ушел обратно, не забыв похлопать по плечу.
— Наверное, важный человек господин Габен.
— Полезный. Старший писарь, через него можно о налогах договориться, редкие товары со скидкой закупить и всякое разное.
— А сиротами у него кто выступает?
— Ты нас совсем за нелюдь не считай, бродяга. Приют у нас рядом с портом. Оттуда юнг набирают. Рыбу на лед, завтра с утра на рынке аукцион устроят. Деньги вырученные детям уйдут.
Блин. Если он говорит правду, то Конфа чуть-чуть лучше родного дома. У нас до приюта обычно ничего не доходит.
— Извини. Слишком редко я вижу, чтобы люди не паскудились, а о слабых заботились.
— Бывает… Пойдем, перекусим, чай попьем. И я потом домой пойду, когда стража сменяться будет.
— Неужели шалят вечерами?
— Крайне редко. Душегубов давно повывели. Но к вечеру ближе матросы начнут праздновать, поэтому запросто можно в ближайших кварталах на оплеуху нарваться. А меня — дома ждут.
После чая я услышала окончание истории. И особо порадовать Идуда меня ничем не смог.
— На север пойдешь, там будут холмы. За час можно добраться. Между них — старая якорная стоянка. Теперь там никого не бывает, даже пирс разобрали. На берегу ветром промоину сделало. Не пещера, а так, камень сбоку выкрошило, вроде козырька получилось. У меня был уговор. Если люди захотят с хранителем поговорить, я там две вертикальных черты оставлю. Если мне что-то не понравится — то крест. Я крест выцарапал. И потом еще каждый третий день месяца заходил, как договаривались. Но больше незнакомку не видел.
— Ты сообщил, что сделка сорвалась. Хранитель наверняка сигнал заметила и решила больше здесь не мелькать. Вдруг хвост за собой притащил. Понятно. Можешь ее описать подробнее?
Увы, как не морщил лоб, деталей вспомнить не смог. Носила молодая женщина полупрозрачную чадру, за которым лицо особо не разглядишь. Остальное — бледная, глаза узкие, волосы черные, прибранные под цветной платок. Одежда явно с местных рядов, в Городе многие похоже одеваются. Никаких украшений или отметин. Пустышка, одним словом.
— Спасибо, Идуда. Если не трудно, подскажи, с кем из родных в Песках связаться можно. Может, они что видели или знают? Ведь тебя именно туда послали с весточкой…
Стражу ждать не стала, до «Абордажника» добралась самостоятельно. Похоже, успела самый разгар веселья в припортовых кварталах проскочить. Пьяные песни уже было слышно, но по улицам толпы бравых ребят не рассекали. Заодно оценила, насколько мне повезло с выбранным местом проживания. Тихо, спокойно. Горожане по делам идут. Пары семейные с детьми куда-то спешат. Идиллия.
Прогремела сапогами по полированным полам, остановилась у стойки.
— Господин Тьерри. Можно мне четвертинку вот этой замечательной рыбки приготовить на ужин? Остальное — вам. В качестве оплаты.
— Добрый вечер, мадам. Вас можно поздравить с уловом?
— Скорее, с удачным возвращением домой. Не думаю, что захочу снова так развлекаться. Очень ощущения необычные.
— Видели Морского Змея?
— Издали. Подгребли бы поближе, наверняка бы наподдал от души. Сильно его ваши пушкари обидели.
— О, это мелочи. Вот когда шторм держится неделю, под конец твари сатанеют и часто лезут напролом. Тогда из арсенала половину зарядов выгребают и грохот стоит непрерывный…
— Спасибо за бестиарий. Но крокодилов там нет, к сожалению.
Консьерж как раз передал рыбу подбежавшему мальчишке и удивился:
— Крокодилы? Это же морские создания, рядом с Городом почти не бывают.
— Да. Только я могла ему спинку почесать, когда он по речке мимо по своим делам выгребал… Еще Пожирателей видела. Тоже — внушают.
Не поверил. Изобразил покерфейс, а в глазах легкая усмешка. Мне даже обидно стало.
— Зря вы так, господин Тьерри. Мне нет резона врать. Наниматель всю плешь проел. Я зубастому две рыбы подарила. И умотали обратно как можно быстрее, там целая семейка рядом суетилась.
— Он стоял рядом с вами и не тронул⁈
— Мы его сетью заарканили. Случайно. Я выпутала, извинилась, вручила рыбу в качестве компенсации и попросила домой топать. Вроде никто не преследовал потом. Я ни одного плавника не видела, хотя постоянно за спину оглядывалась.
Насмешка в глазах исчезла.
— Мадам Маррэ, вы на удивление удачливый бродяга. Пожиратели держат в страхах северные архипелаги. Устраивают набеги, уничтожают фактории. Говорят, у тварей где-то поблизости подводные деревни, таким образом защищают территорию. Чтобы они столкнулись с человеком лицом к лицу и не тронули — это невероятная редкость. Ну и появляются у нас тоже раз в год от силы.
— Значит, мне в самом деле повезло. Полюбовалась зеленой мордой и жива осталась… Все. Пойду купаться, стираться и разбирать вещи. Когда можно будет на ужин?
— Через час все будет готово. Ужин сегодня за счет заведения. Хозяин очень любит танни в сметанном соусе. Но купить получается крайне редко. Разбирают на аукционах.
— Передайте от меня ему приятного аппетита.
— Обязательно…
Все. Теперь можно чистить перышки, менять морскую одежду на более привычную и жевать. Жор пока не напал, но я уже ощущаю, что изрядно проголодалась. Слона не съем, но поднадкусаю.
* * *
Утром раздумывала — если я прогуляюсь и посмотрю на ту самую заводь, много времени потрачу? Потому что пока кроме смутного желания еще в Пустынный Город заглянуть — по нолям. Я уперлась в тупик. И сколько бы не крутила в голове крохотную горсть фактов, ничего полезного вымучать не получалось. Единственное, что смог наскрести Идуда, так это фразу, которую обронила Хранитель: «Все дороги не ведут в Рим. Они оттуда начинаются». К чему бы это?
Но только я сделала первый глоток сладкого и терпкого какао, как напротив уселась седая женщина с косым шрамом на левом виске. Етить-колотить! Да это же Цапля. Один из старожилов, успевшая выцарапать из властей бронь от любых припашек. Не помню только, кому так повезло? Или венграм, или пшекам. Теперь импозантная дама таскает с собой как минимум двух мулов, нагружая местной химией под маковку. Еще помню, что на Конфе тоже неплохо развернулась и в Джунглях у нее вроде как целая вилла выкуплена. Интересно, какого демона ей понадобилось?
— Какого хрена ты сюда заявилась, проклятая? Местный Город — моя поляна. Я здесь народ насчет жемчуга окучиваю.
— Сдался мне твой жемчуг. И ты тоже ни в буй не нужна. К друзьям заглянула, после обеда дальше уйду.
— Я тебе не верю. И у меня подозрение, что спокойная жизнь у моря закончилась.
