мне оставалось только глубоко дышать.
– Ты приготовил сюрприз? Мы едем на турбазу?
Она захлопала в ладоши, как-то ненатурально выражая эмоции. Наигранно. Может она и раньше так себя вела, только я не замечал? И слезы были выдуманные, и стоны подо мной имитированы.
Я с трудом сдерживал себя, чтобы не начать разговор в машине на ходу. Внутри все бурлило, трещало по швам. Хотелось схватить ее за шиворот и вытрясти из нее душу!
За городом отъехал километров на двадцать, свернул на боковую проселочную дорогу, и там у лесополосы остановился.
– Выходи.
– Зачем?
Вид Вари был испуганный. Вот испуг реальный. Зрачки расширились, губы задрожали, сама побледнела.
– Выходи, говорю. Нам нужно кое-что прояснить. Лучше на свежем воздухе.
– Сначала ты выйди, – с вызовом заговорила она.
Я вышел, дождался ее и закрыл машину на сигнализацию. Достал из кармана сигареты и прикурил, разглядывая Варю сквозь дым.
– Зачем все это, Виталь? Ты злишься, потому что я одну ночь не вернулась домой? Да я клянусь тебе, что уснула у девчонок! Так устала, что вырубилась мертвым сном!..
Ее оправдания до меня не долетали. Я прислушался к себе и понял, что не ревную. Варька снова могла врать и даже не спать всю ночь, перетрахав всех парней в общежитии, во мне не встрепенулся ни один червячок ревности. Полная пустота по отношению к ней.
А если бы так поступила Настя?
Внутри тут же заклокотал гнев. Уже не такой праведный, потому что я сам лоханулся и потерял Настю. Сам фактически отдал ее в руки Лехи…
А может, это был заговор? Может, Леха специально подсунул мне Варьку, чтобы забрать Настю? Ведь не просто так он таскался с моей женой по утренним пробкам к черту на кулички, возился с ее рухлядью, полностью все внутри поменяв. Машина из автосалона, и то проигрывала перед Настиным драндулетом после ремонта.
– Я все знаю про ребенка, – начал я с главного.
– О каком ребе… А, ты про нашего малыша…
– Прекрати! Я знаю, что его не было.
Варя на секунду застыла. Тут же губы у нее задрожали, на глаза набежали слезы, и она снова стала топить меня во вранье:
– Не знаю, кто на меня наговорил, но… А! Я знаю, опять Наська? Ей наше счастье покоя не дает?
– Заткнись! Ты ничего не знаешь о Насте. Ты ногтя на ее мизинце не стоишь! – вспылил, сильно затягиваясь дымом от сигареты. В груди жгло.
– Виталь, – заскулила Варька, – не кричи. Я все-все объясню!
– Попробуй, – сквозь зубы процедил я.
– Просто… Я думала, что беременна, понимаешь? Меня тошнило, кружилась голова. И я сделала тесты! Ты же сам видел!
Я кивнул. Именно тестам я и поверил. А как не поверить, их было пять штук, и все как один положительные.
– Виталечка, я была уверена, что жду ребенка!
Варя медленно подошла ко мне и обняла, заглядывая в глаза. И вроде все сходилось, но внутри все переворачивалось от наглого обмана. Я ей не верил. Просто не верил. А если доверия нет, наши отношения однажды сойдут на нет. Вопрос времени.
– Я же люблю тебя. Я хотела, чтобы мы были вместе и растили нашего ребеночка…
Что-то не сходилось.
– Когда пошла кровь, я так испугалась! В душе я его потеряла, понимаешь? Я же верила, что ношу твоего малыша под сердцем!
Варя зарыдала, а я провел в уме нехитрые подсчеты.
– Она сказала, что твой цикл в норме.
– Кто? – сразу отреагировала Варя. Слезы по-прежнему стояли в глазах, но выражение в них было далеко не печальное. – Наська?
В ее голосе звучала неприкрытая злость. Я взял ее за плечи и встряхнул:
– Врач. Врач в больнице, к которой мы тебя возили, сказала, что у тебя все по графику. А значит, это не первые месячные! Почему ты мне не сказала?
– Сука она! Специально так выставила! Она подставить меня хотела!
– Прекрати. Мне. Врать!
Я еле выдавил слова сквозь стиснутые губы. Злость просто затапливала. Теперь понимал, как люди в состоянии аффекта совершают убийства. Я тряс Варьку как тряпичную куклу, не в состоянии остановиться.
– Ты влезла в мою семью. Ты вертела пиздой перед моим носом. Ты развела меня с женой. Обманом женила на себе! Сука!
Рука сама поднялась и наотмашь ударила Варьку по щеке.
Та вскрикнула и упала мне под ноги. Хотелось ударить ее посильнее, но остатки благоразумия еще оставались.
– Ненавижу, тварь, – процедил я, пытаясь отдышаться.
– Виталечка, не надо, – рыдала она, даже не пытаясь подняться на ноги. Размазывала слезы по лицу. – Я люблю тебя. Всегда буду любить. Я рожу тебе самого лучшего ребенка на свете! Я здоровая, а твоя Наська дефектная. Она даже забеременеть не может.
Я нагнулся, схватил ее за волосы, чтобы смотреть этой лживой суке в глаза. Варя ойкнула, но я сильнее стиснул и угрожающе прошипел:
– Не смей своим грязным языком пачкать ее имя!
– Прости, прости, я больше не буду… Не уходи, Виталя, я люблю тебя!..
Варька выла, пока я отошел от нее и от машины и закурил новую сигарету.
С каждой затяжкой становилось все тяжелее и тяжелее. В голове не укладывалось, как я мог променять Настю на эту безмозглую куклу. Так легко клюнул на шантаж! Сейчас, оглядываясь назад, понимал, что должен был бывшую носить на руках, целовать ей не только руки, но и землю, по которой она ходила. Настя та, ради которой переворачивают мир с ног на голову, горы сворачивают, моря разводят в разные стороны.
Может, я просто недостоин Насти?
Но я готов раскаяться. Вот только…
Простит ли она меня?
Километров пять я заставил бежать, потом плестись Варьку за машиной. Затем остановился на обочине, дождался, когда она, зареванная, дойдет и сядет внутрь. Дышала тяжело, волосы слиплись, но жалости совсем не вызывала.
– Я хочу, чтобы ты поняла, я тебя не люблю. И враньем мою любовь не получить.
Варька только всхлипывала, но молчала. И хорошо, что молчала, одно неверное слово, и я бы закопал ее.
– Если будешь врать, мы разведемся так же быстро, как и поженились. Поняла?
– Почему ты меня не любишь?
– Потому что ты врешь.
– Но я же лучше нее!
– Докажи.
Варя шмыгнула носом:
– Докажу! – и полезла мне в штаны.
Я от неожиданности вильнул рулем и чуть не улетел в кювет. Наорал на нее, так что она сжалась и снова зарыдала. Ее слезы еще больше злили.
– Мне в хуй не упиралось твое блядство! Любят не за это, пойми!
– А за что тогда? Что я должна делать?
