как кружится голова на свежем воздухе за городом. Но для того, чтобы городские власти перешли от рассуждений к делу, потребовалось нечто значительное — не обычное зловоние, а Великое.
В 1865 году было завершено строительство первой очереди централизованной канализационной системы Лондона, созданной по проекту инженера-строителя Джозефа Базэлджета. Сто тридцать километров труб ежедневно отводили около четырехсот миллионов галлонов[214] сточных вод на восток, в коллекторы, расположенные ниже по течению Темзы. Из коллекторов отходы сбрасывались в Темзу во время прилива и с отливом уносились в океан.
К 1901 году в Лондоне проживало шесть миллионов семьсот тысяч человек. Страшно подумать, что история города начиналась с небольшого отряда римлян, охранявшего мост.
Погружение в эпоху
Для погружения в Викторианскую эпоху существует великое множество возможностей, поскольку этот период британской истории обильно отражен в искусстве, особенно в литературе, которая служит лучшим инструментом для путешествий в прошлое.
При упоминании Уильяма Теккерея на ум сразу же приходит его знаменитая «Ярмарка тщеславия», но в этом произведении описан закат георгианской эпохи. Однако у Теккерея есть в определенной степени автобиографический роман «Иcтopия Пeндeнниca, eгo удач и злoключeний, eгo дpyзeй и eгo злeйшeгo вpaгa». Если «Ярмарку тщеславия» сам автор нaзывaл «poмaнoм бeз гepoя», то в «Пeндeнниcе» есть главный гepoй — мoлoдoй провинциальный аристократ, оказавшийся в Лондоне в двадцатилетнем возрасте. «Пeндeнниc» гармонично перекликается с «Оливером Твистом» Чарльза Диккенса, события которого можно отнести и к поздней георгианской эпохе, и к ранней Викторианской. О более поздних временах Диккенс рассказывает в своем последнем завершенном романе «Наш общий друг». Нельзя обойти вниманием и Энтони Троллопа, заслуженно считающегося лучшим бытописателем Викторианской эпохи. Его роман «Финеас Финн» интересен тем, что в нем описаны высокие политические сферы — главный герой избирается в парламент, причем не самым честным путем…
Множество фрагментарных зарисовок викторианского Лондона оставил нам Артур Конан Дойль. Куда только не заносит жизнь Шерлока Холмса и доктора Ватсона… Кстати говоря, большинство лондонцев верят в то, что Шерлок Холмс существовал в реальности, а тем, кто в этом сомневается, могут посоветовать посетить музей великого детектива на Бейкер-стрит, 221 «б». Вообще-то Конан Дойль выдумал этот адрес, но жизнь сделала его реальным — в тридцатые годы ХХ столетия на удлинившейся Бейкер-стрит появился дом с таким адресом, принадлежавший Строительному обществу Эбби-Роуд. Что же касается здания музея, то у него изначально был номер 239, который впоследствии, с разрешения властей (в виде исключения!) сменили на 221 «б». Зато здание именно такое, какое и было описано у Конан Дойля — георгианский дом, построенный в 1815 году.
О жизни литературных кругов поздневикторианского Лондона рассказывает в романе «Новая Граб-стрит» Джордж Гиссинг, писатель талантливый, но недооцененный. Ну а если захочется викторианского гламура, то нужно обращаться к Оскару Уайльду, которого в лондонских салонах звали «ирландским остроумцем». В «Портрете Дориана Грея» не так уж и много Лондона, в основном действие романа происходит в камерной обстановке, но дело не в декорациях, а в атмосфере эпохи, которую автор блестяще сумел запечатлеть.
В Викторианскую эпоху стало модным ведение дневников и написание мемуаров. Дневники, пожалуй, будут ценнее для потомков, ведь они пишутся для себя и потому очень мало искажают реальность, в отличие от мемуаров. Недаром же Ивлин Во говорил, что «мемуары пишутся только для того, чтобы выставить себя в наилучшем свете», а уж он-то был сведущ в этом вопросе[215]. И если обращаться к дневникам, то в первую очередь — к дневникам самой королевы, наиболее известной жительницы Лондона Викторианской эпохи.
Джон Кроутер. Панорамный вид с вершины Монумента. 1890
Джон О’Конор. Вид на Пентонвиль-роуд вечером. 1884
В 1879 году адвокат Чарльз Чедвик-Хили поручил художнику-акварелисту Джону Кроутеру зарисовать несколько лондонских зданий, которым грозил снос. Поручение имело грандиозные последствия — в течение полутора десятков лет Кроутер создал более четырех сотен городских пейзажей и интерьеров, выполненных в спокойной манере с поистине фотографической точностью.
Серьезные режиссеры, собирающиеся снимать картину, действие которой происходит в Лондоне последней четверти XIX века, начинают с просмотра работ Кроутера. Это занятие не только настраивает на соответствующий лад, но и позволяет избежать исторических ляпов.
Ирландец Джон О’Коннор, бывший главным художником в театре «Хеймаркет»[216], «подружился» с Лондоном после того, как ему заказали лондонские декорации для одной из премьер. Декорации стали первым шагом на пути к славе. Лучшей из работ лондонского цикла считается «Вид на Пентонвиль-роуд вечером».
Френсис Форстер. Квадрант, Риджент-стрит. 1897
Френсис Форстер предпочитал запечатлевать сцены ночного Лондона. Считается, что ночные сюжеты более сложны в исполнении, поскольку не позволяют играть светом в широком диапазоне, но Фостер показал себя непревзойденным мастером ночной живописи. Его картина «Квадрант, Риджент-стрит» интересна не только сама по себе, но еще и тем, что Риджент-стрит была одной из первых спланированных улиц Лондона.
Музыка Викторианской эпохи — это особая тема. Музыка в то время царила повсюду. Любое мало-мальски значимое событие получало музыкальное сопровождение. Джентльмены музицировали (вспомним хотя бы Шерлока Холмса с его скрипкой), а люди простого звания пели песни как за работой, так и во время отдыха… Серьезная музыка постепенно вытеснялась развлекательной. Если при Георгах слушали оперы, то при Виктории в моду вошли оперетты, а на салонных концертах чаще всего звучали легкие песенки, которые по старинной традиции назывались «балладами». Знаковым явлением эпохи стало творческое сотрудничество либреттиста Уильяма Гилберта и композитора Артура Салливана, которые создали четырнадцать комических опер, пользовавшихся огромной популярностью у публики. Премьерные постановки многих опер Гилберта и Салливана проходили в театре «Савой» на Стрэнде, ввиду чего эти оперы иногда называют «савойскими».
Одной из лучших «савойских» опер считаются «Пираты Пензанса». Знакомство с этим полным аллюзий произведением следует начинать после небольшой подготовки, которая поможет проникнуть в скрытый смысл, тесно связанный с характерными чертами Викторианской эпохи.
Глава двенадцатая
Гораздо лучше противостоять пулям, чем погибнуть у себя дома от бомбы
If you’re tired of London, then you’re tired of living, because there is everything that you can expect from life.
Samuel Johnson[217]
15 марта 1909 года американец Гарри Селфридж открыл на Оксфорд-стрит первый в Лондоне (и во всей Британии) универсальный магазин, храм торговли, в котором можно было найти товары любого рода и получить некоторые дополнительные услуги, например — посетить парикмахерскую или выпить
