Трудно винить Фирсанова в безразличном отношении ко мне. А если представить, что я служила ему постоянным напоминанием об измене его пары… Но почему тогда в пару для белого волка он выбрал меня?!
— Ты видела Волконского… еще?
Сама не знаю, почему спросила об этом. Чувствовала себя странно — отстраненно! Такие жизненно важные для меня факты, но они не трогали, не задевали душу. Возможно, испытав накануне максимальный накал эмоций, сейчас уже я не способна была принимать что-то близко к сердцу.
Да и дела прошлого, замыслы и планы ныне мертвого оборотня казались… смехотворными.
Мама в ответ лишь печально вздохнула.
— Фирсанов и от клана белых скрыл правду обо мне?
— Да. Он постарался замять историю с той моей вязкой. Единственные, кто мог сообщить Добровольскому, — хранители. Но, полагаю, они не сообщили.
Еще бы!
Но Фирсанов всегда знал, кто я, и когда настал момент — использовал этот козырь. Вопрос в том, к чему он стремился? «Выдать» меня или «заразить» сильнейший клан?
— Мам? Ты знаешь, почему для выполнения условий древнего договора он выбрал меня?
— Медведи заставили, — безразлично пожала плечами мама. — Настояли на том, чтобы это была ты. Мне кажется, их заинтересовала идея Гриши о восстановлении прав истинной наследницы.
Я бы поспорила! Медведи становились фанатичными блюстителями законов, лишь когда это было выгодно им. Истинно звериное коварство, присущее всем оборотням!
— Значит, не ты на этом настояла?
— Я горячо поддержала эту идею. Отношения с белым волком пошли бы тебе на пользу.
— Но речь не шла об Андрее Добровольском? — Я невольно прищурилась.
— Естественно! О подобном варианте развития событий никто и не помышлял. — Мама нервно вздрогнула, вновь вспомнив о первом появлении Добровольского-младшего в нашей семье. — Это же унизительно… для белых. Это прямое признание их прошлых слабостей, их поражения.
— А откуда взялся клан белых волков? — Странно, но я никогда не слышала ответа на этот вопрос.
— Они предпочитают замалчивать собственную историю. Я точно знаю лишь то, что какое-то время, когда во главе их стаи был дед Андрея, они были одним из многих волчьих родов. И обитали далеко, фактически не контактируя с другими родами соплеменников. Но уже тогда было ясно, что время Изначальных уходит. Вот белые и увидели в этом шанс завладеть властью.
— Воспользовались возможностью обвинить Григория Волконского в нарушении волчьих законов? — Я с грустью вспомнила о трагической судьбе старшего брата. Правы были белые!
— Да.
— Но ведь ни одна другая волчья стая не восстала против белого клана? Все приняли их право сильнейших.
— О да! Эти… альбиносы… Они слишком здоровы, слишком сильны. Попытки, конечно, были, но Добровольские очень жестко подавили все протесты. Древний договор был большой ошибкой! Он дал им время восстановить силы, увеличив численность. В итоге белый клан узурпировал власть, одним махом избавившись от потомков Изначальных.
— А ты считаешь, что сейчас все пройдет иначе?
— Сейчас все иначе! Потому что есть ты! Хранители подтвердят твою принадлежность к изначальной семье. А значит, и твое абсолютное право на власть. Волчьи кланы присягнут тебе! Тогда белые очень ловко воспользовались моментом, возникшим хаосом. Альфам других волчьих стай нечего было им противопоставить. И они были разрозненны.
— А сейчас… — едва ли не выдохнула я, поражаясь, насколько большое значение мама придает моей персоне.
— Есть ты. И ты сплотишь вокруг себя волчьи кланы! У них есть законное основание для избавления от власти белых.
— Но разве их управление так плохо? — Все знали ответ на этот вопрос. С эпохой белых волков к нам пришло благоденствие. — Не наивно ли ожидать от меня чего-то лучшего? С моей силой? С моим возрастом? С жизненной неопытностью, наконец.
— Не переживай об этом. Ты не будешь одна. Рядом будем мы — те, кто возвысит тебя и всегда поддержит.
«Похоже на намерение сделать из меня бездумную марионетку!»
— На какие кланы ты рассчитываешь? — спросила прямо.
— Черных волков.
Мне вспомнилась великолепная и уверенная в себе Настя. И чтобы она склонилась предо мной, признав сильнейшей? Не поверю! А вот в возможность за мой счет отомстить Андрею — да!
— Еще?
— Разумеется, стая бурых волков. Фирсанов крепко держал всех в кулаке. И сейчас наши соплеменники недовольны насильственной сменой вожака в стае.
— Кто еще?
Надо выяснить все! И неважно, что от этой информации дрожат колени и холодеет в душе.
— С большой вероятностью твою кандидатуру поддержат и в клане песочных волков. Если увидят одобрение со стороны хранителей.
Тьфу!
— Мама, почему ты не рассказала этого раньше? Зачем убеждала меня добиться защиты Андрея, повязаться с ним?
— Я хотела. Но с момента приезда в наш город Андрей не отпускал тебя от себя до самой экспедиции. А появиться на землях медведей до начала Совета я не могла. И защита Добровольского гарантировала тебе возможность дожить до сегодняшнего дня. Я постоянно боялась, что Дамир пойдет на крайность.
— Дамир? — Мой голос дрогнул, в памяти мгновенно всплыл наш разговор в гостинице.
Андрей тогда меня принудил силой альфы. И я до сих пор злилась на него за этот поступок. Не лучше ли было задуматься над очевидно недружелюбным отношением его отца?..
— Белым легче всего было избавиться от тебя до Совета. Они мастера устраивать несчастные случаи, находить предлоги для обвинений, судить и приводить приговоры в исполнение!
Можно подумать, на их месте кто-то другой действовал бы иначе? Подчиняя себе оборотней, надо обладать незыблемым авторитетом. И на чем он основан — неважно.
— Это просто домыслы? — О бурых я тоже могла сказать многое.
— Нет. Дамир пытался навредить тебе, я знаю точно! Ты не задумывалась, отчего так быстро расправились с Фирсановым и его сыном? До этого терпели, а тут — разом!
— Но ведь он пытался убить нас… — Я растерялась. — Меня же ранили!
— Кто сказал, что виноват Фирсанов?
Вопрос мамы изумил. Я в самом деле никогда не ставила под сомнение слова Андрея. Все, что рассказывал мне он, воспринимала как истину. Неужели зря?
— Не он? — вопрос прозвучал шепотом.
— Не он! В случае с твоим ранением — точно не он. Хотя, полагаю, он знал и был рад способствовать этим планам. Более того — и сам проявлял инициативу. Как в случае с твоей первой охотой со стаей. Я же была лишена возможности тебя предупредить, потому и молила заручиться защитой Добровольского-младшего. Это единственное, что связало руки его отцу! Интересы Андрея он не мог не брать в расчет. Фирсанов — пешка. На его уязвленном самолюбии и откровенной неприязни к тебе лишь сыграли, ловко подсунув Андрея как принявшего на себя обязательства по договору от стаи белых.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
