ее назад. Вдруг по пути в участок ей попадется еще какой-нибудь охотник на вервольфов. Она ведь тоже Олдброк, как выяснилось. Вернуться вместе с ней? Забросить на плечо, донести до участка и запереть, как и обещал? Но если жители Вуденкерса решили устроить ритуальное убийство старой леди, то ему никак нельзя медлить!
Хоть бы это оказалось какое-нибудь недоразумение, безобидный огненный хоровод, после которого все пойдут по домам. Очередной странный обычай.
Ему вдруг послышался какой-то необычный звук и, прислушавшись, Ральф понял, что исходит он от Джейн. Она быстро шла рядом, не спотыкаясь, напротив – несколько раз подхватывала его, не давая растянуться на неровной дороге, так, будто отлично видела в темноте. И тихо рычала.
Глава 19
Ожерелье и старый долг
Элизабет толкнула дверь полицейского участка, и та приветливо распахнулась. Значит, Ральф здесь. Прекрасно. Все идет по плану. Она своими глазами видела, как работники лесопилки толпой прошли мимо ее дома и свернули к пабу. Вряд ли им хватит денег, чтобы кутить всю ночь. А вот подогреть воинственный дух – вполне.
Кэтрин все же молодец. Хорошо иметь такую подругу. Главное – держать ее на коротком поводке и иногда давать понять, кто здесь главный, чтобы та не смела слишком сильно скалить зубы.
Теперь надо задержать Ральфа, чтобы он не успел на выручку рыжей. И чтобы, не дай бог, не пострадал в драке. Говорят, шрамы украшают мужчин, но у него такое красивое лицо. Не хватало еще, чтобы ему сломали нос.
Фыркнув, она приподняла юбки и перешагнула порог.
– Мистер Рейнфорд! – позвала она. – Миссис Пампкин!
У Элизабет не было особого плана, она предпочитала действовать по ситуации. Сейчас Ральф наверняка уязвим. Он причинил ей боль жестокими словами и не сможет выставить вон. По крайней мере, не сразу. Хотя бы чай ей точно предложит. А она будет пить его очень, очень долго, представляя, как в этот самый момент наглую американку волокут на костер.
– Инспектор! – позвала она снова.
В самом деле, куда все подевались? Кабинет оказался заперт. На столе в приемной валялись какие-то бумажки, огрызки карандашей и отвратительно зеленый клубок, пронзенный спицами. Все же миссис Пампкин небрежно относится к своим обязанностям. Почему ее нет на месте? Элизабет даже на миг задумалась о том, чтобы заменить секретаря, когда она станет миссис Рейнфорд. Но у миссис Пампкин было одно несомненное достоинство – почтенный возраст. Не хватало еще, чтобы возле Ральфа крутилась какая-нибудь вертихвостка!
Элизабет заметила свет в гостиной, просачивающийся из-под двери, и решительно направилась туда. Постучав, открыла, но в комнате, несмотря на зажженные светильники, тоже было пусто.
На низком столике стояли две нетронутые чашки с чаем. Странно. К Ральфу кто-то приходил? Обычно он принимает всех в кабинете.
Нахмурившись, Элизабет собралась закрыть дверь, но потом увидела нечто такое, чего никак не могло быть на подносе рядом с плошкой с овсяным печеньем.
Заклятая подруга матери как-то поддела ту в разговоре. «Ах, Элисон, – сказала она. – Вы с Максимилианом были такой красивой парой. Жаль, что у вас не сложилось. Кто знает, если бы он не бросил тебя, то, может, остался бы жив». Мать холодно улыбнулась и ответила, что куда больше жалеет о фамильных рубинах Олдброков, которые ей даже не довелось примерить.
И вот теперь они лежат, брошенные, как ненужная побрякушка. И это значит, что рыжая была здесь. Может, это Ральф снимал с нее украшения. Нежно касался кожи, целовал шею…
Рыжая дрянь словно оплевала и ее, и мать, мимоходом украв мечты их обеих и даже не заметив этого!
Зарычав, Элизабет быстро подошла к столику и резким движением сбросила поднос на пол. Отдышавшись, осмотрела разбитый фарфор, растекшийся лужицей чай, а после сгребла ожерелье и сунула себе в карман.
Выйдя на крыльцо, Элизабет постояла некоторое время у входа, а потом пошла по направлению к фермам. Она выбросит ожерелье куда-нибудь в лес, а лучше – в навозную кучу, откуда и выбралась рыжая дрянь. По ней ведь сразу видно – дешевка. И пусть не корчит из себя потомственную аристократку в фамильных драгоценностях!
Легкая дымка тумана стелилась под ногами, в черном небе висела полная луна, большая и оранжевая, как тыква, которую сегодня притащила служанка.
Если Ральф попытается защитить мисс Уокер – ему же хуже. Даже если ему сломают нос – поделом. Но когда Ральфу понадобится дружеская поддержка, утешение – Элизабет будет рядом.
Она с силой сжимала ожерелье, и камни в ее ладони потеплели.
* * *
– Это кто сейчас вышел из участка? – спросила миссис Пампкин, близоруко щурясь.
– Мисс Блювенгейз, – ответил доктор.
– Вы уверены?
– Абсолютно. Я знаю жителей этого города лучше, чем кто-либо. Посмотрите, какая у нее семенящая походка.
– Прекрасная походка для леди, – возразила миссис Пампкин скорее для порядка.
– Небольшой ортопедический дефект, – ответил мистер Филипс, глядя вслед девушке. – Увы, корректировке не поддается. Если бы в младенчестве… Но вы меня, надеюсь, вызвали по более важной причине. Сегодня я и так пообщался с инспектором больше, чем мне бы того хотелось. Но вы знаете, я думаю, что наш город в надежных руках.
– Вы так считаете? – переспросила миссис Пампкин, чувствуя себя странно польщенной. Как будто успехи инспектора частично и ее заслуга. Впрочем, она его кормит. Здоровое питание – залог побед.
– Он не боится действовать нестандартно, – ответил мистер Филипс. – Не сворачивает на полпути. К тому же он никогда не обращался ко мне за профессиональной помощью. И не потому, что наплевательски относится к своему здоровью. Напротив! По нему видно, что в этом просто нет нужды. Хотя если вы убедите его явиться на профилактический осмотр, лишним не будет.
– Я постараюсь, – заверила его миссис Пампкин.
– Итак, где ваша Джейн? – спросил он, заходя в полицейский участок.
Миссис Пампкин указала на распахнутую дверь в гостиную.
Мистер Филипс прошел вперед и остановился в дверном проеме.
– Ей уже лучше, – сказал он, обернувшись к миссис Пампкин.
– Правда? – обрадовалась она. – Как же вы так сразу определили?
– Очень просто, – ответил доктор. – Она ушла.
Миссис Пампкин выглянула из-за его плеча и ахнула, увидев и разбитые чашки, и пролитый чай.
– Это из моего свадебного сервиза! – расстроилась она. – Ох, мистер Филипс, мне так жаль, что я напрасно оторвала вас… от дел.
– Ничего, – скупо ответил он. – Я уже закончил.
* * *
Миссис Олдброк сорвала розу и теперь методично обрывала лепесток за лепестком. Они падали на стриженую траву, как крупные капли крови, и Томас не выдержал.
– Хватит! – потребовал
