убийству Директора оказался сорван.
Но затем он посмотрел на сражающиеся армии… на кровавый хаос… на братьев, которых заманили в смертельную схватку друг с другом…
Пэн пожал плечами:
– И так сойдет!
Он схватил Мидаса за рукав и потащил к озеру.
13
Добро стало Злом. Зло стало Добром.
Рафалю наконец-то стало ясно, что они действительно сражаются на правильных сторонах.
Потому что Рафаль хотел спасти брата.
А Райан не успокоится, пока Рафаль не умрет.
Но, даже понимая это, Рафаль все равно верил, что счастливый конец возможен.
Да, войну начал Райан. Его бойцы убили ученика. Но Рафаль все равно не хотел, чтобы он пострадал. Должен быть способ победить пророчество. Захватить Райана в плен, прекратить эту войну, дождаться, пока его брат все же придет в себя.
Но сначала нужно найти брата.
Темнота превратила сражение в сумбурный хаос. Рафаль спрятался за углом замка Добра, оглядывая поле битвы. Солдаты Райана пускали горящие стрелы и огненные бомбы из катапульт, освещавшие ночь, а ученики Рафаля отбивались заклинаниями первокурсников – хлипкие щиты, слабые, оглушающие заклятия, бури горячего дождя, – их пальцы сияли всеми цветами радуги, ненадолго вспыхивая, словно фейерверки, а потом снова гасли, так что над полем брани снова повисала темнота, в которой слышались лихорадочные крики: «Найдите Рафаля» и «Найдите Райана!». Солдаты считали, что смогут быстро заставить подопечных Рафаля сдаться, втоптав их в грязь и приковав юных всегдашников и никогдашников к длинной цепи, которую продели сквозь двери их же собственного замка. Но они совсем забыли о волколаках, которые видели в темноте и сейчас забрались под балконы, раскорячившись, словно пауки, и ждали удобного момента, чтобы напасть.
– Вперед! – закричал их вожак.
Волки бросились вперед, словно пушечные ядра, сметая солдат ударами могучих кулаков, переломляя ход битвы. Улучив момент, Рафаль тоже бросился в драку позади волков. Он слышал, как трещат кости солдат под тяжестью доспехов мохнатых зверей; Директор школы отходил от них все дальше, к озеру, ища взглядом брата…
– Это он! Рафаль! – закричал какой-то солдат и схватил его сзади за шею.
Рафаль попытался вывернуться, но на него набросились и другие солдаты. Они были на берегу, вдали от шума битвы.
– Убьем его! – крикнул один и ударил Рафаля кулаком в лицо. – Наши королевства нас вознаградят!
– А давайте я его убью и вся слава моя, а? – возразил грубый, как у людоеда, голос.
Рафаль увидел, как рядом блеснул чей-то меч. Он махнул ногой и попал кому-то в лицо, но потом его грубо схватили за колено и свалили на землю. Один из солдат по-прежнему крепко держал его за шею, еще шестеро распростерли его на песке, словно свинью, которую вот-вот зарежут. Остальные тоже обнажили мечи, дергаться и вырываться было бесполезно…
– Отпустите его, – послышался холодный голос.
Солдаты повернулись в ту сторону.
Джеймс Крюк, держа под мышкой саблю, собирал в хвостик волосы.
– Или что? – насмешливо спросил солдат-никогдашник.
– Или… так, подождите… – Крюк прочно закрепил в волосах резинку и снова схватил саблю в руку. – Или это.
Он кинул нож, попал в бедро солдата, взбежал по его падающему телу, словно по трамплину, сделал сальто назад и проткнул по очереди всех остальных – двоих в бок, двоих в плечи, одного в зад, – а потом приземлился прямо перед Рафалем как раз вовремя, чтобы увидеть, как все шесть солдат падают на колени, а потом лицом прямо в грязь.
Рафаль уставился на храброго рослого капитана, совсем не похожего на капризного, кроткого мальчика, которого когда-то забрал из Блэкпула.
– Ты и я, Директор, – сказал Крюк. – Как в старые добрые времена.
– Помогите! – раздался крик позади них.
Два солдата из армии Добра держали принцессу Киму на весу за перилами балкона.
Крюк помрачнел.
– Не совсем как в прежние времена, – подмигнул ему Рафаль. – Беги.
Джеймс бросился ей на помощь, проскочив мимо волколаков, повергнувших на землю солдата…
Глаза Рафаля загорелись.
Не солдата.
Райана.
Рафаль бросился к нему.
Крюк спешил к замку, стиснув зубы и хрустя костяшками пальцев. Два добрых солдата скинули Киму с балкона прямо в руки двум злым, а те забросили ее обратно, словно играли в сумасшедшую игру. Вот солдаты армии Зла снова ее поймали…
Джеймс в прыжке ударил обоих ногами в головы, потом успел подхватить Киму, когда они рухнули на землю. Солдаты-всегдашники на балконе тут же нацелили луки на Крюка и его принцессу, готовые пронзить их стрелами насквозь. Крюк пригвоздил их взглядом, внутри разгорался знакомый мрачный жар. Но на этот раз он не боялся магии Райана. На этот раз она подпитывалась его яростью, словно подобное притягивало подобное, словно душа Райана признавала только тех, кто одержим гневом и мстительностью. Крюк, не сводя взгляда с солдат, зарычал голосом души, скрывавшейся в нем, и сотворил холодно-синее пламя, которое охватило весь балкон и тут же сожгло обоих солдат дотла, оставив только кучки пепла. Крюк заскрежетал зубами – он жаждал еще большей жестокости, больше смертей. Когда его плеча коснулась рука, он резко развернулся, готовый сотворить новую порцию карающего огня…
– Это я, – послышался тихий голос девочки.
Но Крюк уже не был собой. Он был одержим душой Райана. А душе Райана девочки были не нужны.
Крюк схватил ее за горло, сдавил…
И получил удар в челюсть.
Крюк покачнулся, и второй удар прилетел ему в нос. Голубая кровь забрызгала лицо когда-то лучшего друга.
– Только попробуй тронуть ее снова! – заорал Аладдин.
Джеймс ударил его в глаз, и мальчики, сцепившись, покатились по земле. Аладдин ударил Крюка в пах.
– Как ты смеешь так обращаться с девушкой! Моей девушкой!
Крюк зарычал и ударил Аладдина головой о землю, снова и снова, не в силах совладать со злой душой. Аладдин пытался отбиваться, но уже терял сознание, ум затуманивался, язык высунулся изо рта…
Острый нос туфельки ударил Джеймса прямо в горло, и он машинально выпустил друга.
Встать он не успел – прямо в грудь ему ударил плоский каблук, Джеймс рухнул на спину.
– Посмотри на меня, – сказала девочка, поставив ногу ему на грудь.
Крюк дергался и метался, из его рта шла пена.
– Посмотри на меня, – повторила девочка.
Джеймс вырывался и кричал, но она не отступила.
В конце концов воинственный дух ослаб. Расфокусированные глаза уже не горели, дыхание стало глубоким, щеки – снова румяными, губы смягчились, больше не ощеривая зубы. Он наконец-то все увидел.
– Кима, – прошептал он.
– Привет, Джеймс, – ответила принцесса.
Крюк посмотрел на Аладдина, забрызганного его голубой кровью.
– Магия Райана… – прохрипел Джеймс. – Она злая…
– Отдай ее мне, –
