<У тебя есть один час, — прокантировал Геархарт. — Разоружи Кузницу и сдайся губернатору Алеутону — или за тобой приду я>.
<У тебя есть один час, — прокантировал в ответ Энхорт. — Объяви, что твои махины целиком и полностью поддерживают Кузницу, и я сотру этот неприятный разговор из буферов своей памяти. Если ты этого не сделаешь, то будешь лишен и командования, и своей махины>.
<Я «Инвиктус Антагонистес», придурок. Кто сможет это сделать?>
Энхорт не ответил. Канал закрылся. Геархарт задумчиво помолчал, затем вернулся на канал с Крузием:
<Ты слышал?>
<Конечно, милорд>.
<Твои замечания?>
Крузий выглядел еще мрачнее.
<Я не думаю, что Энхорт отступит. Толемея, возможно, ведут личные интересы, но я искренне считаю, что Энхорт действует по убеждениям. Он на самом деле верит, что делает правое дело>.
<И ты не считаешь, что человек, действующий по убеждениям, может сдаться?>
<Вы бы сдались, милорд?> — поинтересовался Крузий.
>
Погруженный в раздумья на наблюдательном мостике краулера, Крузий повернулся и обнаружил, что за ним наблюдает Этта Северин.
— До этого на самом деле дошло? — спросила она.
— Возможно, — ответил он.
— Все скоро покатится в ад со свистом и плясками, — хмыкнул Готч.
— И это тоже возможно, майор, — согласился экзекутор. — Очень может быть, что вскоре мы станем свидетелями начала раскольнической войны внутри Механикус. Знаете, у нас есть поговорка. Поговорка Механикус: «Знание — сила». Из всех страшных орудий в распоряжении Механикус знание на данный момент — самое опасное. И очень часто, по-моему, мы забываем, как сильно сами можем им себе навредить.
— Лорд Геархарт не сдастся Энхорту, так ведь? — спросила Этта.
— Никогда. Да и не должен.
— Тогда могу ли я спросить: чем Энхорт подкрепит свои требования?
— У него в руках власть над Кузницей Ореста.
— Против Легио Инвикта?
Крузий замолчал.
— У него еще есть махины Темпестуса, — негромко произнес Готч.
Крузий глянул на телохранителя и кивнул:
— Махины Темпестуса обязаны принять сторону Энхорта. Само собой, они лояльны Кузнице — и все они разделяют старую веру в различие между Омниссией и Императором.
— Но Легио Темпестус был в неполном составе еще до начала войны, и потери еще сильнее истощили его силы, — начала Этта. — Наверняка…
— У Легио Темпестус выставлено девять действующих махин, — сказал Крузий.
— Против… скольких махин Инвикты?
— У Инвикты — тридцать шесть.
— Значит, вряд ли бой будет на равных.
Экзекутор-фециал посмотрел на нее. В его глазах на мгновение блеснула электрическая зелень.
— Смысл не в этом, Этта. Даже одной махины будет достаточно. Если титан выстрелит в другого титана, это станет первым выстрелом в гражданской войне между Механикус.
Этта задумчиво поджала губы.
— Как я и говорил, — произнес Готч, — все вместе ― прямо в ад. С песнями и плясками.
Крузий подошел к главной станции связи.
— Анализ каналов, — велел он сервитору. — Отследить все действующие махины Темпестуса. Проанализировать обмен манифольда. Сколько машин Темпестуса находится или недавно находилось в контакте с Кузницей?
<Все девять махин Темпестуса в настоящий момент держат связь с Кузницей по закрытым каналам передачи данных, экзекутор>.
— Он уже раздает им указания, — прорычал Крузий. — Этот кусок металлолома Энхорт уже шушукается с ними. Все они, ты сказал?
<Всего, экзекутор, десять махин в настоящий момент держат связь с Кузницей по закрытым каналам передачи данных>.
— Десять? Покажи.
<Перенаправляю данные по махинам в ваш манифольд, экзекутор>.
— А! — выдохнул Крузий удрученно, инкантировав промелькнувшие перед глазами данные. — Конечно. И ты тоже.
>
В разрушенное сердце Аргентума входили заправочные и ремонтные машины. На площади Старых Магосов — некогда роскошной торговой площади, теперь катастрофически перепаханной обильным болтерным огнем, — стоял «Предок Морбиуса», сгорбленный и нетерпеливый. Технопровидцы перенастраивали излучатель щита, сбитый попаданием ракеты. На дальней стороне площади ждал «Аякс Эксцельсус», пока пара тяжелых краулеров — подвозчиков боеприпасов через стыковочный рукав перегрузит свежий боезапас в его артиллерийский погреб.
