Однако время шло, Элия бурчала на духоту в шлеме и неудобные доспехи, а гиппогриф по-прежнему неторопливо вышагивал между двумя рядами тощих сосен, обступивших выложенную камнем дорогу.
— Там, кажется, замок.
Между соснами и осинами, как клочковатая пряжа, разрослись шиповник и стрелохват, но дальше в разредившейся чаще затаилось смутное строение, выставившее над деревьями обломанный клык одинокой башни.
— Развалины…
Даже издали было очевидно, что маленький замок давно брошен. Зубцы на стене были сбиты через один, а между оплывшими окнами безбоязненно карабкался буйный плющ.
На мгновение почудилось, что по уступчатому слому старой стены движется тень, но в такой дали, да еще за деревьями немного рассмотришь. Зверь, наверное, лазает.
— Если есть замок, значит, скоро селение. — Элия подтянула ремешок на предплечье. Гнилой ремешок с готовностью лопнул, наручь мигом брякнулась оземь, тут же хрупнув под задним копытом гиппогрифа.
Доспехи магов никогда не отличались особой прочностью, потому что не рассчитывались на отражение механических ударов.
Элия издала досадливый возглас, но наклоняться за утерянной деталью не рискнула. Брюс подобрал наручь, попытавшись выпрямить сплющенный кусок жести. И не сразу заметил, что их догоняет волна шорохов, скрипов и постукиваний.
— Э-э… Доброго денечка! — пожелали с опаской.
— И вам. — Брюс обернулся.
Телегу с решетчатыми бортами уверенно тянула лохматая пегая лошадка. Возница — мужик среднего возраста с неровно остриженными волосами, тоже казавшийся пегим и лохматым, — с любопытством окинул взглядом сначала рысящего впереди гиппогрифа и лишь затем перевел взгляд на Брюса.
— А я тут… это… до рынка съездил и теперь вертаюсь, — словно оправдываясь, признался мужик. Усы у него были знатные, длинные, почти до пояса, а кончики сложно перевиты травинками.
— Как рынок? — вежливо осведомился Брюс, алчно поглядывая на телегу. Ноги от долгой прогулки гудели, а мягкие тюки за обрешеткой выглядели заманчиво.
— Да неважно в этом году. — Мужик потянул за вожжи, приостанавливая лошадку, не считавшую болтовню людей важным поводом для задержки. — И людишек поменьше, и цены покруче. Да и не сезон еще.
Гиппогриф вышагивал неспешно, помахивая длинным хвостом. Мужик явно не решался обогнать чудище со всадником на спине, так что волей-неволей держался с Брюсом вровень. Лошадка заскучала, неодобрительно оглядываясь на хозяина.
— Издалека едете? — селянин рискнул проявить осторожный интерес.
— Угадали. — Брюс хмыкнул.
— То-то я и гляжу, облик нездешний… А господин маг путешествует? — неуверенно предположил мужик.
— Точно.
— До Края, небось?
— Это уж как получится.
— Ну так нашей дорогой только туда можно попасть. Но это придется через Гранигор ехать, а там… Магов там не привечают, сами понимаете… — (Брюс кивнул на всякий случай.) — Хотя если лётом, то через Лещинный кряж можно сразу до Озер дотянуть. Только над кряжем гарпий полно… Вам лучше бы в обход.
— Подумаем, — еще раз солидно кивнул Брюс.
— А ежели дорогой, то к нам в Верхуши попадете. Это селение такое.
— Догадываюсь.
— Ага… — Мужик снова потянул за вожжи, придерживая упрямую скотинку, норовившую непочтительно обогнать ленивого гиппогрифа.
— Как погляжу, вы не шибко торопитесь? — Мужик смотрел на «мага», но обращался к Брюсу, строя предположения. Судя по посветлевшей физиономии селянина, ему в голову явно пришла некая идея.
— А что?
— Ну… — Местный с сомнением почмокал губами, скорее по привычке, и тут же спохватился, придерживая оживившуюся лошадку. — Ежели господин маг не спешит…
— Вообще-то у господина мага полно важных дел, — на всякий случай предупредил Брюс.
— О! — Мужик явно огорчился. — Небось в Верхуши не думает заглянуть?
Неизвестно, слышала ли разговор ехавшая впереди Элия, но вид у нее был такой, словно девушку подмывает оглянуться. Хотя, впрочем, из-за неудобных доспехов любая ее поза казалась неестественной.
— А что?
— Тут такое дело… У нас в Верхушах… Дело как раз для мага.
— Знаете, пожалуй, господин маг действительно спешит… — начал было Брюс, но доспехи впереди лязгнули так выразительно, что встрепенулась даже понурившаяся лошадка и вздрогнул невозмутимый гиппогриф. Поэтому Брюс слегка уступил: — Но господин маг может задержаться, если его заинтересует дело.
И особенно оплата.
— Да вы садитесь! — Обрадовался мужик, торопливо подвигаясь на облучке. — Дело-то у нас совсем пустяковое, для мага на один глазок…
Расхожее выражение показалось Брюсу весьма двусмысленным. В их случае «на один глазок» вполне могло иметь вовсе не фигуральное значение.
— А ты-то в учениках? — слегка наклонившись к Брюсу и обдавая чесночным духом, полюбопытствовал селянин.
— Точно. — Брюс в свою очередь отклонился к краю. Чесночное амбре было крепким. Зато отгоняло мошку и комаров.
— Давно? — не отставал мужик.
— Несколько дней, — честно сознался Брюс.
— Твой мастер скор на расправу! — заметил селянин, приглушая голос и скользнув сочувственным взглядом по ссадине на Брюсовой скуле. — Тяжело приходится?
— Неописуемо! — с чувством подтвердил Брюс. Распухшая скула за ночь болеть перестала, но все еще пестрела кровоподтеками.
— Повезло тебе, — неожиданно вздохнул собеседник. — Обучишься, сам магическую грамоту получишь, станешь вольной птицей, и никто тебе не указ.
Хм-м… Есть что по этому поводу возразить, но воздержимся, пожалуй.
— К нам маги редко заглядывают. До Края, если надобность какая, они другой дорогой ездят, через Триклювец, что за лесом. Там и рынок есть, а у нас — только замок в развалинах…
— А что за замок?
— Уй! — Мужик аж голову втянул, покосившись через плечо на уже исчезнувший из виду лесной замок. — И не вспомнить бы его в таком безлюдье. Не дай боги, услышит!
— Кто?
— Да он… Ну ради кого вас в Верхушах ждут… То есть не ждут, но теперь-то страсть как рады будут!
Ох, сдается, что они зря туда едут. И уж им точно вряд ли придется порадоваться. С другой стороны, может, и впрямь ерунда какая-нибудь. Что может встревожить привычных ко всему селян? А подзаработать не помешает.
Во всяком случае отказаться никогда не поздно.
— Так что у вас за дело?
— Это лучше хозяину твоему рассказать… Мы уж подъехали, считай.
И точно. Дорога чуть вильнула, делясь на две части. Та, что поуже, побежала в распадок леса, где расположилась деревня в окружении полей и лугов. Над добротными черепичными крышами кружилась стайка сторожевых птиц, лениво огибая прицепленную к длинной мачте ловушку для воздушных угрей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
