афишу, что она вам понравилась. Тоже расписывайтесь.
— А если афиша не понравится?
— Ай, не морочьте мне голову! Афишу уже отпечатали, целых пятьсот листов, как она вам может не понравиться? Расписывайтесь, и я побежал обратно, а не то Ефим Абрамович меня съест.
Замороченная Ирина Сергеевна расписалась в договорах и в книге, получила свои экземпляры, и уже в дверях Ленуська отобрала у курьера афишу, которую тот потащил было с собой.
— Давай показывай афишу! — набросились мы на Ленуську.
Ленуська молча подошла к доске объявлений, висящей в фойе, и прикрепила афишу к ней. Кнопки она использовала из числа тех, что были воткнуты рядком внизу доски.
На афише была фотография: Ирина Сергеевна сидит на красивом стуле, в центре, сложив руки поверх гитары. Вокруг, на высоких табуретах сидим мы, держа в руках глюкофоны, и только Ленуська обнимает свой драгоценный аккордеон. Слева уступом надписи:
— ЦДКЖ.
— Центральный Дворец Культуры железнодорожников.
— Вечера Ирины Корнеевой.
— При участии автора романсов Юрия Боброва!
— В программе: романсы на стихи Марины Цветаевой и Сергея Есенина.
— Исполнители: ВИА «Ария».
Я был поражен. Во-первых, афиша цветная и очень хорошего качества. Во-вторых, афиша красивая, что само по себе прекрасно. В-третьих, и, наверное, это главное, афиша просто кричала: выступает ОЧЕНЬ известный исполнитель! А уж то, что я упомянут в афише отдельной строкой вообще поразительно. Получается, за ничтожно короткое время я получил известность даже в Москве?
Да ребята, шок — это по-нашему.
* * *
В ЦДКЖ мы пришли за полтора часа до выступления. Надо осмотреться, узнать всё ли готово, переодеться в концертные костюмы. У входа нас встретил давешний курьер, и проводил к администратору. Впрочем, с начальством мне общаться не захотелось, и в сопровождении курьера я прошел в выделенные нам гримёрные, а потом вышел на сцену. Ленуська потащилась следом.
Мать моя женщина!!! А ведь зал-то совсем не маленький! Я-то думал, зальчик будет человек на сто пятьдесят, ну на триста…
— Уважаемый, а как Вас величать? — обратился я к курьеру.
— Величать меня не надо, а обращаться можно на ты. Меня зовут Иннокентий. Кеша.
— Я Юрий, можно просто Юра. Это моя сестра Лена. Скажи, Кеша, на сколько зрителей этот зал?
— В партере четыреста тридцать два места, бельэтаж на двести девяноста мест, и центральная ложа для почётных гостей на семнадцать мест.
— И наберётся столько зрителей?
— Ха! Я же говорил, что аншлаг! Раскупили даже неудобные места в третьем ряду бельэтажа! Я только что из кассы, они распродали билеты на третий день и часть билетов на четвёртый. Скажу по секрету: вам собирались выделить Малый зал, он на сто двадцать мест.
— А почему передумали?
— Потому что только по телефону пришло заказов на триста билетов. Вот как!
— И часто у вас бывают такие аншлаги?
— Нечасто. Только на самых популярных артистов и коллективы. Вы — популярные.
Из-за кулис мы наблюдали как зал наполняется публикой. Справа от меня Ленуська, а слева Ирина Сергеевна. Ленуська спокойна, а вот нашу руководительницу вполне отчётливо трясёт. Надо её отвлекать.
— Ирина Сергеевна, как Вы думаете, этот зал нам подойдёт для концертной постановки «Призрака Оперы»?
— О чём ты, Юрий?
— О зале. По-моему, шикарный зал, светлое дерево мебели, красная обивка. Красные ковры, стены белые с кремовым… Правда хорошо! И сцена очень удобная. Я, правда, добавил бы софитов…
Ирина Сергеевна вздыхает и треплет меня за рукав:
— Спасибо, Юрий, ты снова мне помог. Я успокоилась.
Подбежавшая администраторша зашептала:
— Товарищи, пожалуйте на сцену, занимайте свои места.
— Пойдём, мой верный Д’Артаньян!
— Вперёд, мой благородный Атос!
Под аплодисменты выходим на сцену и рассаживаемся совсем как на фотографии с афиши: в центре Ирина Сергеевна на красивом стуле, справа и слева, на высоких табуретах мы, её аккомпаниаторы.
— Своё выступление — говорит Ирина Сергеевна — я бы хотела начать с романса на стихи Марины Цветаевой «Генералам Двенадцатого года»:
Вы, чьи широкие шинели
Напоминали паруса,
Чьи шпоры весело звенели
И голоса.
И чьи глаза, как бриллианты,
На сердце вырезали след —
Очаровательные франты
Минувших лет.
Одним ожесточеньем воли
Вы брали сердце и скалу, —
Цари на каждом бранном поле
И на балу.
Вас охраняла длань Господня
И сердце матери. Вчера —
Малютки-мальчики, сегодня —
Офицера…
В фильме «О бедном гусаре замолвите слово» прозвучала усечённая версия замечательного стихотворения Цветаевой, а мы решили исполнять его полностью. Век ещё неторопливый, незачем его разгонять.
Ирина Сергеевна пела, рассказывала занимательные истории о нашей жизни, о казусах на репетициях, потом снова пела. Первое отделение мы завершили исполнением «Либертанго»[74].
Для начала Ирина Сергеевна рассказала, о чём наше новое произведение:
— Дорогие друзья! Мы все знаем, какая непростая ситуация сложилась в Латинской Америке, где народы выбрали путь свободы и народной демократии, а клика толстосумов, при поддержке США, старается подавить ростки нового и светлого общества. Но мы знаем, что на Кубе и в Чили, Аргентине и Бразилии люди борются за свободу и счастье. Мы посвящаем им эту мелодию, которую назвали «Либертанго» или «Танго свободы».
Солировала Ленуська со своим аккордеоном. Мы, по мере сил, добавляли оттенков в красочное полотно танго, а Ирина Сергеевна голосом, без слов, вела мелодию. Успех был оглушительным. Зал взорвался. Нас не отпускали со сцены, пока мы не исполнили «Либертанго» ещё раз.
Второе отделение Ирина Сергеевна открыла песней, посвящённой вдовам:
Облака плывут
Над землёй
Закрывая свет
Одиноких звезд
А на белый снег
Ляжет тень
Как следы
Тех, кто здесь ходил
Сквозь ветра свист слышу я
Печальные голоса
Тех, кто жил здесь,
Кто был счастлив
Тех, кто мечтал, жалел и любил…
Ближе к концу, стали поступать записки, и Ирина Сергеевна принялась отвечать, а я разворачивал их и подавал.
— «Не хотите ли Вы перебраться в Москву? Ваш талант явно перерос провинцию. Павел Старшинов» — прочитала Ирина Сергеевна. — Что Вам ответить, Павел Старшинов… Дело в том, что я работаю учителем музыки в школе, и мне эта работа очень нравится. У меня талантливые ученики, замечательные коллеги, уютный дом. Последнее время я часто езжу по стране, и встречаюсь с интересными людьми. Пока этого мне достаточно, а как дальше сложится жизнь
