- Коварная! – сказал он с наигранным гневом и опустил взгляд на шахматную доску. – Вот, взгляни, твоя игра и твоя королева лишь подтверждают мои слова.
Я улыбнулась, а в памяти вспыхнула картина, когда сегодня утром Бенедикт, поймав меня на лестнице, поцеловал так, что ноги подкосились, а я была вынуждена вцепиться в его широкие плечи, просто чтобы не упасть.
Как оказалось, вся эта нелепая сценка была разыграна только для той, кто появилась внизу.
Для герцогини.
Но поцелуй мне понравился, даже несмотря на то, что был продиктован не более, чем игрой в любовь.
- Ты не менее коварен, - ответила и вздохнув, поняла, что король Бена с легкостью ушел из-под шаха.
В подобном русле наша жизнь текла и дальше, а когда наступил самый важный день в жизни моей сестры, я поняла, что мне будет не хватать и Алисы, и нашей жизни в Астер-холле.
Свадьба младшей прошла менее помпезно, зато, как мне показалось, более душевно. На этот раз отцу удалось отстоять свое мнение и праздник по случаю бракосочетания его дочери прошел в нашем доме.
Алиса была прекрасна. Она светилась от счастья, и я немного позавидовала ей.
Я не была Алисой и не умела так, как она, радоваться за других. Глядя на ее счастливое лицо и на сияющего Ричарда там, в храме, где несколько дней стояла сама, рука об руку с Беном, я увидела и почувствовала разницу в этих двух союзах.
Мой – заключенный из необходимости, как побег от нежеланного мужчины. И ее – полный любви и света, словно первый шаг к удивительному счастью.
Она его заслужила. А я просто сделала свой выбор и, к слову, не такой плохой.
Молодые отбыли из столицы на следующий же день. И мы с Кэшемом тоже начали собираться.
Сезон закончился, к счастью, весьма удачно для нашей семьи.
Мама была счастлива, ведь она сразу выдала двух дочерей. А я смотрела вперед, надеясь, что там, в имении Бенедикта, найду себя и смогу провести этот год с пользой и в мире.
Глава 10.
В окна экипажа заглядывало солнце. Яркое, уже осеннее, оно пробивалось сквозь ветви деревьев, подступивших слишком близко к дороге, и рябило в глазах, что, впрочем, ничуть не портило моего удовольствия от путешествия.
В дороге мы провели несколько дней, останавливаясь на ночлег в придорожных тавернах, где нас принимали с огромным почтением. Имя Астеров знали все даже за пределами столицы.
Погода сопутствовала путешествию. По небу скользили легкие перистые облака, солнце следило за нами, скользя следом и сверкая лучами, а лес, слишком быстро решивший сменить зеленые одежды на более яркие, превращаясь в огромный цыганский шатер, пестрел всеми оттенками красного, желтого и оранжевого.
- Как скоро мы приедем? – в очередной раз спросила мужа, который, сидя рядом со мной, откинулся на спинку сидения и, казалось, дремал, прикрыв глаза.
- Ты увидишь, не беспокойся, - не размыкая век, ответил Бен.
Я и сама не понимала, почему испытываю такое волнение. Что мне дом Кэшема? Я в нем лишь временная хозяйка, так почему мне важно увидеть этот дом? Почему хочется взглянуть на место, где Бенедикт бегал еще мальчишкой?
Лес продолжал плыть навстречу, а я, прильнув к окну, вдруг увидела там вдали просвет и мелькнувший, еще зеленый, луг или поляну.
- Бенедикт! – позвала Кэшема, но почти сразу замолчала, когда экипаж, сделав поворот, вдруг вырвался из густоты леса на открытое пространство, за которым тянулись пустоши насколько хватало глаз. Но главным было не это. Главным был дом, стоявший на высоком каменном берегу и океан, разлившийся бесконечной синевой подножия скалы.
- О, Бен! – только и смогла произнести, а затем быстро открыла окно и вдохнула полной грудью запах соленой воды и сухих трав, от ароматов которых едва не поплыла голова.
Кэшем сел прямо и взглянул на проплывающий за окном пейзаж. Его он так не восхитил, как меня. Это и не удивительно. Для Бенедикта и дом, и океан, все было знакомым, привычным. А для меня открылся целый мир.
