отсутствием вкуса и понимания о прекрасном, конкретно в части того, что о тебе подумают партнёры и соседи.
Арт создан ИИ по техзаданию автора.
Емец давненько не встречался со Скарятиным вот так вот, на людях, в открытую. Но излишняя шифровка часто давала повод иностранным коллегам задуматься над элементарным вопросом — а почему князь Емец-Арвадский НИКОГДА не встречается с определенным числом людей из «Интересного списка»? Нет ли тут чего-то, к чему следует присмотреться повнимательнее?
Как бы то ни было, но сегодня они «случайно столкнулись» на премьере в очень модном Большом Южном Новоилионском театре оперы и драмы, ну, а дальше, как всегда, — слово за слово и вот они уже прогуливаются по набережной, глядя на садящееся за морской горизонт солнце.
— Чем порадуете, Михаил Владимирович? Насколько я слышал, в ваших краях все ещё довольно весело, не так ли?
Усмешка.
— Вы, Анатолий Юрьевич, как всегда держите руку на пульсе событий. Да, конечно, Ближний Восток — это ещё та веселая земля. Покоя там нет тысячу лет, и, вероятно ещё тысячу лет не будет. Тем более, при наличии таких доброжелателей, коими являются наши британские и американские друзья, дай Бог им всяческого здоровья, будь они трижды неладны.
— Конечно, желающих помутить воду там хватало всегда, типа того же Лоуренса Аравийского, но не мне вам рассказывать о том, что мы входим в новую фазу большой войны, которая никак не пройдёт мимо Ближнего Востока, а может быть с него и начнётся.
Граф Скарятин кивнул. Кому-кому, но точно не ему удивляться тому, что на Ближнем Востоке сошлись интересы практически всех великих держав мира. Нефть, газ, географическое положение — всё это делало регион не только важнейшим ресурсом, но и фактическим ключом к четверти Азии и четверти Африки заодно.
Не зря же он занимался местными делами уже два десятка лет? Формально, уйдя в отставку в 1922-м году, Михаил Владимирович Скарятин стал бизнесменом средней руки, открыл офис в Дамаске, а к нему открыл и множество филиалов, а также отделений по всей Азии и Африке, занявшись очень прибыльным делом — поиском, скупкой и продажей на аукционах всякого рода восточных и африканских древностей, что позволяло содержать, а, главное, легализовать, обширную сеть агентов и обширнейший штат представителей Конторы в этом очень интересном регионе. Нужно ли говорить, что вся эта прекрасная деятельность, столь славно служила прикрытием для деятельности Экспедиции Службы Егермейстера Двора?
— Как я уже доносил, Анатолий Юрьевич, в последние недели наблюдается значительный рост активности британских эмиссаров по всему региону. Серьезные партии оружия движутся в сторону Карамании, в сторону Кавказа, а также, насколько я могу судить, в сторону Туркестана. И, судя по всему, готовится что-то большое, возможно, даже единовременное.
Емец кивнул.
— Да, я читал ваши донесения. Но, я хотел бы услышать не сухое изложение фактов, а ваши выводы и прогнозы.
— Понимаю. Да, что-то грядёт. И грядёт куда в большем масштабе, чем Ближний Восток. Мир на пороге новой большой войны, а Ближний Восток — это нефть, газ, транспортные коридоры, тот же Суэцкий канал, так что я бы ожидал восстания племён на аравийском полуострове, а, возможно, и в Северной Африке.
— Исходя из вашего опыта Михаил Владимирович, вы бы на что сейчас сделали основную ставку? Допустим, если исходить из возможного столкновения Германии и Великобритании в ближайшее время?
— Трудно сказать, Анатолий Юрьевич, вариантов очень много, но, лично я бы сделал ставку на блокаду Суэцкого канала в том или ином виде. Такая блокада самым решительным образом отразится не только на европейских ценах на нефть, но и в целом скажется на объемах поставок нефтепродуктов на европейские рынки. Конечно, есть трубы нефтепроводов, но там очень ограниченный объем возможной прокачки, да и никто не может гарантировать того, что на всём тысячекилометровом протяжении их не взорвут какие-нибудь местные голодранцы. Риск этого достаточно велик, а организовать сие не очень сложно. Я бы смог, значит и они смогут.
Арт создан ИИ по техзаданию автора.
* * *
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 18 мая 1936 года.
Я сладко потянулся в кресле. Блин, как я задолбался! Вот, казалось бы, ты — Царь, сам себе начальник, можешь спать сколько хочешь, поехать куда угодно, оттопыриться где вздумается, не считая денег и наплевав на условности! Но, нет, ничего этого ты сделать не можешь. И времени на гульки у тебя нет, и ездишь ты, в основном, по составленному (не тобой) графику, и посещаешь места, которые лично тебе не слишком-то интересны. Не говоря уж о том, что за каждым твоим шагом следят вездесущие журналисты и всякого рода «уважаемые люди от общественности». Нужно соответствовать. Соответствовать и протоколу, и образу, который так усиленно формирует ведомство князя Суворина.
Что ж, война в Испании шла своим чередом. Конечно, это давно уже не была тусовка всякого рода «добровольцев», поскольку и Германия, и Италия, и мы, и Британия, и США, и, даже, Португалия, вполне официально ввели «на помощь законной власти» свои воинские контингенты. Поэтому, в этой истории, война в Испании для ведущих держав была не просто полигоном для испытания новой техники в условиях реального боя, но, и, фактически, реальным началом той самой Глобальной войны, запах которой в воздухе носился уже не один год.
Карлистская коалиция, в составе США, Великобритании, Португалии, и, как это не покажется кому-то странным, Мексики, пока решительно проигрывала. Что, в общем-то, неудивительно. После того, как Франция присоединилась к коалиции хуанистов, дела у карлистов пошли очень и очень плохо, поскольку поставки вооружений, боеприпасов и армейских частей через территорию Франции стали не только официальными, но и значительно увеличились в объемах, что позволило союзникам и самим хуанистам развить мощное наступление на Барселону, выдавливая сторонников «короля Карла» из Каталонии.
В центре Испании полным ходом разворачивалась битва за Мадрид. Сам город давно пылал, подвергаясь постоянным авиаударам, и, хотя, пилоты союзных сил не имели задачи терроризировать гражданское население, но населению этому неизбежно перепадало, как-то высокоточных бомб в это время ещё не изобрели. Да и в моё время все эти «гуманные высокоточные бомбы» большей частью были лишь на бумаге и в выпусках каналов новостей.
Как бы то ни было, но наши противники в Испании явно проигрывали, и торпедирование германского транспорта с мощным пополнением было скорее жестом отчаяния. Так и