«Доминатус Виктрикс» вошла на площадь малым ходом и двинулась к другой паре подвозчиков. Тарсес дал сигнал остальным титанам, затем поставил «Виктрикс» так, чтобы краулеры смогли добраться до люков погреба. Сидя в своем кресле, он следил за растущей скоростью поступления болтерных зарядов и ракет. Он слышал тихое пение техножреца, благословляющего и совершающего обряд очищения над боеприпасами, загружаемыми на борт.
— Он что-то тих, — заметил Анил, кивнув в сторону раки за спиной.
— Разговаривает с Кузницей, — отозвался Кальдер.
Тарсес глянул на сенсори.
— Сидит на закрытом канале с Кузницей последние восемь минут, — сообщил Кальдер.
— Будем надеяться, что получает разъяснения, — сказал Анил, запуская быструю проверку управления.
— Разъяснения? — переспросил Тарсес.
— Об этом деле, — ответил рулевой, глядя на него. — Об откровениях.
Тарсес кивнул:
— Будем надеяться.
Пропел приемник. Кальдер ткнул пару кнопок.
— Предупреждение от «Антагонистеса», модерати, — доложил он. — Всем махинам приготовиться. Лорд Геархарт обратится к легио через десять минут.
>
Геархарт открыл общий канал:
<Всем махинам Темпестуса и Инвикты, это Геархарт. Подтвердите мою выгрузку>.
Со всех сторон полетели ответные сигналы манифольда.
<Благодарю вас, принцепсы. Во-первых, позвольте мне поаплодировать вашим успехам. Аргентум в наших руках. Битва за Орест выиграна>.
Раздался хор выразительных потоков кода от остальных махин.
<Верно, верно. Первый принцепс Борман, продолжайте движение на запад со своей ударной группой и прикончите остатки врага. Сожгите всех. Полная зачистка, как и было приказано. Не дайте ни одному куску этого махинного металлолома сбежать>.
Махины отозвались новыми потоками выразительного кода.
<Приказ понял, принцепс максимус>, — прокантировал в ответ Борман.
<Благодарю, первый принцепс, — прокантировал Геархарт. — Махины, есть еще один вопрос, который я хотел бы декантировать. Я знаю, что все вы в курсе распространенных недавно провокационных данных. Более того, я полагаю, что вы осведомлены о том факте, что в Кузнице Ореста в настоящий момент принято положение «один». Публикация данных погрузила Кузницу в кризис и вызвала трения с ульем Принципал. Ситуация требует нашего немедленного внимания. В следующие двенадцать часов все махины, не участвующие в зачистке с первым принцепсом Борманом, должны завершить патрулирование Аргентума и приготовиться к уходу со мной. Завтра на рассвете мы выходим в обратный путь к улью Принципал>.
Геархарт замолчал и стал ждать, наблюдая за аудиторий из маленьких, размытых кодом белых лиц, взирающих на него из манифольда. Каждое лицо было принцепсом, подключенным к каналу манифольда из своей раки или командирского кресла. Ноосферные ярлыки рядом с каждым идентифицировали махину и командира.
«Интересно, кто будет первым?» — подумал Геархарт.
<Мы возвращаемся как военная сила, милорд?>
«Ага, Рапсон, „Меркуриус Беати“. Махина Темпестуса. И как я догадался, что махина Темпестуса заговорит первой?»
<Как сдерживающий элемент, принцепс Рапсон, — прокантировал Геархарт. — Как стабилизирующий элемент>.
<То есть мы вмешаемся, милорд?> — прокантировал Левин с «Аякс Эксцельсус».
Старый добрый Левин, всегда так стремящийся уяснить все в точности.
<Если будет необходимо, мой чертенок>, — ответил Геархарт.
<На стороне Кузницы, лорд?> — прокантировал Терон с «Тантамаунт Страйдекс».
«Вот оно, началось. Если хоть один из Темпестуса и намерен был переступить черту, то это будет именно сейчас. Они почувствуют мое резкое недовольство, и это заставит их выяснить все начистоту».
<Что за странный вопрос, Терон? На стороне Механикус, конечно>, — откантировал Геархарт.
<Уточните, на какой стороне, лорд Инвикты>, — потребовал Леникс Дево, принцепс «Кулладор Браксас», старшей из выживших махин Темпестуса после гибели «Орестес Магнификат».
<Я не считаю, что должен что-то уточнять, принцепс, — прокантировал Геархарт. — Вы по-прежнему, я так понимаю, являетесь махиной Механикус? Так что не нужно задавать мне вопросы. Нужно идти за мной>.
