Он едва не запел от радости.
В самом деле, все было как нельзя лучше. Толгрим не погиб. Курули остались с носом. Конечно, еще существовали члены гильдии воров и некий черный маг, о котором он не имел никакого понятия. Но стоило ли сейчас о них думать?
Нет, не стоило. Тем более что проблема с деньгами решилась сама собой. У Толгрима их, похоже, куры не клюют. Неужели он допустит, чтобы его ученик умер от голода?
Алвис бросил на Толгрима оценивающий взгляд.
Нет, не допустит. Стало быть, все не просто хорошо, все прекрасно. Отныне с голодом и ночевками под открытым небом покончено раз и навсегда. Начинается спокойная, сытая жизнь. Конечно, время от времени ему придется убивать каких-то черных магов. Скорее всего, это опасно.
Ну и что?
Разве до этого не приходилось ему рисковать жизнью буквально за кусок хлеба? Еще как приходилось. Потом, несмотря на свою опасную профессию, Толгрим все-таки умудрился дожить до зрелого возраста. Чем он, Алвис, хуже?
— У тебя такой вид, словно ты нашел миллион, — сказал охотник.
— Почти так и есть, — ответил Алвис. — Кстати, на другой стороне улицы, харчевня. Кажется, ты хотел заморить червячка? Только учти, денег у меня нет.
— Знаю, — промолвил Толгрим. — Харчевня и в самом деле неплохая. И подают в ней чудесное жареное мясо.
— Подумаешь, — проговорил Алвис. — Я могу сказать тебе это и без помощи нитей судьбы. Достаточно понюхать воздух. Жареным мясом пахнет едва ли не за квартал.
Толгрим пожал плечами:
— С чего ты решил, что я определил это по нитям судьбы? Нюх у меня, к слову сказать, ничуть не хуже твоего. А может, и лучше. Вот попробуй определи, какой к мясу подают соус?
Алвис остановился, закрыл глаза и понюхал воздух.
— Точно сказать трудно. Скорее всего — грибной.
Толгрим щелкнул перед его носом пальцами.
— Ошибся. Спорим, из помидоров?
Алвис еще раз понюхал воздух и решительно тряхнул головой.
— Нет, грибной.
— А вот мы сейчас проверим, — весело сказал Толгрим. — Сделать это нетрудно.
Учитель и ученик перешли на другую сторону улицы и вошли в харчевню. Она была небольшая, всего на несколько столиков. Хозяин, толстяк неопределенного возраста в пестрой рубашке, радостно улыбаясь, уже спешил им навстречу.
— Я рад, я очень рад вам. Что закажете?
Подмигнув Алвису, Толгрим спросил:
— У тебя сегодня жареное мясо?
— Нежнейшее, прекраснейшее мясо молодого игуанодона. Великолепно поджарено. Так и просится в рот. Две порции?
— Соус?
— Из помидоров, только из помидоров. Моя харчевня славится соусом из помидоров.
Толгрим довольно потер руки.
— В таком случае для начала две порции и к ним чего-нибудь выпить.
— Есть новый, доставленный из соседнего мира напиток. Называется фруктовый морс. Дороговат, но на вкус — просто прелесть. К жареному мясу подходит просто удивительно.
— Ладно, — согласился Толгрим. — Давай свой морс. Но учти, если мясо пережарено, тебя не спасет даже напиток из другого мира.
— Вам понравится, вам очень понравится.
Хозяин ринулся на кухню, а Толгрим и Алвис уселись за свободный столик. Собственно, в харчевне все столики были свободными. Время обеда еще не наступило. Учителя и ученика это устраивало как нельзя лучше. По крайней мере, они могли поговорить, не опасаясь чужих ушей.
— И все-таки, — сказал Алвис, — ты не объяснил мне, почему такие, как маркиз, должны жить в нашем мире.
Толгрим принялся задумчиво вычерчивать пальцем на поверхности стола какие-то геометрические фигуры. Наконец он промолвил:
— Это сложный вопрос. На первый взгляд таких, как маркиз, надо и в самом деле уничтожать. Но только на первый… Я рассуждал следующим образом. Да, маркиз причиняет зло. Но кому? Тем, кто получает от этого наслаждение, кто сам желает, чтобы ему причиняли зло.
— Та девчонка… она тоже желала, чтобы ее приучали к наркотикам? — спросил Алвис.
— Представь себе, именно так. Судя по ее нитям, она начала баловаться наркотиками задолго до того, как попала на корабль маркиза. Я хорошо изучил тех, кто принадлежит к категории его… гм… гостей. Никого он не похищает. Они приходят сами. Будь уверен, твоя знакомая оказалась на корабле тоже добровольно.
— Ты хочешь представить его этаким невинным птенчиком, который не ведает, что творит? — спросил Алвис.
Хозяин харчевни сгрузил с подноса на их столик две огромные тарелки, доверху наполненные жареным мясом, и два высоких тонкостенных стакана с морсом. Сообразив, что посетители разговаривают о чем-то важном, и не желая им мешать, он прошел в дальний угол харчевни.
Толгрим и Алвис моментально вооружились вилками. Прожевав первый кусок, Толгрим сказал:
— Вовсе нет. Проблема в другом. Маркиз безусловно причиняет зло. Но каким именно образом? Он не ловит свои жертвы, не нападает на них из-за угла и в то же время является хищником. Кстати, в этом мире хищники встречаются буквально на каждом шагу. Все дело в том, как именно они охотятся. Кто-то использует для этого нож или пистолет, кто-то слова. Слова могут быть более эффективны, чем любое оружие. Кто-то уничтожает своих ближних с помощью денег. Маркизу не нужно ни первого, ни второго, ни третьего. Можно сказать, что он обладает уникальным оружием. Действует оно безотказно.
— Видел я его оружие, — пробормотал Алвис. — Ничего уникального в нем нет. Обычный набор инструментов для пыток. На великой цепи существует множество миров, в которых пытки разрешены официально.
Толгрим небрежно махнул рукой и отправил в рот еще один кусок мяса.
— Маркиз пускает в ход инструменты для пыток, когда дело уже сделано. Я имел в виду совсем другое, более мощное оружие. Его славу. Конечно, она не является, так сказать, всеобщей. Простые люди о маркизе скорее всего и не слышали. Но… — Толгрим поднял вверх указательный палец, — …те, кто способен оказаться его подопечным, о маркизе слышали, и очень много. Это, так сказать, «ползучая слава». Вот что является его оружием.
— Все равно, не понимаю я тех, кто получает удовольствие, когда его унижают, когда ему причиняют боль, — Сказав это, Алвис вспомнил водяников и содрогнулся.
Может, и в самом деле маркиз просто очень умный и поэтому жутко могущественный водяник? Нет, тут нечто другое. Водяники, скорее, всего, издеваются над попавшими к ним в лапы людьми в силу того, что их, этих людей, боятся. А маркиз? Что им руководит? Презрение ко всем людям без исключения? Может быть, он получает удовольствие, уничтожая их такие уязвимые тела? Или дело в чем-то другом?
— Я споткнулся на способе, с помощью которого он ловит жертвы. Вампир, выманивающий ночью из дома ребенка, чтобы полакомиться его кровью, — говорил Толгрим, — прилагает к этому определенные усилия. Черный маг, управляющий людьми с помощью раскинутой им сети из нитей судьбы, должен ею управлять, должен питать ее энергией, иначе она исчезнет. Маркиз поддерживает собственную славу всего лишь своим существованием. Этим он отличается от вампира или черного мага.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
