к главному коридору, повернул налево и мы поехали к выходу.
«Впервые за сколько дней я повернул налево, а не направо?» — я был в некотором нетерпении, хотелось увидеть солнечный свет. — «В конце концов, я же не вампир какой-нибудь, жить постоянно в склепе».
Относительно медленно мы доехали до развилки, бригадир немного притормозил, пропуская сигналящий грузовик из левого тоннеля в главный, и двинулся следом за ним. Я обратил внимание, что грузовик был нагружен такой же породой, которую мы отбивали вручную на своём участке. Я пришёл к выводу, что это шлак и именно к террикону это всё и вывозится.
Оставшиеся пару сотен метров мы проехали за грузовиком гораздо медленнее, чем могли бы, будь дорога свободна. Наконец, показался свет — мы выехали из шахты. Дневной свет ослепил меня — хотя я этого ожидал, но не настолько сильного эффекта. Через минуту грузовик свернул немного правее, и бригадир немного прибавил скорости, обогнав его и направляясь к охранной будке. Вскоре мы притормозили возле той самой будки, где меня передали в это рабство.
— Сиди здесь! — развернулся ко мне Фориунз, вышел из машины и направился к скучающему внутри охраннику-вампиру.
Минуты две они разговаривали, периодически показывая на меня рукой, потом бригадир что-то там нажал в планшете охранника, который тот достал из стола, вернулся за руль и мы тронулись. Естественно, ничего спрашивать я не стал, да оно и так было понятно — режим есть режим, и просто так заключенного не вывезешь за формально охраняемую зону. Мы ехали примерно с той же скоростью, что и в шахте. Возможно, мощность двигателя не позволяла набрать большую скорость, а может быть, бригадиру не нравились выбоины на дороге. Я с интересом оглядывался по сторонам — с прошлого раза практически ничего не изменилось, только в километре спереди был виден едущий к террикону самосвал.
Мы постепенно приближались к террикону, который понемногу начал заслонять вид, и минут через десять свернули левее, к свалке, массивные очертания которой я с некоторым трепетом снова начал внимательно разглядывать. Даже издалека было видно, как один из рельсовых кранов с ближней к нам стороны что-то захватывает клещами сверху.
«Обалдеть, какая же она огромная. Как можно было так хаотично сложить сюда столько механизмов и металлолома, чтобы всё это не рухнуло со страшным грохотом?!» — вот этого я никак ещё понять не мог.
С каждой минутой мы приближались ближе и ближе, и минут через десять нашей обычной скорости бригадир вместо поворота к барачному комплексу проехал прямо, в нескольких сотнях метров напротив и вдоль периметра свалки. Вблизи она ещё больше пугала и поражала воображение. Я никак не мог понять, каким чудом вся эта конструкция держится и не распадается по бокам или не проваливается внутрь под действием собственной массы.
Впереди показалась немного длинная одноэтажная будка, к которой мы и подъехали. С левого бока от неё стоял примерно такой же автомобильчик, но несравненно более обшарпанный и поцарапанный. Бригадир вылез из машины и жестом велел выходить и мне. Я вылез, взял каску и припасы, и мы пошли к этой будке серо-песчаного цвета. В её большом, но грязнейшем окне был виден чей-то силуэт.
Я рассматривал почти вблизи эту, наверное, километровой длины и огромной высоты конструкцию, и сердце сжималось от осознания того, что сверху в любой момент на тебя может что-нибудь обвалится. Конечно, сама эта свалка хоть и была высотой с пятиэтажный дом или чуть больше, нагромождение было относительно грамотным — нижние слои пирамиды из крупных останков машин, балок, огромных вагонов, каких-то кранов подпирали собой верхние слои относительно более мелкого лома. Вдоль периметра можно было спокойно заходить внутрь через большие проходы, которые образовывали не очень плотно лежащие машины и механизмы. Через три минуты ходьбы, когда мы почти подошли, я уже перестал думать о целесообразности такого складирования и махнул рукой на даром ненужные мне мотивы тех, кто это сделал именно таким методом.
— Хакрис, постой пока тут, — обернулся бригадир, когда мы подошли к будке, постучал кулаком в дверь и дернул ручку. Дверь оказалась незапертой, и он вошёл.
Я присел на какую-то огромную бочку возле крыльца, наполовину врытую боком в жесткую каменисто-песчанистую почву, сделал пару глотков воды и начал в который раз рассматривать свалку.
«Действительно, „Склад“. И на вид оно не выглядит совсем безнадежным, даже вот те самосвалы с раскуроченными кабинами. Неужели мне придётся залазить туда, внутрь, в эту страшную металлическую темноту? И что я там смогу найти?» — от этих мыслей стало совсем не по себе. — «Я сам на это подписался. Вот только что и как мне искать в этом клондайке погибших механизмов?» — я даже понятия не имел, с чего мне начать.
В общем, я решил ждать, пока выйдет бригадир, и потом расспросить у него. Я услышал грохот — один из кранов вдали намагнитил огромную балку и перетащил её на несколько десятков метров левее. Как я понял, высокие рельсовые краны, похожие на тот, что возле шахты отгружал породу на самосвалы, работали с двух противоположных углов периметра этого огромного склада. Я прикинул на глаз, что видимые мною две грани этого немного неправильного квадрата составляют не менее километра в длину каждая.
«Тут можно затеряться, в глубине этого квадрата», — я сидел на бочке и наслаждался утренним солнышком, которое пока ещё не припекало. После прохладной шахты было непривычно, я отвык от естественного тепла. Прошло уже минут десять, наконец бригадир вышел в сопровождении тощего орка в поношенной шахтерской форме. Он ему показал на меня рукой:
— Будешь за ним присматривать, и если он заблудится, пойдёшь искать. Научишь его пользоваться рацией и картой, но всё равно будь начеку, понятно? — говорил он ему на орочьем.
— Вот нахера мне этот цирк, Фориунз? Ты такое придумал, что хоть падай и смейся — какой-то тупой эльф будет тут бродить во время работы кранов?! — недовольно ответил ему орк.
Вот эта фраза мне совершенно не понравилась, но естественно, я не подал виду.
— Ты не забывай, Вишугиз, что вы нам уже два месяца как не отремонтировали самого завалящего отбойного молотка, а про экзоскелеты я вообще молчу. У меня горит план, а вы хрен знает чем занимаетесь! А деньги я вам заплатил авансом.
«Что-то я не видел никаких экзоскелетов у нас в отряде», — отметил я этот факт, хотя про само это оборудование краем уха слышал, да и про аванс услышать было в новинку.
— Фориунз, не насилуй мне мозг, ладно?
