– А что надевают дамы?
– Наряды гречанок и римлянок или костюмы богинь и весталок.
– Восхитительно. Когда маскарад?
– Завтра.
Каро заморгала:
– У меня совсем нет времени подготовить костюм.
– Если вы будете богиней, у меня он есть.
– Разве вы не хотите его надеть?
– В этих драпировках я буду похожа на надутый ветром парус, – рассмеялась Диана. – Найду какой-нибудь наряд почтенной матроны. Соглашайтесь.
– Да, спасибо.
– Отлично. Я пошлю за костюмом. А вы идите в мою гардеробную и раздевайтесь.
Выяснилось, что это надо понимать буквально.
– Раздевайтесь донага, мэм, – сказала горничная Дианы. – Во всяком случае, ее светлость носит костюм так.
– Никакой сорочки и корсета? – Каро мыслями вернулась в водоворот приключений в Донкастере.
– Тогда оставьте их, мэм. Я бы так и сделала.
Облачившись в обманчиво простой костюм, Каро увидела, что придется снять лишнее. Белое льняное платье не такое легкое, как казалось, но одно плечо открыто, корсет и сорочка видны. Жесткие прокладки тоже проступали сквозь ткань, уродуя платье.
– Что ж, прочь лишнее.
Когда она надела костюм снова, он выглядел совершенным и был почти столь же приличен, как жакет, в котором она приехала в Донкастер. И все равно ей казалось, что на ней легкая кисея, а правое плечо выставлено всем напоказ.
– Я не уверена…
– На вас костюм прекрасно смотрится, – сказала Диана. – Я изображала в нем Диану Охотницу, но Ротгар предложил Персефону. Не знаю почему, хотя я предполагаю, из-за того, что вы наполовину замужем.
– Нет, – ответила Каро, – я или замужем, или свободна. Новостей все еще нет?
– Не сейчас, – оглянулась на слуг Диана.
Каро пришлось оставить вопросы на потом.
– Лорд Ротгар, похоже, думает, что Плутон заманит меня в ловушку лондонского мира.
– Иногда он бывает эксцентричен, – сказала Диана, поворачивая Каро. – Хотя Персефона прекрасно подойдет. Что нам нужно? Цветы, – приказала она одной служанке и повернулась к другой: – Гранат, настоящий или фальшивый.
Она расправила складку на платье.
– Цветы можно нашить на платье и надеть на голову венок. Мистер Баррили уложит ваши волосы в греческую прическу. И никаких драгоценностей, я думаю. Простота. Да, это произведет впечатление.
– А маска? – спросила Каро с таким чувством, будто над ней грохочут волны.
– Ах да. Нужно что-то простое. Многие там узнают друг друга, а вы будете настоящей загадкой, центром внимания.
– Не уверена, что я этого хочу, Диана.
– Не глупите. Это будет восхитительно. Уникальность «Пира олимпийцев» заключается в том, что там нет никаких разоблачений. Если вас не узнают, то вы так и уедете таинственной незнакомкой.
– Как странно.
– Как восхитительно! А вот и маска.
Служанка принесла простую белую маску, и Каро надела ее. Повернувшись к зеркалу, она увидела действительно таинственное существо. Белое платье свободно ниспадало, опоясанное на бедрах, неровный подол чуть открывал щиколотки. Плечо открыто, гладкая бледная маска придает сверхъестественный вид.
– Помаду, – приказала Диана. – Чтобы скрасить бледность.
Появившаяся с баночкой горничная наложила на губы Каро глубокий розовый тон.
– Потрясающе. – Каро понравилось быть дерзкой незнакомкой.
Глава 26
Закутанные в накидки Каро и Диана уселись в карету. На Диане был костюм богатой римской матроны. Ее завитые каштановые волосы были уложены в прическу и украшены диадемой с рубинами. Маска прикрывала только глаза. Диана не делала никаких попыток остаться неузнанной.
Маркиз – наоборот. Его маска была снабжена крупным носом и кустистыми бровями. Длинные волосы распущены по плечам и сильно припудрены, изображая седину. Простая белая одежда подпоясана, за пояс засунут рулон бумаги. Казалось, на ней изображен чертеж.
– Признаюсь, милорд, даже не могу предположить, кто вы, – сказала Каро, когда они отъехали.
– Я Дедал, инженер и строитель лабиринтов.
Выбор маркиза показался Каро странным.
– Ротгар увлекается всякими техническими вопросами, – пояснила Диана, – в особенности часовыми механизмами.
– О, – вспомнила Каро. – Пружины.
Маркиз улыбнулся.
– А ваш персонаж сразу понятен, – продолжил Ротгар. – Гранат дает прямую подсказку. Он настоящий?
– Нет, он глиняный и весьма тяжелый.
– Но ловко раскрашен, – сказала Диана. – Думаю, его принесли с кухни, хотя понятия не имею, почему он там оказался.
– Чтобы развлечь повара, – предположил маркиз.
Карета замедлила ход, поскольку они подъехали к дому герцога Иторна.
– Тут все прекрасно организовано, Каро, – сказала Диана, – гости избранные, и вам нет необходимости все время держаться рядом с нами. Не глупите, пококетничайте с каким-нибудь джентльменом. Если хотите, конечно, – добавила она с улыбкой.
– Я никогда этого не сделаю.
– Никогда? – Диана произнесла это таким тоном, как будто Каро сказала, что она никогда не ест хлеб.
– Никогда, – повторила Каро.
– Как хотите, – подняла брови Диана. – Надеюсь, вы не станете возражать против легкого флирта.
Каро почувствовала себя неловко.
– Конечно, нет.
– Увы, – посетовала Диана, – никто не будет флиртовать со мной в моем положении.
– Кроме меня, – сказал лорд Ротгар.
– Да. – Диана лукаво улыбнулась мужу, и Каро обдало жаром.
Она быстро отвернулась к окну, жалея, что она не в Йоркшире.
Особняк герцога Иторна соперничал с Маллорен-Хаусом, все окна были освещены. Карета остановилась. Улица была забита зеваками, собравшимися поглазеть на прибывавших гостей, их сдерживала шеренга мужчин в костюмах римских солдат с копьями.
Копья выглядели настоящими.
Такая толпа может быть опасной? Лондонская толпа славилась своим изменчивым настроением. Потом Каро увидела женщин с транспарантом, на котором было написано что-то о Содоме и Гоморре. Черт! Леди Фаулер!
Она с радостью вошла в дом, но занервничала, сняв накидку. И тут же увидела, что на большинстве женщин похожие костюмы. Только дамы постарше выбрали более закрытые наряды. Кстати, здесь тепло, заметила Каро, иначе некоторые нимфы и богини могли легко простудиться.
Многие мужчины тоже легко одеты, некоторые в тогах, открывающих руку и плечо. Тоги в основном с золотой и пурпурной каймой, что указывает на высокий ранг их обладателей. На многих позолоченные лавровые венки. Это герцоги, маркизы и графы? Она поняла иронию маркиза Ротгара, одевшегося античным инженером, и пожалела, что не нарядилась служанкой.
Это заставило ее вспомнить о Карри и рассерженном Кристиане в Фроггат-лейн. Как он мог иметь столько обличий? И почему не все из них скверные, тогда легче было бы его возненавидеть.
