уставился куда-то вдаль, будто я разом перестала его интересовать. А через несколько минут вообще опустил веки, словно бы даже задремав или же просто отрешившись от всего остального мира.
Н-да. И как это понимать? Что, спрашивается, нашло на этого малолетнего маньяка? Что за перепады настроения? И что значило это «скажи, что я тебе нравлюсь»? Интересно, в Невироне извращенцы есть? А больные на всю голову парни, пытающиеся загипнотизировать девчонок, как змея – кролика?
Я настороженно покосилась на сомнительного соседа, но убедилась, что больше никаких поползновений с его стороны не наблюдается. Здорово озадачилась, потом призадумалась и наконец мысленно позвала:
«Лин? Ли-и-ин, ты меня слышишь?»
«Конечно, – немедленно отозвался снаружи шейри. – Что у тебя стряслось?»
Я прикусила губу, не зная, как обозначить свои сомнения. Но нестыковки в поведении Лива были настолько явными, а последующая задумчивость так сильно смахивала на некое подобие транса, что требовала немедленного уточнения. И подспудно наталкивала на весьма любопытную, хотя и не слишком правдоподобную мысль.
«Лин, взгляни-ка на этого горе-Казанову, рядом с которым я сижу, и скажи: а не маг ли он, случаем? Что-то у меня подозрения нехорошие на его счет появились. Правда, я ни в чем не уверена, но чем Айд не шутит? Вдруг мы нарвались на самородка?»
Демон ненадолго умолк, послушно пригляделся, благо чужую дейри он мог видеть и с закрытыми глазами, а потом с немалым удивлением сообщил:
«Ты права: парень – маг. Только слабый очень, поэтому я не сразу его почуял».
«Маг Разума, надо полагать?» – уточнила я, откуда-то уже зная ответ.
«Безусловно».
«Ну, е-мое… везет же мне на всяких менталистов!»
«Да, это редкий дар, – не понял моего нервного смешка шейри. – Даже очень редкий. Хотя до Эннара Второго ему еще очень далеко. Однако дейри похожая. Слабая, дохлая, но по узору и по цвету очень похожая. Даже странно, что я ее не заметил раньше».
«Золотая?»
«Нет, скорее светло-желтая… – вдруг ехидно фыркнул Лин. – Как понос у больного ребенка!»
Я поморщилась.
«А он и есть как понос – шустрый, противный и ужасно не вовремя возникший».
«Ха-ха! А как ты догадалась, что он – маг? – все еще веселясь, полюбопытствовал шейри. – Никак чужую дейри научилась видеть?»
«Нет, конечно. Просто этот придурок только что попытался меня зачаровать!»
«Что-о?! – мгновенно взвился мой персональный демон. – ТЕБЯ?! Какой-то недозрелый сопляк?!»
«Именно».
Снаружи послышался странный звук, как если бы кто-то звучно щелкнул челюстями. А потом донесся и глухой мысленный рык, неприятно напомнивший мне полет над Хароном.
«Как только остановимся, я его сожру!»
«Отравишься, солнышко мое».
«Тогда удавлю на первом же привале!»
«Не надо, – вздохнула я, снова покосившись на заметно присмиревшего, глубоко задумавшегося соседа, на лице которого вдруг проступила непонятная тоска. – Такое впечатление, что он не понимает толком, что происходит. И не подозревает, как именно держит внимание толпы. Думаю, и Лику он ненароком приворожил. А может, еще кого. Хотя черт его знает, гипнотизера недоделанного – вдруг он все-таки понял, в чем дело, и теперь пытается пользоваться силой осознанно? Кстати, ты не в курсе, как тут поступают с магами?»
Лин на мгновение задумался.
«Насколько я понял, быстренько прибирают к рукам и отправляют к некромантам».
«А дальше?»
«А дальше учат так, как им надо. Чтобы получился еще один некромант или еще один жрец».
«Нет, я имею в виду, что с ними делают, если человек не приспособлен к Дабараэ? И если он по определению не может стать некромантом?»
Лин равнодушно пожал плечами.
«Без понятия. Наверное, ненужных отдают в жертву. На кой ляд им конкуренты?»
Я растерянно почесала кончик носа. Дурацкая привычка, все никак не могу избавиться.
«Хочешь сказать, что если о Ливе станет известно, его тут же пустят под нож?»
«Не исключено. Хотя, думаю, жрецам бы его умения пригодились. Они тут так дурят людям головы, что на этом поприще подобный талант пришелся бы очень кстати».
«Головы они дурят самыми обычными способами, – возразила я. – Пропагандой, подлогом и красивыми речами, на которые так падки необразованные люди. Для этого им не нужны маги Разума со слабыми способностями к гипнозу. Но меня сейчас тревожит другое: что Лив делает здесь? Если он знает, какой силой обладает, то какого демона тогда торчит в такой глуши? А если не знает, то тогда почему таким дураком уродился, раз еще не понял, что его обаянию есть другая причина, нежели смазливое личико?»
Невидимый шейри фыркнул.
«Это ты у него и спроси».
«Угу, – промычала я. – Прямо так подойду и спрошу. Очень дельный совет. Спасибо тебе большое».
«Пожалуйста», – невозмутимо отозвался демон и надолго замолчал.
Я снова посмотрела на притихшего парня, внезапно растерявшего недавнюю ауру угрозы и требовательной настойчивости. Немного подумала. Поколебалась. А потом решила, что Лин не так уж неправ, и негромко позвала:
– Лив?
Он не пошевелился.
– Ли-ив?
И снова – никакой реакции. Он что там, уснул? Или коньки решил отбросить с расстройства?
– Лив, ты меня слышишь? Э-э-эй…
– Что? – невесело вздохнул блондин, внезапно открывая глаза.
Ну наконец-то пришел в себя!
– Может, скажешь, что это сейчас было? – суховато осведомилась я, по-прежнему держась на расстоянии. – И что ты пытался тут изобразить?
– Ничего. Извини, я не хотел тебя напугать.
– Ты меня не напугал. Просто неприятно удивил. И я хотела бы знать, ради чего.
Он снова вздохнул.
– Сам не знаю. Иногда на меня находит… наваждение какое-то. И иногда людей это пугает. Прости еще раз. Я действительно не хотел.
Я прикусила губу: а вот это уже интересно… похоже, он действительно ни о чем не подозревает. Сейчас вроде на нормального похож. Адекватный, изрядно растерянный, не обозленный, каким стал бы, если бы понял истинную причину своей неудачи. Выходит, я права? Но тогда как могло случиться, что он до сих пор не привлек к себе внимания жрецов? Из-за того, что дар слишком слаб? Потому, что бродил по дорогам чуть ли не с детства? И по этой причине почти не попадал в поле зрения некромантов? Лика как-то обмолвилась, что он дольше всех в труппе – лет десять примерно. То есть пришел к Ридоласу, будучи восьми или девяти годков отроду. Совсем мальчишкой, как Брит. И все остальное время из повозки буквально не вылезал.
Гм.
Может, поэтому он и не попался никому на глаза? Может, просто жил себе потихоньку, жил. Потом вдруг понял, что умеет влиять на чужое настроение. Со временем осознал, что при большом желании к нему тянутся девушки. Наверное, попробовал пару раз поэкспериментировать. Понравилось. Потом попробовал снова. Кто ж из деревенских поймет, что это
