Она была права. Насчет дороги, не вони. Во всяком случае, будучи парнем, Тони понятия не имел, что женщины ее возраста считают дурным запахом. А вот расписание движения городского транспорта по воскресеньям — это просто катастрофа, особенно если приходится спешить в пригород.
Итак, личная сила волшебницы: на уровне кролика, рекламирующего батарейки «энерджайзер».
Вообще-то с тех пор, как Тони напомнил Арре о ее кошках, он как будто повернул выключатель. Импульс, заставивший волшебницу воскликнуть: «Ох, дерьмо!» продолжал держать ее в напряжении. Чем быстрее Арра двигалась, чем больше делала, тем меньше ей приходилось думать о том кошмаре, который она увидела, прикоснувшись к тени.
«Мысленная памятка! Приготовься к катастрофе и надейся, что она не произойдет при скорости восемьдесят километров в час».
Или, если уж на то пошло, при ста двадцати километрах в час.
Тони так вцепился обеими руками в привязной ремень, что побелели костяшки пальцев. Он никак не мог решить, что лучше: зажмурить глаза или держать их открытыми? Во втором случае он мог бы увидеть свою приближающуюся смерть в скором огненном столкновении машин и приготовиться к ней. С закрытыми глазами парень не видел, как «хэтчбек» по диагонали пересекал поток машин, движущихся к западу. Временами, когда становилось совсем хреново, Арра выезжала на встречку.
Фостеру, как и любому другому парню, нравилось дразнить смерть. Но «любой другой парень» был сейчас волшебницей средних лет, возможно, даже старой, явившейся из другого мира, а здесь оставалось четыре тени, с которыми еще предстояло разобраться. Поэтому такая езда не лезла ни в какие ворота. Арра оказалась хуже, чем Генри и Маус, вместе взятые.
— Ты что, всегда так водишь?
— Боишься?
— Нет.
— Лжешь?
«Так я тебе и признаюсь».
— Нет.
— Хорошо. Отвечая на твой вопрос — почти никогда. Но мы спешим.
На ее щеках горели яркие пятна — точнее, на одной, вторую Тони не видел.
«Можно посмотреть на происходящее со светлой стороны. На такой скорости мы быстро будем на месте. Но любой идиот знает: чем больше энергии сжигать, тем быстрее она закончится. Я должен отвлечь ее или хотя бы заставить сбавить темп».
— Знаешь, я и в самом деле был таким дерганым, когда ты утром сыграла в «Пах! Появляется ласка!»[56].
— Волшебница, а не ласка.
— Неважно. Когда ты объявилась в моей квартире, мне только что приснился сон. — Та бровь, которую видел Тони, игриво приподнялась. — Нет, не такой сон. Кошмар. Мне привиделось, что тень снова захватила меня и унесла за ворота.
— В Страну Оз?
— В комнату, похожую на класс или лабораторию. Там были книги и грифельные доски, покрытые… даже не знаю чем, какими-то вычислениями…
Арра ударила по тормозам, и Тони понял, что ему удалось отвлечь ее лишь в относительном смысле слова. Он крепче вцепился в ремень, когда машина тормознула, почти прошла юзом и заехала на парковку.
Потом визг стих. Фостер лишь на девяносто девять процентов был уверен в том, что визжали шины. Единственными звуками остались шум дождя, барабанящего по крыше, и поскрипывание «дворников».
Арра повернулась к нему:
— На досках было еще что-нибудь, кроме вычислений?
Глаза мертвых были открыты. Судя по выражению лиц, эти люди прожили еще очень долго после того, как их пригвоздили к доскам.
— Да.
— Люди?
Руль скрипнул в ее руках.
Тони кивнул.
Арра на мгновение зажмурилась, а когда снова открыла глаза, Тони понял: ему не придется ничего описывать, потому что она тоже видела такое.
— Это был не кошмар. Образы оставила в тебе тень. Когда она захватила тебя, ты прикоснулся к ее памяти.
— Разве?
— Да. Это объясняет, почему отпечаток тени на тебе заметен сильнее, чем на других.
«Отпечаток!.. Просто охрененно. Извините, я заскочу домой и промою душу холодной водичкой».
