Покончив с этим наказанием, Зак пожелал своим друзьям удачи и пригласил их всех на бал во дворец Руниты. Только таким образом он и мог избавиться от наград, чтобы потом честно доложить по месту их выдачи, что они были вручены героям в торжественной обстановке. Попрощавшись с Риккой, он вернулся в свой кабинет и до полудня успел разобраться ещё с некоторыми делами. На двенадцать часов у него была назначена встреча с Веридором Мерком, но уже за пять минут до назначенного времени он стоял на взлетно-посадочной площадке возле своего лёгкого одноместного флайера. После того, что устроили для них Созерцатели, он немедленно связался с Полли и вежливо попросил её об аудиенции, за что она тут же сообщила ему, что постарается освободить своего шефа с двенадцати часов дня и до утра следующего дня, даже не спросив Зака о том, что у него стряслось. Как Полли и обещала это, Веридор, одетый в повседневный княжеский мундир, появился минута в минуту и радостно выпалил:
– Зак, Полли сегодня добрая, она выписала мне увольнительную до следующего утра. Что делать будем?
Раффи за пару секунд превратился в ярко-желтый аэродинамический комбинезон с гоночным шлемом на голове и Зак Лугарш, мигом вскочив в седло флайера, крикнул ему:
– Шесть кругов по периметру на бреющем, а потом летим ко мне в замок, есть разговор, Верди.
Флайеры у них обоих были совершенно одинаковые и имели предел скорости в семьсот пятьдесят километров в час, трассу оба знали, как свои пять пальцев и ни Раффи, ни Снуппи ни в коем случае не стали бы им помогать, да, и сами они не жульничали, но после того, как Зак сменил себе мозги, а затем и тело, это должна была быть уже двенадцатая гонка, а он смог выиграть всего три раза. Мундир Веридора превратился в фиолетовый комбинезон и они быстро взлетели к заснеженной вершине горы, возвышавшейся над белоснежным дворцом, точке старта. Единственное, что сделали для них Защитники, это обеспечили одновременный старт и они понеслись над горами по этой головоломной трассе воздушного слалома, выжимая из флайеров всё, на что они были способны. Зак был предельно сосредоточен и потому горы надвигались на него медленно и неторопливо, что было совершенно недоступно его другу, но тот, тем не менее, не отставал от него и даже наоборот, временами обгонял чуть ли не на четверть корпуса.
Зак успевал просчитывать всё, вплоть до аэродинамики своего комбинезона, которую он регулировал короткими, отрывистыми фразами. Он входил в виражи по самой оптимальной кривой и учитывал даже восходящие потоки, ветер и прочие турбулентные дела, чего не мог делать Верди. Ему было непонятно то, как он вообще мог состязаться с ним и, уж тем более, выигрывать, но тот не уступал ему ни в чем, хотя и был самым обыкновенным парнем, пусть и чертовски талантливым пилотом. Этот заезд ему удалось выиграть, правда, выигрыш его составил всего лишь половину корпуса, что на дистанции в тысячу километров было сущим пустяком. Когда они опустились на траву перед замком, Веридор пожал ему руку и сказал:
– Зак, сегодня ты показал высший класс.
Уныло махнув рукой, он ответил:
– Верди, я даже представить себе не могу, как ты начнешь гонять, когда у тебя будут новые мозги и ты сможешь считать трассу также, как и я. Это, наверное, будет что-то потрясающее.
– Да, ничего не будет, Зак. Мы ведь с оба гнали на полном пределе, только я делал трассу ни о чем не думая, а ты считал её с точностью до микрона. Не веришь, загляни в запись полета и ты сам увидишь, на сколько мы превысили ресурс.
Зак немедленно сделал так и увидел, что скорость за время всего полета ни разу не упала ниже семьсот восьмидесяти двух километров в час, а временами он разгонял флайер и до восьмисот семи километров. Чтобы не раскрывать секрета раньше времени, он телепортом перенесся вместе с Веридором в столовую, где робот-мажордом уже накрыл на стол. Жестом предлагая своему другу отведать блюда галанской кухни, в рецепт приготовления которых он внёс кое-какие свои собственные дополнения, он сел за стол и сразу же задал ему вопрос:
– Верди, что ты думаешь об умственных способностях живого варкенского мха? Только честно.
Веридор Мерк как-то подозрительно покрутил носом над тарелкой с супом из плавников молодого морского дракона и настороженно поинтересовался прежде, чем ответить:
– Рукозуба в кастрюлю сунул? – Зак молча кивнул головой, а Звездный князь, улыбнувшись, зачерпнул суп ложкой и, дуя на золотистый бульон, сказал – Даже и не знаю что тебе на это сказать. Впрочем, у нас есть одна фигура речи, которую мы пускаем в ход всякий раз, когда пытаемся побудить кого-либо задуматься. Тогда мы, варкенцы, говорим: – "Парень, может быть ты и отец-хранитель клана, но живой мох под твоей задницей соображает куда быстрее тебя". Понимаешь, Зак, нейронов в теле живого мха ничуть не меньше, чем в голове человека и это просто удивительно что он, будучи телепатом, только принимает мысли, но ничего не передает. О рассудочной деятельности этих удивительных существ трудно судить, ведь им ничего не нужно для жизни, кроме присутствия другого живого существа, которое использовало бы его, как подстилку. Даже сейчас, когда живой мох стал чуть ли не единственным экспортным товаром Варкена, коврики живого мха постоянно находят в дикой природе, в логовах всяких хищников. Да, оно и понятно, ведь в таком логове всегда будет сухо, тепло и чисто, а значит и потомство будет расти здоровым и не погибнет. К тому же не было ещё случая, чтобы то животное, в берлоге которого есть подстилка из живого мха, впав в зимнюю спячку, погибло. Ледовые крысы совершают свои набеги на хольды только для того, чтобы похитить деток живого мха. Иногда находятся безграмотные типы, которые пытаются утверждать, что ледовые крысы питаются живым мхом, хотя они просто переносят их в свои логова под ледниками в желудках, выстилают ими свои детские камеры, а потом, когда шарики подрастают, вытаскивают лишние коврики наружу и они достаются другому зверью. Мерки всегда относились к этому спокойно и даже устраивали в преддверии зимы "День крысы", когда во всех домах на ночь гасился свет, открывались входные двери и возле них выставлялись миски с жареными каштанами и лотки с детками живого мха. Норды нас за это всегда презрительно обзывали крысоводами, а теперь, став Лиантами, тоже празднуют "День крысы" и после ночи открытых дверей устраивают карнавальные шествия. В любом случае наши егеря постоянно совершают обходы и изымают лишние взрослые коврики из берлог миршей, снежных пантер и прочих животных. Иногда живой мох находят даже в расщелинах скал, куда самки скальных прыгунов приходят для отёла. Хотя, что это я тебе всё это рассказываю? Ты и сам можешь узнать это из любого справочника по биосфере Варкена. Тебя же, похоже, интересует совсем другое, является ли варкенский живой мох разумным существом?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
