Здесь, в тогда еще британском Гонконге, Жун Чжицзинь и стал Ларри Юнгом. Пригодился английский, который он выучил в Шанхайском университете и продолжал штудировать в годы деревенской ссылки. Не знаю, читал ли Жун-младший «Как закалялась сталь» (почти наверняка, ибо роман Николая Островского был одной из немногих разрешенных и общедоступных книг во время «культурной революции»), но так или иначе закалившаяся на свежем воздухе воля в сочетании с предпринимательскими генами отца помогла бывшему прожигателю жизни выбиться в люди.
* * *
История умалчивает о том, сколько папа Жун дал сыну «для начала». Во всяком случае, биографы Ларри Юнга утверждают, что это был именно стартовый капитал, а Ларри Юнг многократно приумножил его благодаря своей феноменальной и нестандартной предприимчивости. Но, безусловно, сыграли роль и старые связи отца: костяк сформировавшейся к тому времени китайской бизнес-элиты Гонконга составляли друзья и знакомые Жун Ижэня, бежавшие из Шанхая в 1949 году.
Ларри Юнг освоил секреты гонконгской экономики, специализирующейся на торгово-посреднических связях между Западом и Китаем, финансовых операциях, манипуляциях с недвижимостью и биржевых спекуляциях. В середине 1980-х он уже был миллионером.
Тем временем Жун-старший продолжал работать на благо КНР. Под его началом в 1979 году была создана первая и уникальная в своем роде государственная инвестиционно-финансовая корпорация CITIC (China International Trust and Investment Corporation), в которой, с одной стороны, была непременная парторганизация с парторгом, а с другой – чисто капиталистическая система бонусов для сотрудников, а позднее и именных пакетов акций. И когда в середине 1980-х годов встал вопрос о создании «дочки» CITIC в Гонконге, это доверили Жуну-младшему. Причем не только из-за его отца, который быстро набирал вес в коммунистическом Китае (в 1993 году он стал заместителем председателя КНР), но и в силу единодушной уверенности деловых кругов Гонконга и Пекина в том, что именно потомственный миллионер способен превратить государственную корпорацию в эффективный инструмент зарабатывания денег на гонконгском рынке и привлечения инвестиций в экономику КНР.
Так или иначе, выбор пал на Ларри Юнга, хотя, как правило, руководителями дочерних структур китайских госпредприятий и ведомственных организаций за рубежом становились «красные принцы» – дети высокопоставленных руководителей КНР. Однако ощутимых денег они не заработали, а некоторые просто проворовывались. Зато, когда в 1986 году в Гонконг отправили трудиться на благо родины далеко не молодого «красного капиталиста» Ван Гуанина, результат превзошел ожидания. За шесть лет его компания «Гуанда», эффективно использовав предоставленный решением политбюро ЦК ПК и правительства кредит в $300 млн, увеличила свои активы до $6 млрд.
Стоит отметить, что Ларри Юнг долго не соглашался закрыть собственный бизнес и целиком отдаться роли «красного принца». Он выдвинул Пекину неприемлемые, как тогда казалось, условия: абсолютная хозяйственно-финансовая свобода и солидный личный пакет акций CITIC Pacific, как стала называться гонконгская «дочка». Именно этот пакет акций, а также приобретенные десять лет назад в личную собственность 20 % акций телекоммуникационного монополиста Hong Kong Telecom и сделали Ларри Юнга миллиардером.
* * *
Пока в списке журнала Forbes из 306 миллиардеров мира только один гражданин КНР. Правда, там 36 этнических китайцев из Гонконга, Тайваня, Сингапура и стран АСЕАН. Но ведь и «социалистическому капитализму» в коммунистическом Китае пошел лишь третий десяток лет.
Отвечая на вопрос корреспондента Time о секрете своих успехов, Ларри Юнг сказал, что на 30 % они зависят от его личной упорной работы, еще на 30 % – от его «команды» и на 40 % – от удачи. Господин Юнг признается, что по натуре он азартный игрок, и поэтому избегает казино, ограничивая поле своих игр бизнесом, скачками да картишками с приятелями (со «скромными» ставками).
Среди гонконгских тайкунов (так здесь называют олигархов) старшего поколения не принято кичиться своими богатствами. Вот уже 30 лет Ли Кашин (состояние $13 млрд) живет хоть и в пентхаусе, но не самого шикарного по нынешним меркам дома. «Номер два» в гонконгском бизнесе Ли Шаоки ($11 млрд) тоже давным-давно живет в многоэтажном доме. Правда, занимает пять этажей (на двух он сам, а на остальных – дети с семьями, что типично по-китайски). При этом оба миллиардера утверждают, что давно потеряли вкус к деньгам.