- Тебе нравится? – спросил муж, а когда я кивнула, он постучал по крыше кареты, и мы остановились.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Давай выйдем. Здесь самый прекрасный вид на дом, - вдруг удивил меня супруг и открыв дверцу, вышел наружу, предложив мне руку.
Я ступила за край дороги на примятую траву. Запахи стали ярче, резче. Защекотали ноздри, заставили улыбнуться. Здесь хотелось просто стоять целую вечность и дышать, наполняя легкие сладкими ароматами начала осени, смешанными с тягучим пряным, ни с чем не сравнимым, запахом океана.
- Дом прекрасен, - проговорила я, глядя на высокое строение из серого камня, возвышавшееся над берегом.
Это был маленький замок. Не сомневаюсь, что этому зданию было несколько веков. Возможно, серые стены видели самого первого герцога Астера, который, возможно, тогда еще не обладал данным титулом.
Я скользнула взором по окнам, сверкавшим на солнце, по северной стене, поросшей зеленым плющом, по ленте дороги, ведущей к замку. По ней нам еще предстояло проехать вскоре.
Слух уловил крик чаек, раздавшихся столь неожиданно. А затем и еще один звук, едва уловимый, словно где-то вдали сыпется песок.
Волны. Конечно же, это шумит океан.
Боги, но как же здесь красиво! И эти поля вереска, тянущиеся насколько хватает глаз, и небо, опрокинутое над нашими головами, и даже облака, белые пятна на синем холсте поднебесья, все волновало и радовало взор.
- Увы, здесь нет великолепных парков и густых лесов. Прежде, когда наша страна утопала в войнах, мой предок, Геллард Кэшем, приказал вырубить все леса на расстоянии нескольких миль от замка, чтобы никто не мог подобраться незамеченным, - пояснил вдруг Бен, словно читая мои мысли.
- Когда поедем дальше, ты сможешь увидеть остатки смотровой башни, поросшие травой, и длинной каменной стены. Некогда они были разрушены врагами. А когда наступил мир Кэшемы, получившие титул герцогов, уже не стали восстанавливать руины. А природа постепенно взяла свое, скрыв развалины за заносами земли. На моей памяти здесь были уже поля вереска и более ничего.
- А откуда ты знаешь о лесах? – спросила тихо.
- Картины в доме могут рассказать порой больше, чем летописи, - усмехнулся супруг. – Ты сможешь вскоре увидеть все своими глазами, а сейчас нам пора в экипаж. Полагаю, нас уже заметили и слуги будут ждать приезда новой хозяйки.
- Вы сообщили им?
- Да. Сначала отправил письмо из столицы, а утром, когда мы завтракали в таверне, послал верхом одного слугу, сообщить, что мы скоро прибудем. Мне хочется, чтобы тебя приветствовали должным образом, - он улыбнулся и подал мне руку.
- Я бы хотела спуститься к океану, - сказала, когда Бен помог мне забраться в салон кареты и сел сам, заняв место напротив.
- Почему бы и нет. Если ты не устала, то я устрою эту прогулку, - пообещал он.
Экипаж тронулся с места. В воздухе свистнул хлыст, мягко застучали по теплой земле копыта лошадей. Я снова прильнула к окну, наблюдая, как мы преодолеваем оставшиеся пару-тройку миль до дома.
- У него есть имя? – спросила, вспомнив о том, что старинным замкам, пусть даже небольшим, принято давать название, или имя.
- Да.
- Кэшем-холл? – пошутила я, заметив, как озорно вспыхнули в ответ глаза мужа.
- Нет. Мои предки были не настолько скупы на фантазию, не в укор столичному особняку, - ответил Бенедикт. – Штормовой предел, - добавил он спустя секунду промедления.
- Интересное имя и необычное. Мне нравится, - проговорила то, что думала на самом деле и снова посмотрела на замок, представив себе, как шумит во время шторма океан. А судя по названию, шторм здесь не редкость.
Еще несколько минут и вот мы оказались на месте.
Рядом с замком шумел ветер. Прислуга, вышедшая приветствовать вернувшегося хозяина, выстроились в ряд. Ветер трепал платья служанок, рвал чепцы с голов. Женщины пытались руками удержать одежду, а мужчины, гордо распрямив спины, ждали, когда мы выйдем из экипажа.
