план неизвестного провалился, его невозможно будет поймать. Но какова же наглость!..
Роман сделал глубокий вдох, заставляя себя отстраниться от разгорающегося гнева, совсем не типичного для него. Он сам еще не выбрался. Он прекрасно понимал, что гадюка – не враг ему, не подосланный убийца, которому обязательно нужно выполнить задание. И все равно это опасное существо, которое способно отреагировать на резкое движение как угодно. Может шарахнуться в сторону – а может и напасть, решив, что только так оно спасется. Так что у Романа сейчас не было права ни на промедление, ни на ошибку.
Он двинулся с места быстро и уверенно. На змею Градов больше не смотрел, потому что это стало бесполезным: взгляд ничего бы не изменил. Он двигался вперед, вдоль стены к двери, так, чтобы между ним и гадюкой оставалось максимально возможное расстояние. Пусть она видит, что враг не нападает, враг убегает…
Путь до двери оказался неправдоподобно долгим, и Роману оставалось лишь порадоваться, что они, вернувшись в коттедж, не заперли замок. Роман собирался вскоре уйти, но никто не готовился к тому, что он будет убегать. Однако сейчас это помогло, позволило ему выскользнуть на безопасную территорию и захлопнуть за собой дверь.
Виктория уже ждала, она давно выбралась – должно быть, сразу бросилась к окну, не проверяя, есть ли на кухне другие змеи. Увидев, что Градов справился, она порывисто обняла его, словно только ему сегодня угрожала опасность. Роман ее не винил, он и сам слишком хорошо представлял, что могло случиться, если бы девушка реагировала медленней. Поэтому ему тоже было важно прижать ее к себе, почувствовать ее тепло, убедиться, что она живая, она с ним.
А потом короткий миг спокойствия закончился, настало время для дел куда менее приятных.
Он отвел Викторию к себе и объявил, что жить ей лучше рядом с ним. Возражать она и не собиралась, ей по-прежнему было не по себе от случившегося. Градов оставил ее отдыхать в своем коттедже, передал ключи и коды от сигнализации, а сам вызвал охрану. Охранникам предстояло не только отловить змей, но и получить такой выговор, что, пожалуй, и на той стороне леса услышат.
Главным образом Романа интересовало то, какого черта – впрочем, сформулировал он это грубее, – над просьбами о помощи гостьи посмеивались и определенно не воспринимали всерьез. Как в Малахитовый Лес пробрался какой-то псих, который змеями тут разбрасывается. И почему этим должен заниматься руководитель, у которого, вообще-то, тоже отпуск! То, что отпуск он не брал, никого здесь не касалось.
Насчет змей Виктория оказалась права: в доме в итоге поймали трех, причем одна из гадюк успела укусить охранника. Но к этому уже были готовы, пострадавшего вовремя доставили к врачу. Теперь в коттедж вроде как можно возвращаться, однако Роман даже предлагать это не стал. Он не хотел проверять, согласится Виктория или нет, он бы попросту извелся сам, не зная, что с ней, доживет ли она вообще до утра… Ее, видимо, такие сомнения тоже не привлекали, она не собиралась уходить.
Теперь охране было поручено просмотреть все записи видео, допросить свидетелей, хоть носом весь сад перекопать, но найти того, кто устроил охоту на Викторию. Впрочем, на результат Роман особо не надеялся. Неизвестный определенно знал, что делает, он изучил и коттедж, и поселок, прежде чем напасть. Он должен был подстраховаться…
И все же это ненормально. Настолько, что Роман даже готов был вызвать полицию, хотя преступление как таковое пока не произошло.
Но это точно не сегодня. Виктория оставалась в его доме, а он вызвался сходить им за обедом, появляться сейчас в кафе вместе и отвечать на неудобные вопросы им не хотелось.
Роман предполагал, что все пройдет быстро, но у выхода из кафе его все-таки задержали. Лидия Княжина появилась у него на дороге якобы случайно, чуть не столкнулась с Градовым и долго извинялась. Роман благосклонно принимал извинения, делая вид, будто поверил этому спектаклю. Он прекрасно помнил, что эта женщина ничего случайно не делает. Неприязни он все равно не испытывал – Княжина была ему симпатична, да и по отношению к психологам он настороженности не чувствовал.
– Неприятно получилось, но не зря ведь говорят, что нет худа без добра, – завершила свой ритуал с извинениями Княжина. – Я давно уже хотела с вами поговорить, да случая не подворачивалось, а тут вот как совпало!
– А зачем же ждать случая? Вы знаете, где я живу.
– Если бы я пришла к вам, это было бы похоже на официальный визит, а тут скорее дружеская беседа. Я заметила, что ваш брат очень беспокоится о вас.
– Он уже и вам пожаловаться успел? – поразился Роман. – Пора засылать в Малахитовый Лес аудиторов, по-моему, у братца слишком много времени для занятий ерундой.
– Прошу, не злитесь на него. Все его поступки продиктованы исключительно заботой.
– Я в курсе. Он пытается подложить под меня мошенницу только потому, что ему это кажется удобным. А чуть раньше он устроил этой мошеннице тест-драйв в моей постели. Действительно, с чего бы мне на него злиться?
– Да уж, не слишком приятные действия, – вздохнула Княжина. – Особенно со стороны близкого человека. Но вы ведь знаете, почему так происходит?
Это Роман как раз знал – еще с того дня, когда обнаружил Льва и Аллу вместе. Вычислить было не так уж сложно. Но то, что взрослый мужик вел себя как избалованное дитя, вряд ли могло сойти за достойное оправдание.
– Он хочет привлечь ваше внимание, потому что ему больно, – добавила Княжина. – Разве до того, как все случилось, ваш брат пытался диктовать вам, как жить?
– Нет, это его новая привычка.
– Рискну предположить, что появилась она как следствие травмы. Лев Андреевич не из тех, кому доставляет удовольствие контроль над чужими жизнями. Через все свои поступки, какими бы кощунственными они ни казались, он добивается вашего внимания.
– То есть теперь я должен стать для него нянькой?
– Я это убеждение не поддерживаю. Думаю, и Лев Андреевич делает это не потому, что видит вас именно в роли няньки.
– Да? – усмехнулся Роман. – И что же им тогда движет?
– Он думает, что вам не больно. Вы оба столкнулись с одной и той же трагедией, но вашего брата она почти сломала, а вы кажетесь ему неизменным. Теперь он пытается добиться вашего внимания, чтобы выяснить, как вам удалось устоять на ногах. Да, поведение у него совершенно детское. Но все его капризы и даже худшие из поступков продиктованы любовью к вам. Быть может,
