промедлений и, кажется, даже без единой попытки подумать — на чистых рефлексах…
Слишком резко для обычных людей, слишком неразумно. Похоже, парни как следует подготовились к охоте на меня, и помимо оружия прихватили с собой то ли внутривенные боевые стимуляторы, то ли просто скушали для храбрости парочку «волшебных таблеток» каждый.
И лучше бы второе. Наркотики убирают боль и чуть прибавляют реакции, зато на мыслительных способностях определенно сказываются не лучшим образом.
Я приподнялся над столом, вскинул оружие и вдавил спуск.
Двоих срезало, как в тире. А вот на третьего патронов уже не хватило: боек сухо щелкнул, и оружие смолкло. Понимая, что не успею достать пистолет, я подбросил трофейную игрушку в руке, перехватил за длинный магазин и без лишних изысков метнул в нападающего на манер томагавка.
Вот только фокус не удался. Я промахнулся.
Щелкнул выключатель, и лампы под потолком вспыхнули. Я зашипел от боли, когда яркий свет ударил по расширившимся в темноте зрачкам, и нырнул под стол. И уже в следующий миг на меня обрушился огненный шквал.
Стучал автомат, со звоном и грохотом бились колбы и реторты, летели щепки от мебели и ошметки пластика от оборудования, а я, прикрывшись слабеньким Щитом, изо всех сил пытался опередить свинцовую смерть. Она гнала меня к проходу между рядами, еще пара секунд — и я останусь без укрытия, и налетчик просто добьет меня в упор.
Ну, нет, дружок. Не сегодня.
Разогнавшись, я прыгнул, перевернулся в воздухе, приземлился и скользнул в проход вдоль столов на правом боку, сжимая пистолет обеими руками. Едва фигура налетчика мелькнула на срезе ствола, как оружие в моих пальцах ожило, сердито лягаясь в локти и выплевывая на пол горячие гильзы.
Налетчик дернулся и упал. Я вскочил, подбежал к нему и вырвал из мертвых рук автомат — дешевую копию АКСУ.
То ли югославского производства, то ли вообще Китай… Впрочем, какая разница? Пойдет. Главное — к нему есть целых три магазина. И с этим уже можно воевать.
— Алена! Можешь выходить! — я дождался, пока взъерошенная рыжеволосая фигурка выберется из своего укрытия и покажется над столами. — Нам пора.
— Может быть, пока спрячемся? — Подобные приключения явно были бедняжке в новинку, и, кажется, она уже наелась ими до отвала. — Я позвонила — скоро прибудет полиция…
— От Петергофа ехать минут семь. К тому времени она вполне может найти лишь остывающие трупы. И я бы предпочел, чтоб они были не наши. — Я перезарядил оружие, набросил ремень на шею и распихал магазины по карманам. — План прежний. Уходим по лестнице, пытаемся прорваться. На улице стоит моя машина — попробуем пробиться к ней.
— Ну-у… Ладно. — Идея Алене явно не понравилась, но и оставаться здесь ей наверняка было даже страшнее, чем идти со мной. — Из этой двери попадем в предыдущий коридор. Потом рекреация, а оттуда уже две лестницы вниз.
— Хорошо, — кивнул я, — Пойдем. Только теперь держись за мной, ладно?
Я понятия не имел, кто на нас напал, но на этот раз это были точно не остатки банды Резникова. Экипированы так себе, связи, можно сказать, никакой — разве что мобильные телефоны. Да и действуют, как дилетанты.
Однако недооценивать их все не стоило. Даже с учетом сомнительного качества, противников еще много. Одна ошибка — и кучки наркоманов с автоматами вполне хватит, чтобы отправить на тот свет и меня, и Алену. Я на всякий случай даже потянулся к резерву…
И только качнул головой. Чуда не случилось. Почти пусто — так, жалкие крохи. Проклятый Распутин, чтоб его черти в аду так да растак… Ладно. Нужно действовать.
В глубине души я надеялся, что налетчики банально закончились, но бдительности все же не терял. Толкнув дверь, высунулся, быстро огляделся и вышел в коридор, поманив Алену за собой. Вокруг было тихо, но я не расслаблялся, справедливо полагая, что эта обманчивая тишина в любой момент может взорваться стрельбой и криками.
Однако вопреки опасениям, до конца лестницы мы добрались без происшествий. Я снова свесился вниз, никого не увидел, и начал спуск, держа лестницу на прицеле автомата.
Третий этаж. Никого.
Второй этаж. Пусто.
Первый… Да ладно, неужели все действительно уже позади?
— Выйдем здесь, — я показал на двери пожарного выхода. — Лучше обойдем здание снаружи.
Бродить по коридорам физфака не хотелось. Кто знает, сколько еще боевиков там болтается? На улице как-то проще. К тому же стоит обогнуть здание — и мы на парковке. А там простор и верная «Волга», которая в одно мгновение умчит куда подальше от психов с автоматами… В общем, решено.
Я толкнул дверь пожарной двери, осмотрелся… Напротив — кирпичная кладка, слева — тупик с мусорными контейнерами, справа проход. Туда-то нам и нужно.
Продолжая держать автомат на изготовку, ся пустился с крыльца, поманил за собой девушку…
И тут же врезался боком в стену, наполовину оглушенный. От удара ремень автомата лопнул, и железка отлетела в сторону. А сам я, пошатываясь, поднялся на одно колено… Только для того, чтобы снова свалиться, а заодно и проехаться на лопатках несколько шагов по замерзшим бетонным плитам.
Тряхнув головой, я кое-как восстановил поплывшую картинку и хмыкнул. Если до этого у меня были лишь смутные подозрения, то сейчас я окончательно убедился, что в нападении на физфак стоит не кто иной, как мой старый знакомый. Только он мог отправить на дело такого клоуна.
Сначала я разглядел длинные лакированные носы ботинок. Потом брюки из чуть поблескивающей ткани, огромную блестящую бляху на ремне и черную рубашку со здоровенным отложным воротником под распахнутой кожаной курткой. Из-под воротника выглядывала массивная золотая цепь, и примерно столько же металла сияло во рту свалившего меня чернявого коротышки, который будто сбежал со съемочной площадки очередного сериала про нелегкую жизнь кочевого народа.
Ситуация выглядела бы забавнее некуда… не будь она настолько поганой. Я валялся на холодных бетонных квадратиках, пытаясь собраться с силами, а Одаренный — между прочим, не ниже шестого ранга — готовился раскатать меня в блин.
Так себе комедия.
— Григорий Ефимович передает вам горячий привет.
Коротышка криво усмехнулся. Воздух вокруг его руки затрепетал и потянулся вверх, обретая форму длинного и чуть изогнутого лезвия. Интересно, это старший Распутин велел прикончить меня тем же способом, что я казнил его кровиночку, или просто так совпало?
— Не трудись, мы с ним еще сами встретимся, — прохрипел я.
