сообщил, что приказ Николайчуку направлен. Еще через двадцать минут на связь вышел комкор и спросил, на какой рубеж выдвигать дивизию. Судя по тому, что перестраховщик Николайчук нарушил инструкцию и вышел на связь не шифровкой, а открытым текстом, Иван Васильевич сделал вывод, что его крепко вздули. Гаврилов дал координаты рубежа в километре за своим КП. Через пятнадцать минут на связь вышел комдив-248 Митяков, чтобы уточнить вопросы взаимодействия.
Утром 18-го дивизия выдержала еще одну атаку, затем в боевом порядке отошла за подготовленную к этому времени линию обороны 248-й дивизии. В строю осталось 2246 человек. Сам Гаврилов в это число не вошел. При отходе осколок разорвавшегося сзади снаряда вырвал кусок мяса из трицепса правой руки, и его отправили сначала в дивизионный медсанбат, а затем, по указанию комфронта, во фронтовой госпиталь комсостава. Кость осколок, к счастью, не задел.
Там Гаврилов узнал, что штаб 12-го танкового на марше попал под удар пикировщиков, лишился связи, а затем попал под гусеницы гудериановских танков и в полном составе погиб, включая и самого комкора Петрова. Корпус остался без управления. Ввиду отсутствия информации от штаба корпуса в штабе армии решили информацию придержать до прояснения обстановки, что едва не привело к катастрофе фронтового масштаба.
От поступивших в госпиталь командиров из 248-й мотострелковой узнал, что их дивизию атаковали всего 37 танков и 44 броневика. Из трех танковых дивизий!
248-я свою позицию удержала. 84-ю вывели за тыловой рубеж на пополнение.
Г. К. Жуков. Из книги «Воспоминания и размышления»
К исходу дня 18 сентября окружение основных сил танковой группы Гудериана завершилось. В котле севернее города Гулбене оказались четыре пехотные, одна кавалерийская, три танковые и три моторизованные дивизии. Из них относительно полнокровными были лишь две пехотные и одна кавалерийская дивизия. Все три танковые дивизии по живой силе едва ли равнялись одной штатной и почти не сохранили бронетехники. В трех моторизованных дивизиях осталось по половине штатного состава. А от 323-й пехотной уцелел едва ли полк. Всего около 70 тысяч живой силы при 800 орудиях. В окружении оказались управления 24-го и 46-го моторизованных корпусов, а также 31-го и 37-го армейских корпусов. По данным радиоперехвата, в котле находился и сам Гудериан. На штабной карте-километровке, вокруг обведенного двойным сине-красным контуром котла, имевшего форму повернутого носком на северо-запад ботинка высотой 34 км и длиной «подошвы» 42 км, были отмечены 12 наших дивизий общей численностью около 110 тысяч человек.
В Латвии к этому моменту сложилась предельно напряженная оперативная обстановка. Из наших и немецких войск образовался самый настоящий «слоеный пирог». Соединения 2-го Прибалтийского фронта удерживали узкий коридор вдоль Западной Двины шириной 30–40 км и длиной 110 км от города Прейли до Верхнедвинска. С севера над коридором нависал занятый противником во время контрудара Гота плацдарм вокруг города Резекне. На плацдарме, имевшем форму надкусанного с двух сторон яблока диаметром 60 км, размещались девять относительно полнокровных пехотных дивизий. Войска, занимавшие плацдарм, подчинялись командующему 16-й армией генерал-фельдмаршалу Бушу.
На восточном берегу Двины выше города Екабпилс пять немецких пехотных дивизий обороняли плацдарм шириной 40 и глубиной 30 км, захваченный 2-й танковой группой несколько дней назад. Из состава этой группы на плацдарме находились две танковые, одна моторизованная и четыре пехотные дивизии, безуспешно пытавшиеся прорваться на северо-восток, на соединение с основными силами Гудериана. Эту группировку отделяло от котла с Гудерианом 23 км по прямой. 28-й мотострелковый корпус Прибалтийского фронта стойко оборонялся за рекой Айвиексте, удерживая свои позиции с 9-го числа.
От немецкого плацдарма вокруг города Резекне группировку Гудериана отделяли в самом узком месте 30 километров коридора, созданного войсками Прибалтийских фронтов два дня назад. На территории коридора в резерве 2-го Прибалтийского фронта располагались три дивизии 26-го мск, имевшие задачей предотвращение попыток немецких войск прорвать кольцо окружения. 84-я дивизия этого корпуса, как и все четыре дивизии 12-го танкового корпуса, принявшие на себя контрудар трех танковых дивизий Гудериана, была отведена в тыл.
В 160 километрах к северо-западу, на побережье Рижского залива у города Пярну уже давно сидела в окружении группировка Руоффа, представлявшая собой остатки 3-й и 4-й танковых групп. Немецкое командование с огромным трудом пыталось снабжать эту группировку с помощью подводных лодок. Группировка насчитывала около 20 тысяч живой силы, испытывала острый недостаток боеприпасов и горючего и уже не представляла собой серьезной силы.
Плацдарм у Екабпилса соединялся с плацдармом у Резекне коридором шириной 21 км и длиной 30 км, пробитым Гудерианом в обороне Прибалтийского фронта в первый день наступления. С утра 18 сентября по этому коридору продвигалась на запад ударная группировка Прибалтийского фронта в составе 31-го танкового и 6-го мотострелкового корпусов, уничтожая тыловые части немецких дивизий, оборонявших коридор.
В первой половине дня танкисты проутюжили 208-ю пехотную дивизию, оборонявшуюся на северной стороне коридора у города Виляны. Оставив мотострелкам 6-го корпуса на растерзание остатки этой дивизии, танкисты без остановки двинулись через тылы 337-й и 218-й пехотных дивизий на запад к Двине. С боевыми частями дивизий должны были разобраться мотострелки.
Вечером двигавшаяся в первом эшелоне на правом фланге 2-я танковая дивизия столкнулась с танковыми полками 17-й и 18-й танковых дивизий 47-го мотокорпуса. Утром этого дня Гудериан снял мотокорпус с рубежа Айвиексте и двинул его навстречу нашему 31-му танковому корпусу. К этому времени во 2-й танковой осталось около 140 танков Т-26Э. Немецкие танковые полки к этому времени в сумме имели примерно такое же количество французских танков. Две трети из них составляли средние танки типа S-35, имевшие лобовую броню 56 мм и орудие калибра 47 мм, одну треть – легкие танки H-39 с броней 35–45 мм и пушкой 37 мм. Если легкие танки по боевым возможностям примерно равнялись Т-26Э, то средние – значительно превосходили наши танки. Бой продолжался до поздней ночи. 47-й корпус нанес поражение 2-й танковой дивизии. После боя в корпусе осталось не более 80 танков, практически все типа S-35.
Утром 19 сентября три другие танковые дивизии 31-го корпуса, имевшие в сумме около 400 танков, сошлись у местечка Рудзати во встречном бою с танками 47-го корпуса. На этот раз преимущество было у наших танкистов. К полудню все немецкие – французские – танки были уничтожены. Оставшиеся в наших дивизиях 210 танков двинулись вперед, но были остановлены в 12 километрах от Двины занявшими оборону мотопехотными полками танковых дивизий и подошедшей 29-й моторизованной дивизией.
По данным авиационной и радиоразведки, от рубежа Айвиексте во фланг ударной группировке Прибалтийского фронта пешим порядком выдвигался 54-й армейский корпус четырехдивизионного состава. Командующий фронтом развернул против этого противника две мотострелковые дивизии 6-го корпуса. Однако оставшихся в распоряжении Ф. И. Кузнецова
