внимание не обращает. Идущий на встречу парусник даже левее взял, чтобы подальше разойтись. Я столпившимся у фальшборта матросам ручкой помахала. Те осторожно ответили. Наверное, не каждый день мимо них спятившую тетку с почетным эскортом возят на прогулку.
Через полчаса решила, что проголодалась. У меня вроде как обед. Порылась в «кармашке», достала закупленное утром в таверне. Разложила перед собой. Попробовала кусочек вяленого мяса, угостила вождя. Очень уж он выразительно принюхивался. Рыбку тоже пожевал, но без особого интереса. Наверняка сырую предпочитает. Сыр его удивил, как и соленый творог. Сласти сгрыз, только что не урчал от удовольствия. На пару мы почти все припасы в дорогу слопали. Остатки я передвинула назад — чтобы младший командный состав слюной не подавился. Теперь можно и подремать между делом. Вокруг вода, даже чайки давно в небе пропали. Куда гребем — без понятия. Анекдоты рассказывать — вряд ли поймут. А еще я вроде как уставшая. Утром меня убивали, потом марш-бросок до бухточки. Самое время перевести дыхание.
* * *
Растолкали примерно через полчаса. Продрала глаза, оглянулась. Картина не изменилась. Сине-зеленая гладь вокруг, солнышко светит, редкие пушистые облачка в зените. Кит дрейфует, даже ластами не шевелит. Жабы почти все в воду занырнули, только вождь и один из помощников рядом со мной.
— Ы! Ы-ха, ы-ха! Ы-га-га-га!
Просыпайся, подруга. От тебя что-то хотят.
— Мужик, объяснить как-нибудь понятнее можешь? Ну, не знаю. Картинку нарисуй. Или лапами изобрази…
Не получается. И так он морду скалит, и эдак. Не врубаюсь. Наконец молодой сообразил, фыркнул и бултыхнулся в море. Старик сел рядом, ждем на пару. Я заодно присмотрелась и вроде бы даже что-то там в темном мареве на глубине замаячило. Отмель тут, что ли? Если так — явно в деревню прикатили. Но в дом не зовут — я там на пути до дна успею лапки склеить.
Через пять минут передо мной из водорослей и палочек соорудили нечто… Дом? Не, крыши нет, одни «пики» торчат. Хотя, вот на них сверху попытались комочки приладить. Блин, да это же остров! Точно — вот это земля, вот водичкой рядом поливают, типа прибоя. А это — пальмы. И что?
— Ы!.. — подключился старший. Глаза зажмурил, лапой тыкает в «икебану», затем вокруг себя широким жестом изображает. Что он хочет? Чтобы я нашла ему землю обетованную?.. Вряд ли…
Еще минут пять мы как три дурные обезьяны друг перед другом пантомимы корчили. Под конец я устала, но в голове щелкнуло: о ходоках местные говорят странное. Чем больше нас по тем или иным закоулкам Конфы ходит, тем вроде местность более стабильная. И новых кусочков спятившего мира добавляется. Может, Пожиратель думает, я ему тут слеплю из дерьма и палок дачный поселок? Не уверена, что это так работает. Но почему бы не попробовать. Терять-то мне все равно нечего.
— Все, заткнулись все. Чапай думать будет…
Села по-турецки, ноги под себя подтянула. Спину ровно, панаму на нос сдвинула. Постаралась от возможных внешних раздражителей отгородиться. Не совсем получилось, но жабы-переростки затихли. Зато ветерок приятный, солью пахнет. Мелкие волны плещут о лоснящийся черный бок кита. Глаза закрыла, пытаюсь не заснуть. Так — полудрема, когда на все пофиг, но ты еще не храпишь назло окружающим.
Остров. На каком бы острове я хотела отдохнуть? Так, чтобы в самом деле — любые проблемы за бортом. Широкая полоса белоснежного песка. Травка-муравка. И пальмы. Точно, много пальм! Целая роща. Чтобы листья широкие, гроздья кокосов над головой, в отдалении чайки мелочь на отмели высматривают. А еще — кусты. Высокие, мне по макушку. На кустах — ягоды. Большие. Не с мой кулак, но все равно — просто огромные. Я и даже ощущаю, какие они вкусные, с легкой кислинкой. Чтобы лопались во рту и сок глотаешь, утоляя жажду. И ветерок…
Открыла глаза. Посмотрела прямо перед собой и, заорав от неожиданности, кувыркнулась со спины.
Потому что там, где только что бесконечная вода до горизонта — возвышался остров. С холмом с правой стороны и крохотным водопадом, зелеными зарослями и пальмовым лесом.
Простите меня, жаболюди, я не хотела. Оно само…
Сначала я долго материлась и, только облегчив душу, разрешила вытащить обратно на «плавсредство». Там стащила мокрую одежду, выжала, разложила позади рюкзака. Панаму отряхнула, опять нахлобучила. Продемонстрировала кулак помощнику вождя, для старшего бугра лупоглазого приложила палец к губам. Заткнулись все. Я еще не закончила. Меня вставило конкретно, я должна попробовать еще разок. Чтобы отловить текущую крышу и признать, что все это не мираж. Это просто Конфа чудит.
Значит, пристроились на место, глазки зажмурили, попробовали расслабиться. Слева кто-то бубнить пытается, долетает отчетливый звук оплеухи. Теперь кулак демонстрирую вождю. Не открывая глаз. Вроде затихли.
Что еще может не хватать ластоногим? Ради чего они к Городу приплывают? Скорее всего — прут за танни. Жрать хочется, вот и мигрируют вслед за косяками. Может, сюда Змея присобачить? Жабы станут ловить рыбу, рыба будет обгладывать хвост гигантской твари, а Змей станет хомячить зеленых аборигенов. Замкнутый круг, но не все будут довольны.
Поэтому урежем осетра, как говорится. И просто добавим рыбы. Чтобы не приходилось ходить в походы на другой край моря. Что там для богатых косяков нужно? Криль какой-нибудь и планктон? К черту. Я в этом ничего не понимаю. Кроме того, у меня же есть палочка-выручалочка. Если в правильном месте, да с хорошей мотивацей скажу «хочу», то дальше там получится нужная картинка. И то, каким образом задник палками подпирают — не мои проблемы.
Рыба. Много рыбы. Вкусной, большой, гуляющей вокруг острова. Не — островов! Я же не видела, а там за холмиком обязательно еще несколько, поменьше. Тоже с песочком, зеленью, пальмами и прочими радостями жизни. А между ними — отмели. И рыба. Чтобы до пуза. Чтобы и себе хватило, и на продажу…
Тронула рукой лицо, открыв глаза. Мда. Не рассчитала. Кровь носом пошла. И хреново мне что-то. Не совсем, чтобы сдохнуть. Но ощущения, будто я три дня подряд рыбачила, а теперь откат словила. Похоже — нелегкое это дело, Конфу на плюшки прожимать. Хорошо еще, что я бодрая и вредная, просто так не сломаешь.
С этой мыслью медленно завалилась на бок и отрубилась…
* * *
Солнце только-только покатилось вниз, а меня уже устроили с максимальным комфортом. Мало того — я тут из себя изображала персону благородных кровей. Между двух пальм убрали мусор. Из сухих водорослей
