— И все равно, укуси меня. Я тебе доверяю, ты не причинишь мне вреда, что бы ни говорил.
Вот ведь… Глупый маленький ребенок, что ж ты делаешь-то?!
— Хорошо, — спокойно согласился я. — Больше переубеждать я тебя не буду.
Быстро развернув не успевшего ничего сообразить эльфа к себе спиной, прижался к нему всем телом, зажимая между бедер, чтоб не вздумал трепыхаться. Собрав в кулак мягкие волосы, перекинул их через плечо, освобождая шею, к которой тут же прижался губами. Лисенок сначала вздрогнул, но потом сам склонил голову на бок, предоставляя больший доступ. Ему было страшно, и я чувствовал, как часто бьется его сердечко, но останавливаться уже не собирался, да и он не протестовал, молча кусая губы. Поцеловав местечко за ушком, прошелся языком по всей длине изящной шеи, смакуя вкус и входя в своеобразный транс. Ошейник немножко мешал, портя картину, но сейчас ничего с ним сделать я не мог.
Мои клыки уже увеличились, и я слегка царапнул ими нежную кожу, заставляя выступить пару капелек восхитительно пахнущей алой крови, которые тут же слизнул. Это было нужно, чтобы вырабатываемый мною фермент стал именно таким, который подойдет Лису. Для любого другого он станет быстродействующим ядом. Процесс синтеза требовал некоторого времени, поэтому я продолжал медленно покусывать и вылизывать шею вздрагивающего эльфенка, не забывая успокаивающе его поглаживать по подтянутому животу и часто вздымающейся груди. Очень скоро я с удовлетворением отметил, что вздрагивает он уже вовсе не от страха, и дыхание участилось тоже не по этой причине. Сжав подушечками пальцев каменно-твердый сосок, немного оттянул его и отпустил, сорвав судорожный всхлип с губ Лиса.
Пока я одной рукой поглаживал нежную кожу вокруг второго соска, другая спустилась ниже, и ладонь обхватила горячую напряженную плоть. Рыжик протяжно застонал и выгнулся. Пришлось рыкнуть на него, обхватывая рукой поперек груди и прижимая к себе. Проснувшийся во мне хищник требовал беспрекословного подчинения и признания своего лидерства. Так как эльфенок сопротивления не оказывал и вызова не бросал, послушно следуя моим безмолвным указаниям, я быстро успокоился, продолжая неспешно ласкать. Плавно вошедших в его шею клыков Лисенок даже не заметил, болезненно дернувшись лишь в тот момент, когда я уже их вынимал, реагируя на попавшее в кровь вещество. Оно уже начало действовать, изменения вступали в силу.
Мягко отстранившись, я подхватил дезориентированного эльфа на руки и уложил в центр кровати. Он часто дышал, блуждая потерянным взглядом по комнате. Сейчас Лис испытывает не самые лучшие мгновения в своей жизни, но и ничего смертельного не происходит. У него слегка поднялась температура и немного кружится голова, а вокруг маленьких дырочек на шее, оставленных клыками, по коже расползается изящный узор. Моя метка. Не знающий примет ее за обычную татуировку; тем, кто посвящен, скажет о многом, большинство же просто не заметит, рисунок не так велик, чтобы бросаться в глаза.
Несмотря ни на что, возбуждение Лиса не спало, что уж говорить про меня. Инстинкты настойчиво требовали утвердить свои права на раскинувшегося подо мной эльфа, и я совершенно не собирался им сопротивляться. Пройдясь быстрой цепочкой поцелуев от груди до пупка, удобно устроился между широко разведенных ног Лиса. Он не сопротивлялся, тихонько постанывая от удовольствия и слегка покачивая бедрами так, чтобы головка его члена могла тереться об меня. Что ж, похоже, основная волна изменений уже прошла, рыжик пришел в норму, и можно со спокойной совестью продолжать этот приятный, во всех отношениях, вечер.
Облизав свои пальцы, щедро смачивая их слюной, опустил голову и вобрал в рот твердую плоть всхлипнувшего эльфа, одновременно вводя в него один палец. Его мышцы инстинктивно сжались, пытаясь вытолкнуть инородный предмет, и я замер, давая им привыкнуть, одновременно не прекращая ласкать языком член Лисенка. Никаких неприятных ощущений он испытывать в принципе не мог, разве что легкий дискомфорт от непривычных с собой манипуляций. Моя слюна прекрасно справлялась с ролью лучшей в мире обезболивающей и заживляющей смазки.
Выпустив изо рта член и лизнув напоследок покрасневшую головку, я заскользил губами вверх по телу стонущего и самостоятельно насаживающегося уже на два моих пальца рыжика. Он весь дрожал, всхлипывая и выгибаясь под цепочкой непрекращающихся поцелуев. Прикусив напоследок маленький сосок, скользнул еще выше и впился ртом в алые губы. Лис сразу же ответил, обнимая меня за шею и пытаясь обвить ногами. Некоторое время мы самозабвенно целовались, пока я не решил, что он уже достаточно хорошо подготовлен. К тому же, ждать дольше сил не оставалось, я и так сдерживался из последних сил. Мой собственный член настойчиво требовал к себе внимания, совершенно неудовлетворенный легким трением о простыни и кожу мальчишки. Поэтому, вытащив из тела Лиса пальцы, я выпрямился и, взяв пару подушек, подсунул ему под попу, приподнимая. Эльфенок смотрел на меня совершенно пьяными, ничего не понимающими глазами и пытался притянуть назад, к себе.
Многообещающе ему улыбнувшись, я уселся на кровати и, согнув ноги Лиса в коленях, широко их развел. Открывшаяся мне картина не могла не радовать: меня совершенно точно хотели и ждали, от перспективы дальнейшего развития событий просто захватывало дух. Плотоядно облизнувшись, я наклонился и обвел языком края раскрывшейся дырочки ануса, щедро смачивая их слюной, после чего скользнул языком внутрь. Лис хрипло вскрикнул, выгибаясь над кроватью, пришлось его даже придержать. Не желая дальше медлить, я выпрямился и, приставив головку своего члена к входу в такое желанное тело, плавно надавил, погружаясь вглубь и не встречая явного сопротивления. Оказавшись полностью внутри, я замер, обняв Лиса и прижавшись виском к его виску, вдыхая яркий запах влажных от пота волос и привыкая к обжигающему теплу, плотным кольцом окружающему мою плоть. Рыжик ответно вцепился в меня: руками обхватив за шею, а ногами обвив талию. Мелко подрагивая и шумно дыша, он привыкал ко мне. Гладкие мышцы конвульсивно сжимались вокруг члена, приспосабливаясь, а я считал звездочки, то и дело вспыхивающие перед глазами.
Более-менее освоившись, мы синхронно выдохнули, и я начал медленно и плавно двигаться, постепенно наращивая темп. Очень скоро спальня наполнилась вскриками и стонами удовольствия, все мое тело буквально звенело от напряжения и желания разрядки. Просунув руку между нашими влажными телами, я обхватил и погладил каменно-твердую плоть эльфа. Он сразу же весь сжался и просто взвыл, бурно кончая. Я отстал от него лишь на мгновение. Ослепительная вспышка удовольствия ураганом пронеслась по всему телу.
