- Мне Париж нужна. Немедля приведи ее ко мне.
- Тебе проспаться нужно! – шипела Антонина. – Ты же на ногах не держишься!
- Приведи сюда Париж! А нравоучения будешь девкам своим высказывать, а не мне! Все поняла?!
Оплеуха по щеке была ответом Антонины на это заявление.
- Иди к себе. Париж я сейчас пришлю.
- Спасибо, я здесь подожду.
- Как скажешь, - ответила Антонина и пошла к лестнице.
Аврора присела на пол там же, где и стояла. Голова сильнее кружиться стала. Хорошо еще, что не тошнит.
В дверь постучали. Аврора закатила глаза к потолку: кого еще лихая вечером в бордель через «черный» вход принесла? Идти открывать Аврора не собиралась. Мало ли кто там мог быть? Вновь стук. На этот раз, похоже, колотили ногой. Встав с пола, Аврора шмыгнула на лестницу и спустилась вниз, чтобы настырный ночной посетитель ее не заметил.
Тем временем, по двери продолжали колотить.
- Да, иду уже! – гаркнула Антонина, из ниоткуда появившаяся на лестнице.
- Ты ждешь кого-то? – шикнула ей Аврора, высунув голову в пролет.
Антонина отрицательно покачала головой.
- Тогда будь осторожна. Если что – я здесь стою.
- Хорошо.
Среди общего гула и хохота, доносившихся из увеселительного зала, Аврора едва различила шаги Тони. Снова раздались удары по двери.
- Кому это так не терпится? – закричала Антонина.
Кажется, Тоня открыла незваным гостям.
- Г-г-господин?! – услышала Аврора возглас Тони.
- Собственной персоной!
***
Гелиан проводил Терру до ее комнаты и остановился у двери.
- Если ты позволишь, я войду первым и осмотрюсь.
- Меня настолько ненавидят, что даже в собственном доме ты не можешь быть уверен в моей безопасности?
Дверь в комнату отворилась сама собой. Гелиан ринулся вперед, заслоняя Терру торсом, когда стоящая внутри Анна громко зашипела:
- Сюда! Оба! Немедля!
Гелиан и Терра только переглянулись. Анна заперла за ними дверь и прижалась к ней спиной.
- Что ты здесь делаешь, мама?
Анна смотрела на Терру. Было видно, что свекровь очень взволнованна и напряжена, но Терра не собиралась оставлять без внимания тот факт, что Анна пробралась в ее комнату без спросу.
- Где твой порошок?
- О чем вы, Анна? – нахмурилась Терра и выдернула поледеневшую руку из ладони Гелиана.
– Говори, где этот чертов порошок, - медленно и вкрадчиво повторила Анна.
Гелиан вновь заслонил Терру торсом и оказался между ней и матерью:
- Для начала, мама, успокойся и объясни, что ты здесь делаешь?
Гелиан говорил более громко, чем обычно, из чего Терра сделала вывод, что он так же возмущен появлением матери здесь, как и она.
- Пусть твоя жена отдаст мне порошок или «лекарство от болезни голодных» как она его называет. После этого я объясню, что здесь делаю и зачем вообще пришла.
Гелиан повернулся к Терре и с высоты своего роста взглянул на нее:
- Отдай моей матери порошок.
- Ты приказываешь мне или просишь? – стараясь сохранить самообладание, спросила она.
- Прошу. Пожалуйста, отдай моей матери порошок.
- Для начала, пусть объяснит, зачем он ей нужен, - ответила Терра и сложила руки на груди в знак того, что только что начала торговаться.
- Ты желаешь, чтобы я приказал тебе, а не попросил?
- А ты можешь мне приказать?
- Я знаю, что это за лекарство и зачем оно тебе.
Терра опешила. Нет-нет… Он не шутил… Он действительно знал…
- И когда же ты понял… то есть, узнал, что…
- На прошлой неделе я занес образец этого порошка химику. Ответ получил два дня спустя.
- Понятно… - протянула Терра.
Она ощутила боль в груди. Сердце сильно сжалось, как будто только что ее тело обуял жуткий страх. Он все знал… И ни словом не обмолвился об этом… Как можно сохранять хладнокровие, зная, что жена собирается «засыпать» каждый раз, когда ей придется ложиться с ним? Неужели подобный факт не вызывает в нем никаких эмоций, пусть даже проявления самолюбия, в конце концов!
- А теперь, - с угрозой произнес Гелиан, - скажи, куда ты его дела. Немедля!