Тут до него дошло.
— Значит, то, что я видел, было взаправду?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да.
— Кто те люди?
— Последние два члена моего ордена, сразившихся с Повелителем Теней.
— Мне жаль.
— О чем тебе жалеть? Ты ничего плохого не сделал.
— Я просто… — вздохнул Тони, откинувшись на сиденье. — Забудь.
Легкое прикосновение к руке заставило его снова посмотреть на Арру.
— Извини.
— Эй! — пожал он плечами. — Они ведь были твоими друзьями.
— Да.
В этом спокойном признании таилось столько эмоций, что они наполнили машину, как дым.
Тони не мог взглянуть на Арру, поэтому посмотрел на часы.
«Черт! Десять сорок. Я просто хотел отвлечь ее, заставить сбавить обороты. У меня не было желания возвращать эту женщину к полному ступору».
— Арра, надо ехать, иначе мы не доберемся до ворот вовремя.
— Верно.
Она включила задний ход и чуть не сбила пожилого мужчину, несущего на картонном подносе три небольших стаканчика кофе.
— Может, мне сесть за руль?
— Не смеши!
Парень на скейте показал ей средний палец, когда Арра подрезала его.
— Я просто говорю…
— Не говори!
Они добрались до студии к одиннадцати часам двум минутам и сразу обнаружили, что код на двери павильона звукозаписи изменился. Три неправильно набранные комбинации включили бы сигнализацию. К счастью, Фостер вспомнил об этом, не успев набрать последнюю цифру, и вовремя отдернул руку. Если сработает сигнализация, то явится полиция. «Везение» Тони приведет к тому, что констебль Элсон снова въедет прямехонько в его жизнь.
— Ты можешь что-нибудь с этим поделать?
— Нет.
— Сумеешь перенестись внутрь и открыть дверь?
Арра не успела открыть рот, как Тони понял, каков будет ответ. Наконец-то усталость и нервы дали о себе знать. Щеки волшебницы приобрели пугающий серый оттенок.
— Ты в порядке?
— Выживу.
— Комбинацию не меняли с тех пор, как я начал здесь работать.
Клавишную панель трогать было нельзя, поэтому юноша пнул бетонные блоки фундамента.
— Почему, черт возьми, им приспичило сменить ее сейчас?
— Охране пришлось менять замок на передней двери, наверное, это напомнило и про заднюю.
— Отлично! Подожди, у тебя же есть ключ к… старой передней двери. Так, проехали.
«Одиннадцать ноль семь. Времени остается в обрез. Если мне не придет в голову ничего путного, то оно вообще иссякнет».
— Дверь для плотников!
— Что-что?
— Большая дверь, которой они пользуются для доставки пиломатериала и всякого другого добра для своих строительных дел. Трое из них курят. Ради каждой сигареты они не стали бы все время отпирать и запирать дверь.
Тони бросился бегом, но остановился, когда понял, что Арры рядом с ним нет.
— Беги! — рявкнула она. — А я не спринтер!
— Ты меня догонишь?
— Если не начнешь двигать задницей, то еще и перегоню.
Фостер, взметнув гравий, ринулся за угол, а потом понесся вдоль восточной стены здания.
«Если только Арра не бросит меня снова…»
Дверь плотников походила на рифленую секцию стены. Рельсы не бросались в глаза, щеколда была покрашена той же темно-коричневой антикоррозийной краской, что и дверь. Если не знать, что именно искать, не делать этого целеустремленно, то найти дверь было бы трудно.
С виду она весила целую тонну. К счастью, ее уже приоткрыли примерно на дюйм. Тони ухватился пальцами за край и рванул изо всех сил. Полотно подалось так легко, что он не удержался на ногах и плюхнулся на задницу. Большая плита бесшумно скользила по рельсам, пока не стукнулась о Тони.
«Плюс десять за надлежащий уход за дверью. Минус несколько тысяч за то, что не предупредили!»
Тони поднялся на ноги, перешагнул через низкий рельс, оставил дверь открытой для Арры и побежал к воротам. По крайней мере два молотка стучали в ритме стаккато за постоянными декорациями, изображавшими гостиную Раймонда Дарка, но столовая была уже готова и пуста.
