начну, ваш главный сильно расстроится.
— Качать из нас кровь?! — Аксель было вскочил, но Мин ухватила его за штанину и не дала броситься в бой. — Так вы забираете её у людей!
— Как вы думаете, — потирая свой широкий подбородок и очень задумчиво глядя на Акселя, будто прикидывая какие-то варианты, медленно проговорил чародей. — Сколько времени потребуется, чтобы убедить вашего седого в том, что это не является злом…
— Это является злом!!! — Аксель сжал кулаки.
— Много, — сам себе ответил пленник. — Ладно, что-то я устал. Идите спать, больше ничего не скажу.
— Ты всё скажешь нам, красник! Бада-ар!.. — завопил было друид, но Мин закрыла ему рот рукой.
— Тише, все же спят! — шикнула она. Потом повернулась к мужчине. — Но ведь не может быть так, что вы один? Остальные хотят нас завоевать, а вы — нет. Наверное, есть какая-то группа?
— Наверное, есть, — пожал плечами он. Увидел недовольный взгляд некромантки и приподнял брови. — Нет, сегодня больше ничего. Я ведь сказал.
— Вы правда хотите мира между нами?
— Я. Сказал.
Мин покачала головой. А красники упрямые.
— Да ладно, вам что, кто-то угрожает? — взмолилась она. — Ну хотите, я попрошу, чтобы Бадар вышел?
— А он не выйдет, — закончил Бадар. Чародей указал в его сторону глазами, потом опять посмотрел на девушку с видом «ну вот!».
— То есть дело всё же в нём?
— Давай завтра, я правда устал, — попросил он миролюбиво. — Отвечу на один вопрос — появится ещё сотня. А мне бы хотелось, чтобы при моих ответах здесь был ваш седой мудрец. Может быть, так он будет соображать быстрее.
— Не обижай Шцера, — пригрозила Мин, и Аксель согласно показал пленнику пудовый кулак.
— Тогда пусть он не грозится сделать из моих менисков фужеры, — парировал чародей. Аксель убрал кулак, сочтя, что Шцер и сам прекрасно сможет себя защитить.
— Ладно, пойдём, — Мин потянула друга к выходу. — Наши изведутся все.
— Только твои, — вздохнул парень. — Мои дрыхнут уже.
На выходе девушка развернулась, посмотрела ещё раз на красного чародея. Он всё так же сидел, привалившись к стволу, на смуглом лице плясали слабые красные блики от догорающей свечи. Правда, рядом лежали ещё свечки, так что мужчина мог поддерживать свет сам.
Некромантка вдруг подумала, что и сама совершила маленькую ошибку. Каждый раз, когда чародей называл Шцера «ваш седой», ей казалось, будто тот специально издевается, а потом поняла, что ведь и сама не представилась ему. А может быть, так сделал и Шцер — не посчитал нужным или вообще забыл, поглощённый другими мыслями. Но ведь назвать имя несложно.
— Меня зовут Мин, — сказала она, не рассчитывая на ответ. Так всегда было в её экспериментах — зная о своей неопытности, она не рассчитывала на удачу, но была уверена, что даже если всё разлетится осколками, останется жизнь, которая даст возможность всё повторить или исправить.
— Сауд, — отозвался чародей, когда она развернулась.
ГЛАВА 8. Семья
— Войско, — констатировал Кфар, вдоволь насмотревшись на ровненькие ряды палаток. — Не меньше двух тысяч. И неизвестно, сколько ещё за чертой тумана.
Шцер хмуро кивнул. Шум отряд услышал издалека: всё-таки невозможно заставить тысячи солдат сидеть в полнейшей тишине. Это были туманники — по крайней мере та часть лагеря, что находилась ближе всего к засаде. А ведь здесь, в Безводной Долине, уже вовсю властвовал туман, так что узнать, не занимают ли солдаты всё пространство до самого леса, не представлялось возможным.
С солдатами, несомненно, были некроманты, но пока что ни одного из них определить не удалось. Правда, и они ничего не определили — Шцер и его люди прикрывались специальным узором, который называли «сетка мертвечины»: за этой сеткой некросоздания не видели людей, принимали их за бессмысленные трупы, а значит, передавали хозяевам ложную информацию. Это было специальное изобретение Ордена Аркатуса, некромантам из Пирамиды такой узор не был знаком — по крайней мере, в прежних стычках с ними тёмные ничего подобного не заметили.
— Мы торчим тут всю ночь, пускай нас сменят, — предложил Кфар, поёживаясь: ночи становились всё холоднее и холоднее, приближалось наступление Старой поры.
— Нет, скоро рассвет, — Шцер покачал головой. — Постараемся разглядеть некромантов. Не получится — пойдём напролом, и они выйдут сами.
— Мы с тобой? — Кфар покосился на друга, понимая, что он имеет в виду не бой.
— Нет, начнём с красного. Потом я. Потом по обстоятельствам.
Кфар кивнул. Сзади тихо подошёл Ксиран, четвёртый жнец в отряде.
— Есть что-то?
— Некромантов не узнать так просто, — ответил Шцер. — Пока что я не видел, чтобы кто-то из них колдовал. Но, полагаю, это и не нужно. Всё равно у нас только два пути: или назад, к ткахеджам, или к Пирамиде. Придётся выходить.
— Не думаешь ли ты, что они ждут нас? — поинтересовался Ксиран.
— Не знаю. Даже тысяча для встречи нас — слишком много. Тем более что они должны знать, что с нами дети, и очень важные дети. И посуди сам: чтобы убить жнеца, его нужно подкараулить, а не встать у него на пути и погреметь мечом. Они не скрываются, а значит, готовы к переговорам.
— Для переговоров им не понадобилось бы столько солдат, — покачал головой Кфар. — Всё-таки они ждут не нас.
— Думаешь, красных? — Ксиран повернулся к нему.
— Возможно.
— Мы это проверим, — перебил Шцер.
Где-то над туманом поднялось солнце. Но не разогнало его, а просто сделало ярким. Казалось, будто воздух стал плотным и почти белым. Через какое-то время начали просыпаться часовые и принимать посты у тех, кто дежурил ночью. За ними, не изменяя своей туманнической привычке разграничивать понятия «восход» и «утро», потянулись и остальные люди — выходили на открытые места и начинали разминаться, обливаться холодной водой. Правда, никто не фехтовал с некросозданиями — несколько скелетов ходили вокруг лагеря, но делали это автономно, будто заряженные на несколько суток вперёд.
— Кажется, вижу пару старших, — напряжённо всматриваясь в туман, объявил Ксиран.
— Где? — Шцер чуть приподнялся, навалился коленом на камень.
— Вон, женщина в балахоне высшего некроманта. И мужик там, правее, почти у склона, посох над головой крутит. Да нет же, сразу за воинами! На Игниса похож.
— Папа?! — растерянный голос Игниса раздался неожиданно, все повернули головы в сторону и увидели, как расширенными глазами юный некромант наблюдает за тренировкой своего отца. Рядом сидит Дарк, протирая глаза — скорее всего, не от удивления, а от сна.
— Такадо Макриатуш, — Шцер медленно перевёл какой-то хищный взгляд на мужчину. — Вот и встретились лично… Что ж, тогда, я думаю, можно выступать.
— Ты не спал всю ночь, — Кфар
