Как только она переступила полосу леса, мир, казалось, успокоился, за исключением звука ее дыхания и случайного шелеста ветра. Ветерок пах соснами, жимолостью и грязью. Солнечные лучи пробивались сквозь щели в балдахине над ней. Эти блики мерцали падающими, трепещущими листьями и мелкими насекомыми, но они становились все реже и реже по мере того, как она продвигалась в более глубокие и густые заросли листьев и сплетения ветвей.
Этот лес явно был очень старым. Воздух казался тяжелым, словно веками собирал пыль и воспоминания. Ее попытки увидеть вершины этих вековых деревьев оставляли у нее головокружение и черные круги перед глазами. Это дезориентировало, но она не могла не смотреть на эти завораживающие высоты. Она двигалась словно в каком-то трансе, ее глаза устремились вверх.
Когда она, наконец, опустила взгляд и еще раз посмотрела на мир ближе к земле, она поняла, что не узнает свое окружение. Она не могла сказать, в каком направлении пошла, и не могла вспомнить, откуда она шла. И куда бы она ни смотрела, не было никаких признаков мерцающих костров или дыма от их лагеря.
Потерялась.
Она потерялась.
Как и во всех рассказах. Любящий шалости дух Тумана привел ее в свой лес, и она была достаточно глупа, чтобы последовать за ним, достаточно глупа, чтобы поверить, что он лично хочет ее внимания. Она стиснула зубы, злясь на себя.
— Ты пригласил меня войти, — крикнула она в тяжелой тишине. — А теперь покажись!
Она не ждала ответа. И не получила. Со вздохом она вытащила нож из сапога и начала отмечать деревья, мимо которых проходила, выискивая тропинку, которая казалась ей знакомой.
Затем она услышала тихие шаги, шорох отодвигаемых в сторону ветвей и листьев…
Она обернулась, и те деревья, которые она отметила, исчезли, оставив только открытую, усыпанную листвой тропу на том месте, где они когда-то стояли, — яркую, манящую тропинку с лагерем в конце.
— О, это очень умно, — пробормотала она. — Но, боюсь, я не настолько глупа, чтобы идти по этому пути.
Быстрый ветер качал листья, неся с собой мерцающий высокий звук.
Это звучало почти как смех.
Возможно, это должно было напугать ее. И все же в этом было что-то почти… знакомое. Что-то, что заставляло ее чувствовать, будто она уже была здесь раньше и как будто слышала этот смех во время своего последнего визита — может быть, во сне.
— Выходи, — позвала она, на этот раз мягче.
И на этот раз ее команда не осталась без ответа; то самое существо, которое она видела на краю лагеря, выскользнуло из-за корявого серого ствола. Оно шагнуло в полоску пятнистого солнечного света, с любопытством наклонив голову.
Это заставило ее подумать о тени, когда она впервые заметила ее — то, как ее тело двигалось, и казалось, перемещалось и расползалось, падая на деревья и скалы, — но во всплеске солнечного света оно было не таким темным. Оно было скорее нежно-голубым, чем призрачно-черным, и все же двигался скорее как тень, нежели плотное тело. Или скорее… туман.
Пока она смотрела, он полностью превратился в туман и несколько секунд крутился в воздухе, прежде чем обернуться вокруг толстой ветки дерева и преобразоваться в тело с головой оленя, но в остальном похожее на человеческое.
О.
— Ты действительно Кири, не так ли? — осознание заставило ее задыхаться от шепота. Даже сейчас это казалось безумием, но она не могла отрицать улики прямо перед ней.
Эти горящие шары на мгновение исчезли, словно низший дух закрыл глаза, обдумывая свой следующий шаг. Он снова исчез — только для того, чтобы снова появиться на лесной подстилке и броситься к ней, передвигаясь с помощью своих долговязых рук и ног. Он резко остановился почти прямо перед Кас и выгнулся во весь рост, возвышаясь на несколько футов над ней.
Она стояла на своем, хотя сердце ее бешено колотилось в груди.
Так близко кружащийся туман, окутывающий его тело, казался более плотным. Дух пах дождем и гниющим деревом. Воздух вокруг него быстро стал еще тяжелее, влажнее, и в нем мягко заурчала возможность магии.
Кас глубоко вздохнул.
— Больше никаких трюков. Просто скажи мне: ты Кири, не так ли?
Существо сделало шаг назад и склонило голову.
Вдалеке она услышала, как Тара зовет ее.
— Я… я должна вернуться, — сказала она духу, прежде чем повернуться на крик Тары. Но так как этот дух, казалось, слушал ее, по какой-то причине, она добавила:
— Сделай мне одолжение и позволь нам пройти завтра утром, ладно? Никаких трюков. Не замедляй нас.
Она оглянулась через плечо, решив зафиксировать властный взгляд в его странных светящихся глазах.
Низший дух снова исчез.
В солнечном свете лишь немного клубился туман. Через мгновение исчезло и это.
Но потом снова появились те деревья, которые она пометила своим ножом. И когда она шагнула к ним, чувство покоя охватило ее, и она поняла… лагерь был справа. Он был только впереди. Она была в этом уверена; она больше не плутала.
На самом деле, она чувствовала себя так, будто никогда и не терялась.
Она шла легче, чем входила. Гораздо легче. Она подошла к группе у костра, и несколько голов повернулись в ее сторону, на их лицах смешались удивление и замешательство.
Эландер теперь был среди этой группы. И ей показалось, что она увидела что-то вроде облегчения на его лице, когда он повернулся и увидел ее — хотя оно быстро сменилось яростью, когда он пошел к ней навстречу.
— Что ты там делала? — спросил он.
Она сбросила нарастающее напряжение с плеч и попыталась удержаться.
И ее голос был спокоен.
— Я что-то видела, и…
— Ты что-то видела? И ты подумала, что было бы неплохо последовать за этим в тот лес, где, вероятно, прячутся всевозможные монстры и бандиты?
— Я не столкнулась ни с чем из этого, так что…
— Мне казалось, я ясно дал понять, что ты должна слушать отданные тебе приказы. Разве не так?
