небольшой забегаловке, типа кафе «Кардома». Ряды мешков с песком делали такие заведения достаточно безопасными и одновременно служили бомбоубежищем во время авианалетов. Поэтому, когда они остановились перед арочным входом в «Ритц», у Грейс от шока пересохло во рту.
Никогда еще она не была в таком прекрасном месте. Она представляла его только в своем воображении, когда они с Вив болтали по ночам еще в той, унылой жизни в Дрейтоне.
– Я думала… – Грейс запнулась. – Я думала, мы собирались пойти в кафе.
Джордж улыбнулся ей.
– Раз уж у меня есть только одна возможность пригласить тебя на свидание во время трехдневного отпуска домой, то я хочу приложить все усилия, – пояснил он, вышел из такси, затем протянул ей руку. – Если ты не против.
Она вложила пальцы в его теплую ладонь и позволила ему помочь ей выйти из такси.
– Вовсе нет.
Он положил ее руку на сгиб своей руки, когда служащие открыли двери, чтобы приветствовать их в великолепии отеля «Ритц». Их провели в обеденную зону, где располагались многочисленные столы на двоих со свежими скатертями и обитыми бархатом стульями.
Каким бы грандиозным она ни представляла себе этот ресторан, он выглядел гораздо роскошнее.
Зал украшала не одна, а несколько люстр на овальном потолке. Все они были соединены гирляндами, свисавшими подобно прекрасным ожерельям из драгоценных камней. Каждый дюйм в этом ресторане сиял богатством и великолепием, от толстого ковра под ногами с узором в виде завитков до расписных стен и потолков.
Они будто попали в тот район Лондона, где войны не существовало. Где люди носили одежду, которая не годилась для того, чтобы бежать в бомбоубежище или спотыкаться на усыпанных обломками улицах. Где в запахе еды, витавшем в воздухе, можно было распознать такие продукты, как сахар и качественное мясо, которые теперь уже стали роскошью. Где незримые пальцы пианиста легко танцевали по клавишам, создавая чудесную мелодию, которая заставляла ее думать о лете и смехе.
В центре обеденного зала стояла величественная рождественская елка, среди сверкающих украшений которой не было видно ни клочка раскрашенной газеты.
Их провели к столику в углу, накрытому на двоих, на котором стояла ваза с небольшим букетом георгинов.
Джордж поморщился, глядя на цветы.
– А все, что смог найти я, это капуста.
Грейс рассмеялась, поддавшись головокружительному порыву восторга, наполнившего ее.
– Ты же не «Ритц».
Подошел официант и вручил им меню. Вверху мелким витиеватым шрифтом было написано «Пирог Ле Вултона». Грейс улыбнулась, представив себе лицо миссис Уэзерфорд, когда она узнает, что в «Ритце» подают вултонский пирог с причудливым названием.
Грейс решила отказаться от пирога «Ле Вултон» и вместо него выбрала идеально приготовленный ростбиф, который обещал быть сочным и нежным. Он разительно отличался от всего того, что им удавалось покупать у мясника, потому что оно чаще оказывалось куском жира, чем мяса.
Джордж заказал то же самое с морковным салатом в качестве закуски.
– Морковный салат? – Грейс демонстративно подняла брови. – Это правда, что морковь помогает видеть в темноте?
– Правительство говорит, что помогает, – подмигнул он.
Совсем недавно появились различные плакаты, поощрявшие потребление моркови и рекламировавшие ее способность улучшать зрение в темноте. Особенно у пилотов.
– А что ты на это скажешь? – Хотя Грейс задала этот вопрос шутливо, ей действительно было любопытно. Если уж на то пошло, она ела больше моркови, чем обычно, и не заметила особой разницы, когда патрулировала на улицах в темноте.
Он ухмыльнулся.
– Она помогает довольно хорошо, раз немцы тоже начали кормить ею своих пилотов.
– Правда?
Джордж рассмеялся, и Грейс поняла, что он намеренно уклоняется от ее вопроса. Он постоянно так делал, когда разговор заходил о том, чем он занимается на войне. Когда она спросила, был ли он во Франции, он ответил одним словом: Дюнкерк. Настороженный взгляд на его лице и понимание того, что он, должно быть, видел, удержали ее от дальнейших расспросов.
Он служил летчиком-истребителем в составе 13-й группы, которая стояла в Эклингтоне в Шотландии, и летал на истребителе «Хоукер Харрикейн». И он был в Дюнкерке. Кроме этих нескольких крупиц информации, она мало что еще знала. Учитывая секретный характер предоставляемых сведений о военных действиях, особенно в отношении Королевских ВВС, Грейс прекрасно понимала, что о многом просто нельзя было говорить.
Ведь «Болтун – находка для шпиона», «Язык твой – твой враг». Эти и все другие лозунги о том, чтобы хранить молчание, были широко распространены.
– А теперь скажи мне, как ты узнал, что мне понравится «Граф Монте-Кристо? – спросила Грейс.
На эту тему он мог говорить свободно, и то, как загорелись его прекрасные зеленые глаза, послужили этому доказательством.
– Все любят «Графа Монте-Кристо».
– Мне кажется, что тебе он особенно дорог, – подметила она и замолчала. Сделав глоток вина, она все еще надеялась, что он расскажет ей историю, связанную с этой старой книгой.
– Мне ее подарил мой дедушка, – все-таки начал Джордж, и нежная улыбка озарила его лицо. – В детстве мы каждый год ездили на поезде в Дорсет, чтобы остановиться в его коттедже. Он находится