Терра вздрогнула:
- В «туалете» под раковиной… Лежит на трубе, которая из стены торчит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Анна тут же бросилась в «туалет», а Терра, прижав ладонь к груди, присела на кровать.
- Тебе плохо? – поинтересовался Гелиан, продолжая стоять напротив нее.
- Нет. Мне хорошо.
- Ты позеленела. Мне это не нравится.
- Главное, чтобы не посинела, - ответила Терра и отвернулась, дабы не лицезреть Гелиана.
Анна вышла из ванной, сжимая мешочек со снадобьем в руке. Она подошла к окну, но продолжала молчать.
- Мама? – нарушил тишину Гелиан.
- То, что я сейчас скажу, должно остаться в этой комнате, - произнесла Анна. – В особенности, это касается тебя, Гелиан. Если ты поднимешь шум – виновник может остаться безнаказанным.
- Виновник чего, мама?
- В этом мешке мышьяка столько, что хватит убить всех обитателей этого дома.
Терра почувствовала, что ужин просится наружу. Она поднялась с кровати и молча направилась в туалет. Склонившись над раковиной, она ополоснула лицо холодной водой и присела на край ванной. Она не сразу заметила, что Гелиан стоит рядом. Он протянул ей полотенце и забрал его, когда она вытерла лицо.
- Мышьяк… - произнес он. – Мы храним его в подвале и подкармливаем им крыс. На этой неделе Аврора ходила к Ромику за ядом для крыс. Она сослалась на имя Птаховых, чтобы получить его бесплатно, за что моя мать уволила ее. Но, зачем Авроре брать крысиный яд у Романа, если можно взять его здесь, в этом доме? Я задавал себе этот вопрос Терра. И не раз…
- Это не Аврора, - выдавила из себя Терра.
- Я знаю, - ответил Гелиан и присел на край ванной рядом с ней. – Если бы Аврора пожелала отравить тебя, она бы украла яд, а не стала бы подставляться, обращаясь за помощью к Роману. Тем не менее она пришла к нему и взяла отраву для крыс, из-за чего едва работу не потеряла. И ты, Терра, защитила ее.
Гелиан наклонился и заглянул ей в глаза:
- А теперь ответь мне: зачем Аврора к Роману за ядом пошла?
- Спроси у нее сам, - прошептала Терра.
- Я хочу услышать правду от тебя. С Авророй я поговорю позже.
Терра закрыла глаза и прижала ладони к лицу:
- Она ходила к провизору, чтобы узнать…
- Что узнать, Терра?
Она глубоко вдохнула, чтобы произнести это:
- Каким… …каким ядом… …меня отравили…
***
Радомир караулил Аврору под деревьями возле «черного» входа. Он знал, что после его ухода, Аврора надолго в Главном доме не задержится. Заметив, как она выходит, Радомир хотел сразу броситься на нее и потребовать объяснений. Но, что-то остановило его. Что-то, чего он не понял. Аврора смеялась, седлая лошадь. Искренне смеялась, до слез. Сняв с себя балахон, она бросила его на землю и стала топтать ногами. Затем Аврора запрыгнула на лошадь и со всей дури пришпорила ее. Лошадь лягнула, и она едва не вылетела из седла. В тот момент Радомир почувствовал, что его сердце остановилось. Она могла убиться. Разбить голову, свернуть себе шею… Аврора могла…
Пока Радомир опомнился от невеселых мыслей, Аврора уже гнала по дороге в сторону поселения. Запрыгнув на гнедую, Радомир погнался следом. Господи, что же Аврора вытворяла по пути? Бросила поводья и несколько минут скакала, раскинув руки по сторонам. Радомир хотел ее нагнать и всыпать за подобное ребячество по первое число, но побоялся ее испугать: того и гляди, на такой скорости точно из седла вылетит. Его сердце вновь перестало биться, когда он увидел впереди повозку.
- Куда прешь, дура!!! – кричал кучер.
Аврора схватилась за поводья и разминулась с повозкой.
- Идиотка!!!
- Пошел ты!!! – гаркнула она и снова захохотала.
Радомир с дороги съехал и пропустил повозку. Он нагнал Аврору уже в поселке. Она держала путь куда-то на окраину, где жили, в основном, рабочие. Она остановила лошадь у небольшого одноэтажного домика, недалеко от которого начинался деревянный забор. Радомир спешился и привязал поводья к одному из деревьев. Подкравшись поближе, он увидел Аврору, стоящую напротив разбитых окон какого-то дома.
