Читаем без скачивания Большая книга ужасов – 66 (сборник) - Ирина Мазаева

– Вот сейчас я туда войду и точно что-нибудь эдакое почувствую! – И Женька заскочила в круг.

– Ну и?..

– Чувствую… Чувствую… Мне как-то не по себе… На меня словно что-то давит… Фу! – Женька выбралась из сейдов: – Почему никто не предупреждает, что это будет неприятно?

Вслед за ней в круг вошла Аня. Постояла-постояла и тоже вышла. Отошла немного и с грустным видом уселась на поваленную сосну.

– Что случилось? – участливо спросил Сашка.

– Все нормально.

И тогда он пошел испытывать воздействие на себе. Следом за ним в круг вошел Лешка.

– Ну как? Что вы чувствуете? Скажите быстро! – пристала к мальчишкам Женька.

Сашка молчал, и было непонятно, чувствует ли он хоть что-нибудь, а Лешка… Лешка старательно пытался ощутить хоть что-нибудь особенное. Ему даже хотелось, чтобы его «проперло» сильнее всех! Чтобы с ним случилось что-нибудь такое, такое… Чтобы все обзавидовались! «Так, Воттаваара, быстро повлияй на меня!» – приказал он горе – и тут же у него почему-то зазвенело в ушах. Сначала в правом, а потом и в левом. Да так сильно и больно, что Лешка пулей вылетел за периметр.

– Что случилось?! – кинулась к нему Женька.

– В ушах зазвенело.

– И все? – Сестра разочарованно обернулась к Сашке: – А у тебя как?

– А я, похоже, не очень восприимчивый. Мне вообще тут нормально, – пожал плечами тот.

– Фу, как скучно. А ты, Ань, а с тобой что? – переключилась Женька на подругу. – Что молчишь? Признавайся, у тебя тоже в ушах звенит? Ноги подкосились? Ты дара речи лишилась? С тобой истерика?

– Нет у меня никакой истерики! – возмутилась Журба. – Мне почему-то плакать захотелось, как-то грустно стало…

– В Интернете пишут, что на Воттовааре, если пройти за обозначенную сейдами границу, многие начинают чувствовать беспокойство, тревогу или тоску. Это влияние горы, – сообщил Сашка.

– На фиг тревогу и беспокойство! – заявила Женька. – Где ощущение разрыва между мирами? Я хочу желание загадать и чтобы оно исполнилось. Я хочу планшет! ХОЧУ ПЛАНШЕТ! – И она решительно направилась к кругу сейдов.

– Стой! – вдруг крикнула ей Аня: она уже не сидела в сторонке, а пятилась от чего-то невидимого.

– Что?

– Смотрите!

На камне рядом с ней было что-то красное. Странная красная клякса…

– Это кровь! – охнула Женька. – Точно кровь!

И вдруг Лешка увидел похожее пятно прямо у себя под ногами. И дальше, куда бы он ни смотрел, все было забрызгано самой настоящей кровью.

– Они приносят здесь кровавые жертвы! – крикнула Аня.

– Но ведь не было же, не было никакой крови! – пятился назад Сашка.

А Лешка… Лешка решил отбежать в сторону, он осторожно прыгал с камня на камень, старясь не наступать на неприятные красные кляксы, но у него это не получалось… Кругом была кровь.

Глава 4

Под землей

Когда в детстве Лешка мечтал о верных друзьях, у него и мысли не было, что он будет дружить, во‑первых, с девчонками, а во‑вторых, с ботаном. Ладно Женька – она его сестра. Хотя, если честно, всю начальную школу он тратил неимоверное количество усилий, чтобы от нее отделаться и поиграть с мальчишками в нормальные мальчишеские игры. А потом она выросла, два года разницы перестали казаться пропастью, и у каждого сформировалась своя компания. Встречались только в общей комнате, болтали немного перед сном да вместе шли утром в школу. И еще каждое лето проводили в поселке Рускеала у бабушки Зины. Пока прошлое лето все не изменило.

Во-первых, им навязали Сашку, который был им то ли троюродным, то ли четвероюродным братом, дальней родней, одним словом. До этого они и знать не знали, что у них есть еще какой-то брат. Сашка при ближайшем рассмотрении оказался типичным ботаном: маленьким, тощим и пугливым. Умным, конечно, но тормознутым и занудливым. Мучились они с ним уже вдвоем, не зная, как от него отделаться… А потом все эти события случились, после которых, конечно, они Сашку ботаном уже не считали. Хорошим он оказался парнем. Реальным. На которого можно положиться. Да и Женька хоть и девчонка, а тоже реальным парнем оказалась. Вернулись в Славахлебск, и, как ни крути, оказалось, что у Лешки ближе их и друзей-то нет, – так и стали общаться.

А потом произошла эта история в Деревянном. И снова они, как истинные герои, встали, что называется, плечом к плечу. Разве что Аньку эту, Журбу, им навязали. Сначала она Лешке жутко не понравилась. И главное, совсем непонятно было, зачем она им понадобилась! Но, как ни странно, она, хоть и девчонка, тоже оказалась клевой. Только немного чокнутой. Молчала все время. О своем думала. Да еще маленькая такая, тощая, не то что сестра – большая, громкая: такую, как Анька, каждый мог обидеть. Значит, должен был быть кто-то рядом, кто ее защитит и в обиду не даст, ведь ей не повезло: у нее не было старшего брата.