Как считают знатоки китайской психологии, это связано с тем, что конфуцианство не превозносит успех и богатство сами по себе. Главное – сила духа и стремление помочь другим. И гонконгские тайкуны (хотя тут не обходится без элементов пиара) действительно тратят много денег на благотворительность, особенно в родных уездах материкового Китая.
Господин Юнг тоже занимается благотворительностью, но, в отличие от старшего поколения, не стесняется жить на широкую ногу. Ларри Юнг сохранил пристрастие к быстрой езде (из-за чего не раз имел неприятности с дорожной полицией), а другим его хобби стала верховая езда (он президент гонконгского жокей-клуба). Плюс шикарное поместье в Англии, куда Ларри Юнг нередко выезжает поиграть в гольф, пополнить коллекцию антиквариата и поучаствовать в мероприятиях тамошней Countryside Association, влиятельной организации защитников природы и животного мира (на ее нужды Ларри пожертвовал сотни тысяч долларов).
Все это в сочетании с безупречными манерами и свободным английским (что, кстати, редко встречается у его этнических собратьев по бизнесу) делает «красного принца» Ларри любимцем европейских принцев крови и светских дам. Что, в свою очередь, помогает ему осуществлять амбициозные и сулящие огромные прибыли проекты в материковом Китае. Последний и крупнейший из них – прокладка волоконно-оптического кабеля длиной 32 тыс. километров, который позволит подключить Китай к широкополосным интернет-серверам и оказывать другие телекоммуникационные услуги на 80 % территории его родины.
Продавец новостей
Конрад Блэк (Conrad Moffat Black), род. в 1944
Место действия: Канада, Великобритания
Сфера интересов: СМИ
Все началось почти 30 лет назад, когда Блэк решил избавиться от отцовских супермаркетов и тракторов и заняться исключительно газетным бизнесом.
Конрад Блэк – большой ценитель прессы. Его холдинговая компания Hollinger, зарегистрированная в США, контролирует более ста ежедневных газет и около двухсот еженедельников. Его владения разбросаны по всему миру: в Северной Америке, Великобритании, на Карибских островах, в Австралии и Израиле. Большинство из них крошечные и мало кому известные, вроде газеты Peace River Block News. Но в коллекции есть и жемчужины. Самая большая – лондонская Daily Telegraph, которая приносит группе примерно 80 % прибыли. Жемчужины поменьше – израильская Jerusalem Post и американская Chicago Sun-Times. В Канаде Блэк контролирует 59 из 104 канадских ежедневных изданий. Из своего лондонского офиса, увешанного картинами с изображением морских баталий, 53-летний Блэк командует третьей по величине медиаимперией в мире. У его изданий 4,3 млн читателей. Больше – только у хозяина News Corporation Руперта Мёрдока и у группы Gannett, издающей USA Today. Так что у Блэка есть все основания говорить о времени и о себе: «Я горжусь нынешней эпохой, поскольку она позволила мне создать мое богатство честно и законно».
* * *
Большую часть времени канадец Конрад Блэк проводит в Лондоне, где у него два дома. На его вечеринках собирается весь цвет британского истеблишмента. Прием по случаю победы на выборах консерваторов, устроенный Блэком, имел грандиозный успех и наутро обсуждался во всех лондонских новостях.
Недавно Блэк вошел в состав правления аукционного дома Sotheby’s. Его счастливый брак с Барбарой Амиель нисколько не омрачает то, что раньше Барбара работала у главного конкурента Блэка, Мёрдока. Многие считают Блэка самым большим интеллектуалом в издательском бизнесе. Во всяком случае, его работа о Дюплесси – канадском политическом деятеле – насчитывает 743 страницы и является классикой жанра. Один из его сотрудников заметил, что 90 % интересов Конрада Блэка умственные: даже к бейсболу он подходит интеллектуально.
* * *
Автобиография Блэка называется «Life in Progress». Он написал ее, когда ему еще не было 50. Для автора и героя жизнь – это большая авантюра, и он наслаждается каждой ее минутой. От отца, акционера одной из крупнейших в Канаде промышленных групп Argus, Блэк унаследовал большие амбиции и страсть к цифрам. В восемь лет на свои первые сбережения ($60) Блэк купил одну акцию General Motors. Следу ющий шаг в бизнес он сделал, учась в школе в Торонто. Впрочем, школьный бизнес кончился плачевно: в 14 лет Блэка выгнали за торговлю украденными экзаменационными билетами. Что не помешало ему получить диплом юриста и степень магистра исторических наук.
