нам её проверить? — задаю я закономерный вопрос.
К этому разговору мы возвращаемся после отдыха.
— Есть здесь недалеко одно место, — признаётся старик. — Там обитает дикий зверь на этапе Золотого Цилиня. Первая или вторая ступень, насколько мне известно. Он неразумен, но его сила сравнима с текущим ослабленным уровнем Вастая. Схватка с ним станет идеальной возможностью проверить вашу технику.
— Отлично, тогда если что-то пойдёт не так, у нас будет шанс сбежать, — разумно подмечает Каору.
— Ждать вы больше не будете, так что давайте карту, — сразу же переходит к делу старик. — Вы действительно стали сильнее, но будьте осторожны и полагайтесь друг на друга. Техника Слияния Душ очень чувствительная, и малейшие сомнения разрушат ваш баланс.
Мы оставляем проводника в пещере, где проходили последнее испытание, и сами отправляемся в путь. Неутихающий снег уже стал для нас привычным, так что, погрузившись в согревающую технику Каору, общаемся, пока приближаемся к цели.
— Что ты почувствовал в последнем испытании? — спрашивает моя спутница.
— Думаю, то же, что и ты, — я помогаю ей взобраться на крутой склон, а потом продолжаю. — Страхи, слабости — всё выплеснулось на меня словно буря. И я в ней едва не потонул.
— Было тяжело? — сочувственно интересуется она.
— Да, но я справился. Наконец перестал себя винить в том, в чём не виноват. Понятно, что брат должен оберегать сестру, — с лёгкой грустью говорю я. — Однако я не бездействовал, когда она находилась рядом. А за поступки других людей я не могу отвечать.
— Тебе стало легче? — продолжает расспросы девушка.
— Да. Я не просто осознал, но по-настоящему принял, что моя первостепенная задача — спасти тех, кто подвергается угрозе от рук Императора, как некогда моя сестра. Если удастся разрушить его ублюдочные замыслы и спасти детей от смерти, это станет истинной победой над злом и наилучшей памятью для сестры. Отныне я лишь следую зову собственного сердца, а оно велит не допускать впредь подобных трагедий
Каору тоже делится со мной своими переживаниями. Она рассказывает, через что ей пришлось пройти. В наших чувствах и выводах мы едины. Лин и Диань не заслуживали смерти, как и многие другие, ставшие жертвами секты, Императора и несправедливости, наполняющей нашу Империю. Зло нужно покарать. Спасти тех, кого можем.
Поиски логова зверя занимают немного времени. Чудовищная пульсирующая аура настолько сильна, что покрывает большую площадь и служит хорошим ориентиром. Я ощущаю в ней что-то злое. Видимо, влияние демона затронуло и духовного зверя.
Когда мы подбираемся близко, горы содрогаются. Источник этой силы таится в окутанном сумраком ущелье. Из глубин ущелья на нас двигается опасный враг. Узкий заледеневший проход обрушивается. Осколки пород и глыбы льда разлетаются, словно пушинки.
В образовавшемся проёме за падающим снегом сверкают два больших рубина. Чудовище издаёт ужасающий вой.
И, расширив проём ещё больше, бросается на нас.
Глава 24
Угроза надвигается на нас быстрее ветра. Два сверкающих кровавых рубина источают первобытную ярость. Массивный силуэт, размытый словно туман, приближается подобно буре, готовой поглотить всё на своём пути.
Мы с Каору понимаем друг друга без слов. Наши ауры разливаются, переплетаясь в единый пульсирующий поток. Время растягивается, ход его замедляется, пока не активируется наша сокровенная техника — Слияние Душ.
В этот миг приближающаяся угроза становится кристально чёткой. Чудовищный исполинский волк, чья шерсть подобна грозовым тучам, словно погружается в густую вязкую субстанцию. Его прыжок, наверняка стремительный и неумолимый, сейчас кажется до странности медлительным. Громадная пасть раскрывается, обнажая частокол острых как бритва зубов, каждый размером с добрый клинок.
Потоки нашей духовной энергии образуют гармоничный узор. Я ощущаю, как ядро силы в груди разрастается, наполняясь невероятной мощью. Это ощущение перетекает от меня к Каору и обратно. Чувствую и её силу. Мы словно чаши весов, поймавшие идеальный баланс. Теперь мы равны и едины. Внутренние каналы на время расширяются, позволяя Ки течь ещё свободнее.
Время возвращает свой бег, неуклонно минуя момент активации чудовищной техники. Две мощные ауры встречают древнее первобытное чудище. Однако его это не пугает, скорее наоборот. Зверь вклинивается между нами, заставив отпрыгнуть в стороны.
Мы с Каору переглядываемся, и в этом коротком взгляде — целая вселенная смыслов. Это не просто зрительный контакт — это общая мысль, единый порыв, сопряжение духа и помыслов. Мы атакуем одновременно, так слаженно, будто всю жизнь только этим и занимались.
Массивные острые корни, напитанные возросшей и более концентрированной Ки, толщиной со стволы деревьев, вырываются и закручиваются вокруг волка. В этот момент Каору вскидывает руки, выплёскивая конусом пламя. Огромный неудержимый вал обрушивается на зверя.
Моя сила сплетается с её огнём, порождая нечто совершенно новое и неодолимое. Пылающие Оплетающие Побеги обвивают монстра со всех сторон. Каждое прикосновение оставляет на шкуре тлеющие раны. Жар столь силён, что плавится даже камень, а воздух искажается и дрожит. Однако древне чудовище не желает сдаваться так просто…
В ответ он вздыбливает загривок. От его шерсти расползается тёмно-фиолетовая дымка. Всего удар сердца пролетел, а моя техника скрыла хищника целиком. Корни настолько сильны, что практически подавляют его ауру. Она еле чувствуется где-то внутри.
Тем временем огонь окутывает дерево, но не наносит ему урона, а пропитывает, превращая в пылающие путы. Обжигающее дерево скручивается вокруг зверя, уплотняясь и перетекая будто магма.
— Он ещё жив? — кричит Каору сквозь падающий снег, рывком двигаясь в мою сторону.
От жара нашей совместной техники в воздух образуется большое количество пара. Чем ближе мы находимся, тем сильнее наша связь. Волк словно чувствует это и сразу же пытается нас разделить.
— Жив и ему не нравится наш радушный приём, — бросаю я.
А сам направляю руками корни, пока Каору продолжает вливать в них стихию огня.
Сопротивление зверя растёт, достигая невиданных пределов. Из-под пламенного растительного покрова вырывается едкая фиолетовая дымка, словно ядовитое дыхание самой преисподней. Волк бьётся изнутри о стенки своей тюрьмы, каждый удар сотрясает землю под нашими ногами. Шаг за шагом он отвоёвывает себе пространство, невзирая на раны и боль.
Наша техника пожирает чудовищное количество Ки, но всё ещё не может нанести ему по-настоящему серьёзный урон. Переглянувшись, мы синхронно прерываем её и стремительно смещаемся в стороны, за миг до того, как горящие путы разлетаются в клочья. Я отзываю свою технику полностью, и растения мгновенно рассыпаются трухой.
Волк вздыбливает загривок, окинув нас хищным яростным взглядом. Тёмно-фиолетовая дымка закручивается вокруг него подобием маленькой бури. Часть первобытной дикой энергии сбивается в тучи, по которым пробегают искрящиеся молнии.
Буря начинает быстро расширяться, и хищник