В общем, все как-то само собой устроилось. В школе он, конечно же, чтобы не прослыть «дураком с нулевой хромосомой», с девчонками не водился, а после школы – с удовольствием. Тем более что двое из его друзей были особенными. Как в кино – со сверхспособностями. После того что произошло в Рускеала, Сашка мог управлять водой, а после случившегося в Деревянном Женька могла укрощать огонь (оба, конечно, уверяли, что после самих событий способности пропали, – но кто ж им поверит?!). Лешка и гордился своими друзьями, и… завидовал. Ну почему одним все, а другим ничего? Теперь пришла его очередь! Раз в Интернете написано, что Воттоваара – особое место, что она влияет на людей, значит, так оно и есть. Если у сейдов можно пройти через границу между мирами и попросить себе чего-нибудь, значит, это правда. Надо только придумать, что принести в жертву, и дело в шляпе.

– Первый раз вижу, что мой братик о чем-то серьезно думает! – вернул Лешку в реальность голос сестры.

И вдруг он обнаружил себя сидящим на лекции Демина. (Испугавшись кровищи на камнях, они по-быстренькому вернулись в лагерь, благо никто не заметил их отсутствия, и влились в обычный распорядок дня.)

– Как сделать солнечный коллектор воды? Легко, – вещал Демин. – Сначала выкопайте в земле яму. Установите в центре ямы емкость для сбора воды. Пространство вокруг емкости заполните чем-либо сырым, например влажными листьями. Накройте яму пластиковым листом, положив по его краям камни. В центре листа прямо над емкостью для сбора воды расположите небольшой камень. Конденсированная вода будет скапливаться на внутренней стороне листа и съезжать к его центру, наполняя емкость дистиллированной питьевой водой.

– Интересно, а откуда в лесу пластиковый лист? – шепотом спросила Аня.

– Помните фильм «Автостопом по Галактике»? Кажется, в нем они продвигали мысль, что главное в космосе – это полотенце. Так вот, по мнению Демина, главное в лесу – это лист пластика, – прошептала Женька.

– Учитывая, что у нас в Карелии вообще-то кругом вода: куда ни плюнь – везде ламбушки.

– Или он это рассказывает, беспокоясь, что нас однажды занесет в пустыню?

– Не уверен, что этот номер пройдет в пустыне, – заметил Сашка. – Хотя… Надо почитать что-нибудь на этот счет.

– Ребята! Потише! – прикрикнул на них Демин, и всем пришлось замолчать.

А минут через десять Лешке приспичило в туалет. Он осторожно отполз за елки, встал на ноги и пошел по краю поля туда, где за большой ивой виднелись заветные кабинки. Солнышко, пропадавшее днем за тучками, светило вовсю, и, как говорится, ничто не предвещало беды…

Когда Лешка вышел из туалета, напротив стояли Дрын с Яком. Хлопнула дверь соседней кабинки, и появился Ферзь.

– Оба-оба! – выразил изумление Як.

– Че, лошара, пойдем наш вопрос порешаем? – предложил Ферзь.

Лешке отчаянно захотелось провалиться сквозь землю. Он мучительно попытался вспомнить советы из Интернета, как разговаривать с гопниками, но брякнул первое, что пришло на ум:

– Ты что, наехать хочешь?

Хулиганье замерло.

– Я к тебе как к нормальному пацану… – угрожающе начал Ферзь, но не закончил фразу.

Единственное, чего хотелось Лешке, – это прыгнуть обратно в туалет, закрыться там и поверить в то, что они не смогут открыть дверь. Но он решил не отступать.

– Ты что, грубишь?! Ты меня не уважаешь?! Ответь на мой вопрос! Имею я право поинтересоваться? – выдал Лешка весь арсенал.

И тут же в глазах у него вспыхнула радуга.

– И тут я выхожу такой четкий, вижу – идут. Я, в натуре, спокоен. Короче, стою. Подкатывают. Они мне такие: «Э-э, слышь, иди сюда!» – а стою жду. А они что-то там еще вякнули, а я им: «Че, наехать хотите по беспределу?» – а они такие – опа-па! – а что сказать-то? Не, пытались, конечно, базарить. Разводили меня как лоха, вопросы задавали. Но ведь главное – не отвечать на вопросы, не выполнять просьбы и не оправдываться. Так и я им – оп-па! – вопросом на вопрос, вопросом на вопрос. Короче, так и сыплю. Аж сам себе поразился. Стою такой – ваще звезда. А их от бессилия аж трясет. У Фешкина, у Ферзя, уже губень-то прыгает, нервничает он. А я продолжаю. Легко. Язык-то подвешен. Я же оратор! И тут они не выдержали. И р-раз! – на меня кодлой. Втроем на одного! Вообще не по чесноку! А то бы я им показал! Короче, навалял я им будь здоров. Видели, видели их? Не видели? То-то же! Сидят прячутся в лесу. Стыдно в лагере с фингалами показаться. Правда, и мне чуток перепало. Но это так, мелочи жизни. Зато они теперь будут знать, как соваться!