а самое главное – совершенно иного отношения правящих элит к власти и собственности.
Александр Меншиков – ближайший друг и соратник Петра I – после его смерти стал фактическим диктатором России от имени Екатерины I. Его боялись европейские и азиатские монархи. А закончил свою жизнь всесильный Меншиков в Сибири, в Березове, что в нынешней Тюменской области. И вы думаете, Меншиков жалел о своей судьбе? Переживал об утраченных капиталах и собственности? Вовсе нет, он и в ссылке продолжал такую же активную деятельность. Строить церковь в сибирской провинции для него было не менее важным занятием, чем быть губернатором Петербурга.
Что движет такими людьми? Откуда они приходят и куда уходят? Можно ли воспитать таких людей?
Ни марксизм, ни либерализм, ни расизм, ни нацизм, ни какая любая другая идеологическая, историческая и экономическая теория не может объяснить, откуда берутся личности в истории. Поэтому мы не будем разбираться, как они появляются, а станем воспринимать это как факт и для чистоты понимания будем называть таких людей избранными элитариями.
Избранные элитарии, подобные Меншикову, Суворову, Ломоносову, Потемкину, Молотову, Фрунзе, появляются вокруг верховного правителя, когда тот решается создать альтернативный аппаратному контур управления. Империи для развития и рывков необходим другой управленческий метод.
Людям типа Меншикова, Потемкина и Молотова не надо ставить аппаратные задачи. Они не будут согласовывать каждый шаг и годами разрабатывать инструкции. Таким людям надо обозначить конечную цель и отдать власть в этом вопросе. Ну и, конечно, снабдить ресурсами. Люди, способные к проектному управлению, сами являются людьми-проектами. Они всю жизнь тренируют себя, куда-то стремятся и даже в старости заняты общественной деятельностью.
Если верховному правителю удается выделить из окружения и привлечь на свою сторону десяток-другой избранных элитариев, то жизнь в империи начинает преображаться. Верховный правитель в обход аппарата ставит проектные задачи избранным. Потемкин имеет право прийти к императрице и потребовать денег, власти и особых полномочий. Так же как Меншиков может спорить с царем, обсуждая генеральный план Петербурга. Фрунзе может повысить голос на Ленина, когда дело будет касаться его родной Средней Азии. Избранные многое могут себе позволить, потому и вошли в историю. Поэтому их именами названы улицы, скверы, самолеты, города и планеты.
Социальное поведение избранных отличается от поведения аппаратных элит. Представитель аппаратной элиты ориентирован на накопление и передачу собственности, титула и власти по наследству. Аппаратный элитарий свою задачу видит в постоянном движении по ступенькам социальной иерархии. Поэтому аппаратные элиты формируют влиятельные роды и фамилии. Среди аппаратных элит принято женить детей и сращивать капиталы и чины. Эти элиты в первую очередь живут ради своих детей. Сохранение и передача по наследству – вот их главный мотив. Любой аппаратный элитарий стремится стать номенклатурой, то есть занять достойное место среди высших правящих элит, стать одним из тех, кого приглашают на день рождения премьер-министры и президенты.
Избранные элитарии мотивированы личным эго и амбициями. Материальные блага являются для них скорее показателем социальной успешности, чем самоцелью. Михаил Воронцов, будучи главой русской оккупационной администрации Парижа, оплатил все долги русских офицеров в парижских кафе. Был вынужден сам залезть в долги, но тем не менее оплатил. Избранными элитариями движут тщеславие и властолюбство. Поэтому проектное управление – возможность для избранного элитария самому почувствовать себя верховным правителем. Перед тобой лежит опасная и неизведанная Сибирь или Новороссия. Здесь ничего нет, но ты можешь быть полным властелином.
Разная социальная мотивация избранных и аппаратных элитариев постоянно приводит к конфликтам. Избранные пытаются получить власть над аппаратными, а аппаратные окружают избранных интригами и подставами.
Однако с точки зрения развития русской имперской культуры избранным элитариям нужно всегда находить применение. Потому что, как показывает нам опыт брежневского и николаевского застоев, диктатура аппаратных элит часто завершается крахом.
Империи необходимы избранные элитарии. Однако где их брать? Как их воспитывать? Этот вопрос волновал многие поколения верховных правителей. Все они догадывались, что дело в воспитании и образовании. Петр I думал, что надо отправлять учиться в Европу. Знаменитый пушкинский лицей по задумке Александра I должен был стать кузницей избранных элитариев.
Воспитание правящих элит – актуальная задача, которая стоит перед любой имперской культурой. Потому что если в правящих элитах не будут появляться избранные элитарии, империю ждет застой. Кроме всего прочего, самим аппаратным элитам требуется постоянное обновление. Это связано с тем, что им свойственно закрываться внутри собственного социального мира и утрачивать связь с обществом. Так рождаются безумные реформы вроде ЕГЭ – правящие элитарии совершенно утрачивают связь с обществом и считают, что детей простолюдинов достаточно обучить писать и читать. Аппаратная элита стремится законсервировать миропорядок и сузить его до правопорядка.
Задача аппаратных элит – воспроизводить миропорядок, а задача избранных элитариев – устанавливать его в новых землях и нести имперскую культуру новым народам. Поэтому аппаратные элиты концентрируются в столицах и имперском ядре, а избранные стремятся на периферию и в колонии.
Причем это правило действует до сих пор. Давайте вспомним, как происходила военно-политическая интеграция Крыма в Российскую Федерацию. Напомню исторический момент: власти нет, Янукович сбежал, на юго-востоке Украины многотысячные митинги с флагами России, Новороссии и СССР. Правящие элиты Украины не знают, что делать: все начальники сбежали, номенклатура залегла на дно, аппарат заклинило. Крымские элитарии находились в таком же ступоре и просто не принимали решений. В этом смысле киевский и крымский аппараты ничем не отличались в поведении во время Евромайдана.
И вот появляются «вежливые люди», которые берут под контроль символический центр власти в Крыму – Совет министров. Дальше были референдум и выход Крыма из-под власти Киева. После образования новых субъектов Федерации и включения крымских правящих элитариев в российские аппаратные элиты система вышла из кризиса. Номенклатура, за исключением той, что сбежала в Киев, осталась на своих местах, аппарат пополнился российскими варягами, но в целом не поменялся.
«Русская весна» вынесла на поверхность огромное количество активистов, общественников и просто неравнодушных людей. Многие из них потом поехали воевать добровольцами на Донбасс. Однако практически никто не был включен в региональную элиту.
В результате того, что правящие элиты в Крыму законсервированы, регион остается крайне убыточным в составе РФ (как и в составе Украины). Правящие элиты продолжают воспроизводить привычный миропорядок, несмотря на смену юрисдикции. Для аппаратного элитария просто поменялся портрет Януковича на портрет Путина, а партбилет «Партии регионов» – на партбилет «Единой России». Но миропорядок не изменился – поменялась лишь юрисдикция.
Аппаратные элиты стремятся заполнить собой всю власть и все государственные функции. Поэтому для того, чтобы в империи массово появлялись избранные элитарии, необходимо включать в правящую элиту представителей других сословий, групп и классов. Если этого не будет происходить, то, несмотря на всю гуманность и
