прошли по комнате, собирая окровавленные куски пергамента. Они велели нам оставаться в Лунном дворце, напомнили, что Кеджари будет проходить по плану, и велели ждать дальнейших указаний.
Вот и все. Так что мы все вернулись в то, что осталось от Лунного дворца, и стали ждать.
На закате следующей ночи Винсент обратился к Дому Ночи.
Он делал это с балкона замка, с которого открывался вид на внутренний город. Он привлек внимание всего Сивринажа. Магия нарисовала его образ на небе неземными мазками света. Первые две пуговицы его куртки были расстегнуты, открывая его знак Наследника. Его крылья были расправлены, а корона выглядывала из-под прядей светлых волос, как платиновые шпили звезды.
Послание было ясным: Винсент — Король Ночнорожденных, и любой, кто бросит ему вызов, дорого за это заплатит.
Он обращался не к своему народу, а к своим врагам.
— Я могу сказать только одно. Ночнорожденные не трусы. Мы не относимся с пониманием к актам войны. И не заблуждайтесь, это нападение — акт войны.
Его голос прозвучал в небе, везде и сразу — неотвратимо.
— Вы хотите свергнуть меня? Попробуйте. Вы не единственные, кто умеет убивать. Вы открыли дверь, которую уже не сможете закрыть, и вы не готовы к ужасам, которые я вылью через нее. Ужасы, которые не пощадят ничего, как не пощадили вы. Ужасы, которые не пощадят ни ваших жен, ни ваших детей. Ужасы, которые не пощадят ни вашу пищу, ни ваших домов. И ужасы, которые не пощадят вас. — Усмешка изогнула уголок его губ, обнажив смертоносное острие зубов. — Даже если вы будете молить о смерти.
Он вздернул подбородок. Даже в призрачно-серебристом свете знак на его горле казался горящим, словно они были впечатаны в саму ночь.
— Надеюсь, оно того стоило, ришанские мятежники.
ДЖЕСМИН ПРИШЛА в Лунный дворец той же ночью. Она привела с собой множество Ночнорожденных воинов, которые следовали за ней как смертоносные призраки.
К тому времени мы нашли другую комнату, гораздо меньше по размеру на втором этаже, в центре Лунного дворца, куда Мише было легче добраться, и более центральную на случай, если другие части сооружения рухнут. Комната не была такой большой, как наше предыдущее убежище, но была надежной и безопасной. Райн даже сумел вернуть часть наших вещей из того, что осталось от восточной башни. Первоочередной его задачей была сумка Мише с медицинскими принадлежностями. Когда он бросил мне то, что осталось от моего рюкзака, я была безмерно благодарна. Но позже, когда я осталась одна, я чуть не прослезилась, когда открыла его и обнаружила, что шарф Иланы все еще цел, хотя и немного обгорел.
Когда она пришла, Джесмин дважды гулко постучала в дверь, это была не просьба, а требование. Райн ответил, и она окинула его холодным, оценивающим взглядом, изучая его с ног и медленно поднимаясь вверх по телу.
— Да? — холодно сказал Райн.
— Идем, — сказала она. — Король Ночнорожденных вызывает тебя.
Ужас кипел в моей груди, когда я присоединилась к ним у двери.
— Он был создан для этого, — раздался голос Райна.
Я не видела Винсента во время войны, но я точно видела, каким он был, когда защищал то, что принадлежало ему.
Райн не шелохнулся.
— Для чего?
— Твой король приказал.
— Он не мой король.
Я напряглась. Райн не моргнул. Джесмин была неподвижна и молчалива, как хищник, готовящийся к нападению.
Я знала, что Райн был встревожен, зол и он устал, но он также вел себя как чертов идиот. Мне хотелось оттащить его от нее и сказать ему об этом.
— Его жизнь принадлежит Ниаксии до тех пор, пока он остается в Кеджари, — сказала я.
Джесмин, казалось, впервые осознала, что я здесь, ее по-кошачьи сияющие фиалковые глаза впились в меня с блеском любопытства, словно я только что сказала что-то очень интересное.
— Король хорошо осведомлен об этом, — сказала она беззаботно. — Участники испытания будут возвращены в Лунный дворец живыми.
Участники?
Я заглянула через ее плечо и увидела, что воины перемещаются по большому залу, некоторые направляются по коридорам в другие апартаменты, другие возвращаются к входу, ведя за собой пленников. Среди них была и Анжелика, ее руки держали за спиной два стражника Ночнорожденных, сильные черты лица окаменели от ярости.
Они забирали участников Ришана и Кроворожденных. И все же Джесмин, самый высокопоставленный генерал моего отца, лично прибыла сюда за Райном.
Все эти фрагменты сложились в моем сознании в жуткую картину. Я посмотрела на Райна, и его взгляд метнулся ко мне, отяжелевший от того же осознания.
— Ришанцы этого не делали, — сказал Райн Джесмин.
Она улыбнулась. Это было просто гипнотически. Несомненно, эта улыбка поставила бы на колени мужчин и женщин, смертных и бессмертных.
— О, никто не обвиняет вас в таких действиях. Но сейчас военное время, поймите. А у ришанцев есть история подобных злодеяний. Король Ночнорожденных не может рисковать.
— Нет, — сказала я, прежде чем смогла остановить себя. — Он мой союзник. До состязания Третьей четверти луны осталось два дня. Скажи это Винсенту.
— Винсент прекрасно осведомлен. — Джесмин снова сладко улыбнулась. — Он вернется как раз к Третьей четверти луны. Не волнуйся. А теперь иди сюда. — Она поманила Райна, как будто он был собакой. — Ты должен понимать, что это срочно.
Костяшки его пальцев побелели там, где он ухватился рукой за дверную раму.
— Я не оставлю свою подругу, — сказал он. — Если король хочет вытащить меня, он может прийти и сделать это сам.
— Мы можем вытащить тебя отсюда силой, если ты отдаешь предпочтение именно такому варианту.
Это был не блеф. Если он не отступит, я увижу, как его изобьют и вынесут из дворца без сознания. Он был хорош, но недостаточно хорош, чтобы в одиночку справиться с целой армией Ночнорожденных.
Мое сердце учащенно забилось, наверняка они оба это почувствовали. Я подошла ближе и встала рядом с Райном в дверном проеме.
— Никто здесь не ценит гребаных угроз, Джесмин, — огрызнулась я, затем повернулась к нему и понизила голос. — Я вытащу тебя. И я позабочусь о Мише.
Он неуверенно посмотрел мне в лицо. Я тоже чувствовала взгляд Джесмин. Я поняла, что она смотрит на мою руку, которая лежала на предплечье Райна. Я даже не помнила, как положила ее туда.
Я отстранилась. Райн неохотно сказал сквозь зубы:
— Ладно.
Джесмин удовлетворенно ухмыльнулась, проходя в коридор.
— О, чуть не забыла. — Она потянулась в карман и достала два сложенных куска пергамента. Она протянула один из них ему. — Министер
