Читаем без скачивания Тринадцатое чувство - Женя Виненко

От мысли, что жизнь закончится не из-за того, что мозг разжижил ПФЖ, Лина широко улыбнулась. Она перевела взгляд на спасителя, и готова была поклясться, что он взаимный. Ей мерещилось: сейчас незнакомец бросит ее тело, как ненужный балласт, и попытается спастись единолично. Но тот, заметив раны агента и, расценив улыбку за предсмертное безумие, напротив прижал ее к себе еще крепче. Свободной рукой он протаранил снежный пласт под ногами и уцепился за землю как якорь.

‒ Я тоже хочу такой костюмчик, ‒ пронеслась глупость в голове Лины. Странно, ей бы бояться, но она еще никогда не ощущала себя более спокойной, чем сейчас.

Барракуда едва удерживал оба тела, но упорно не отпускал Дубравину, стискивая в объятьях все сильней. Они болтались в воздухе, как два тонких листочка на осеннем ветру. Понемногу рука мужчины стала выскальзывать из спасительного захвата. Он что-то кричал, но агент не слышала ни звука. Зато видела россыпь огоньков, что быстро собирались вокруг них в единое свечение, образуя невидимый купол. Оба молодых человека с грохотом рухнули на снег. Они находились в безопасности.

С трепетным благоговением девушка наблюдала, как мимо пролетают предметы, собираясь в огромный ком. Когда все, до последней мелочи оказалось в куче, последовала еще одна звуковая волна, на сей раз от центра. Сильнейший ветер, поднимая и снег, и землю с камнями, понесся в обратную сторону. Действие продолжалось не дольше десяти секунд. Затем наступила тишина. На поляне кроме двух человек ничего не осталось, ‒ только первозданная красота, словно МЭС никогда не существовала.

Огоньки, что их оберегали, взметнулись вверх и испарились. Веки Лины, отныне не подчиняясь хозяйке, медленно закрылись.

***

Кто-то громко звал и тряс агента за плечи. Возвращаться не хотелось: спокойствие и умиротворение окутали сознание. Но пришлось. Дубравина распахнула глаза и различила перед собой маску незнакомца. Она резко отпрянула, поняв, что лежит у него на коленях. Странно, но ни то, что раны не болели, ‒ не ныли кости от ударов, ни саднили синяки. Лина ощупала себя: стекла из тела больше не торчали, кровь не хлестала, слух и голос остались на месте. Выходит, серьезные раны оказались не смертельными, а паразит не таким уж опасным. Чувствовала она себя превосходно.

‒ Слушай внимательно, ‒ прервал Барракуда ее исследования. ‒ Чтобы сберечь твою задницу, мне пришлось вернуться. Это уже второй раз, когда я спасаю тебе жизнь, ‒ он сделал паузу, ожидая услышать слова благодарности, но в ответ получил тишину. ‒ Плевать, ‒ отмахнулся незнакомец, хватая девушку за руку. ‒ У нас всего несколько часов, прежде чем к тебе вернется нестерпимая боль, ‒ услышала агент неприятное предостережение. ‒ Если не хочешь откинуться от болевого шока, поторопись.

‒ Чем ты меня накачал? ‒ сердито буркнула Дубравина, не пытаясь сопротивляться. Слишком занимали вопросы и мысли.

‒ Дикой смесью, о составе которой лучше не спрашивать.

‒ Почему?

‒ Потому что я сам не в курсе.

‒ Это что-то вроде «атомного коктейля» «Вертикали»?

‒ Без понятия.

‒ Что за ерунда только что произошла? Куда все исчезло?

‒ Это территория вулканов. Обычный взрыв мог запустить цепочку неконтролируемых катаклизмов. То, что ты наблюдала, называется «реституционная[2] дыра»: природе вернули первозданный вид без лишнего вреда. Принцип «дыры» будет понятен разве что Григорию Перельману[3], так что распинаться перед тобой не стану.

‒ Кто ты такой, черт подери?! На кого работаешь? Откуда у вас фантасмагорические[4] технологии? Кого с помощью ПФЖ хотят найти биотеррористы и кто они такие? Почему, ты пытаешь убить меня, а потом спасаешь?

‒ Нам некогда удовлетворять твое любопытство, ‒ Барракуда потащил Лину в неизвестном направлении. ‒ Игра не окончена, ‒ потом вдруг застопорился. ‒ Когда это я пытался тебя убить, неблагодарная?

‒ В нашу первую встречу. Ты душил моего напарника.

‒ Да, Мирного, не тебя. Я бы и сейчас с удовольствием прикончил говнюка, ‒ с маниакальным садизмом закончил незнакомец и снова схватил Дубравину за рукав.

‒ Никуда я с тобой не пойду! ‒ воспротивилась девушка и уперлась ногами.

Не сильно помогло. Мощности в экзоскелете хватало, чтобы с легкостью волочь ее по земле.

‒ У тебя нет выбора. Раз ввязалась, закончим миссию вместе. Извержение Безымянного ‒ эксперимент. Теперь «они» перейдут к основной фазе. Шивелуч вот-вот начнет изрыгать пепел.

‒ Да какой от меня прок? ‒ взбесилась агент, тщетно пытаясь разжать железную хватку. ‒ Я скоро превращусь в зомби.

‒ Что?!

Парадоксально, но аргумент подействовал. Мужчина остановился как вкопанный. Лина точно знала ‒ он с недоумением смотрит на нее.

‒ Я заразилась, болван! ‒ закричала она, наконец освобождая руку, и потирая синяк на кисти. ‒ Меня тупой обозвал, а сам не догадался. С чего я, по-твоему, такая дерзкая и сдохнуть тороплюсь? ‒ разошлась Дубравина, размахивая руками и топая ногами. ‒ Или просто так без шлема бегаю? Потому что бесстрашная? Мой костюм поврежден, я совершенно бесполезна. Скоро ПФЖ сожрет мой мозг, я начну атаковать все живое и превращусь в пепел.

‒ ПФЖ, ‒ расхохотался названию Барракуда, но на заметку взял. ‒ Твои опасения беспочвенны. Ты не умрешь, ‒ уверенно заявил он и поволок девушку к небольшому ущелью. Там спаситель спрятал снегоход, который, находился достаточно далеко, чтобы его не затянуло в водоворот.

‒ Ты что, идиот? Не замечаешь очевидных фактов? Я ‒ зомби! ‒ истерически заверещала агент, брыкаясь изо всех сил.

‒ Ты не можешь заразиться, ‒ категорично заявил мужчина, не обращая внимания на ее истерику.

‒ Посмотри на мои глаза, кусок дерьма!

‒ Сама посмотри!

Незнакомец психанул, с силой дернул Лину на себя и опустил голову до ее уровня. Его маска, как по мановению волшебной палочки, стала отражать предметы. Дубравина самодовольно хмыкнула, собираясь возмутиться, но на свое отражение все-таки взглянула, из любопытства. Ничего. Никакие черные линии ее глазные яблоки не испещряли. Для уверенности она всмотрелась еще раз. Затем с пониманием округлила глаза и выпалила:

‒ Да ты специально это делаешь. Зеркало, ага. Небось, какая-то компьютерная голограмма. Я видела, на что способен твой костюм.

Мужчина смачно выругался, активно жестикулируя и часто переходя на другой язык, причем ни один.

‒ Болезнь развивается в течение двадцати четырех часов, никак иначе, ‒ сдерживая агрессию, но все равно вставляя матные словечки, пояснил он. ‒ Ни дальность от источника заражения, ни