Элли слышала звуки бурного веселья, доносившиеся из пещеры. Занят чем, очередной попойкой? У нее скрутило живот, когда она подумала о женщинах, встреченных здесь на днях. Она попыталась заглянуть стражнику через плечо, но паренек был высоким, и его грудь перекрывала значительную часть прохода.
Мег тоже выглядела озадаченной.
— Я пришла, только чтобы забрать свои котелки.
Явно происходило что-то странное. Раньше им никогда не запрещали входить в пещеру, и было ясно, что молодому стражнику не терпится побыстрее избавиться от них. Неужели там было что-то, чего им не следовало видеть?
Должно быть, Мег тоже поняла это. Она взяла Элли за руку.
— Все в порядке. Пусть Доналл принесет их нам попозже.
Мег резко повернулась, чтобы идти домой, увлекая за собой Элли, и та в спешке наткнулась на мужчину, который подошел к пещере вслед за ними.
— Прошу прощения, — машинально сказала она.
Затем она подняла взгляд и остолбенела от потрясения. Кровь мгновенно отлила от ее лица. Она заморгала в полутьме, не веря своим глазам. Мужчина был облачен в грубую одежду рыбака, но она безошибочно узнала этого темноволосого красавца, стоявшего перед ней. Это был Эдуард Брюс. Родной брат Роберта, ее зятя.
Почему?..
Ну, конечно! В одно леденящее мгновение все вдруг прояснилось. Последняя деталь головоломки встала на место. Ястреб — соратник Брюса. Он никогда не был пиратом. Он был шотландским мятежником, сражавшимся вместе с Робертом против короля Эдуарда. Против ее отца. Его желание увезти ее от людей отца в пещере внезапно обрело смысл.
Вот почему Мег говорила об осложнениях. Но ее подруга даже представить себе не могла, до чего все усложнилось.
Затем Элли потрясла внезапная мысль: теперь Ястреб узнает, кто она такая. И сразу все закончится.
Сначала она боялась, что, узнав ее имя, он захочет жениться на ней из-за ее богатства и положения. Но теперь вдобавок обнаружится факт, что она, помимо прочего, свояченица его сюзерена. Элли подозревала, что врожденное благородство заставит его просить ее руки.
Но она не хотела получить его такой ценой. Перспектива разделить судьбу матери излечила ее от подобных мыслей. Нет ничего романтичного в неразделенной любви. Лучше уж выйти замуж за Ральфа.
Затаив дыхание, Элли с ужасом ждала момента, когда Эдуард ее узнает. Ждала, когда раздастся его возмущенный голос, требующий ответа, почему леди Элин де Берг стоит перед ним, одетая как крестьянка.
Но Эдуард не произнес ни слова. Его холодные темные глаза скользнули по ней без всякого интереса, как и в тот раз, когда они впервые встретились на свадьбе Роберта и Элизабет. Одетая в роскошный бархат, украшенная драгоценностями, она оказалась тогда для него недостаточно хороша, чтобы привлечь его внимание, а уж теперь и подавно.
Боже милостивый, он не узнал ее! Элли понимала, что должна бы оскорбиться, но вместо этого не могла поверить в свою удачу.
Чтобы не дать ему шанса вспомнить, она повернулась, чтобы уходить. Но прежде чем она успела ухватиться за руку Мег и поспешить прочь, до боли знакомый голос остановил ее.
Ястреб схватил ее за локоть и притянул к себе.
— Элли? Какого дьявола! Что ты тут делаешь?
Взгляд Эдуарда Брюса снова обратился к ней, изучая с большим вниманием, чем ей хотелось бы.
— Так это и есть ваша пленница?
У Элли создалось впечатление, что она не оправдала его ожиданий.
— Я вовсе не его пленница.
— Она не моя пленница! — выпалил Ястреб одновременно с ней.
Эдуард так усиленно сверлил ее взглядом, что Элли в конец почувствовала себя неловко. В какой-то момент она испугалась, что он все-таки узнает ее. Насмешливая ухмылка изогнула уголок его рта.
Наконец он отвел глаза.
— Она совсем не того типа, что обычно привлекает тебя, Ястреб.
Эрику с трудом удавалось напоминать себе, что перед ним брат короля и что двинуть кулаком по этой ехидной ухмылке — далеко не лучшая идея.
Но, черт возьми, как это было бы приятно!
Сначала Эдуард по-дурацки попался на глаза двум женщинам, а всегда существовала возможность, хотя и слабая, что его могут узнать. А затем он посмел оскорбить Элли, сравнив ее с другими женщинами.
Почему это Элли не должна его привлекать? Что из того, что у нее небольшая грудь, и она не выглядит так, будто только что спустилась с высот Олимпа? Каждый дурак мог бы заметить, как она прекрасна, с ее большими карими глазами в зеленую крапинку, изящным носом и этими дерзкими губами.
Если этот мерзавец ранил ее чувства, его королевские связи ему не помогут. Эрик взглянул на Элли. По ее вздернутому подбородку и красным пятнам на щеках он заключил, что она определенно уловила намек — и, судя по всему, собиралась устроить Эдуарду Брюсу разнос.
Эрику следовало бы предвидеть ее реакцию. Элли не придавала большого значения физической красоте — ни своей, ни чьей-либо еще. Эта ее черта, в числе многих других, восхищала Эрика, и поэтому ее доброе мнение о нем много значило для него.
Но он не хотел, чтобы она оставалась рядом с Эдуардом Брюсом дольше, чем необходимо.
— Вы правы, — сказал он, становясь между ней и Эдуардом. — Элли слишком уникальна, чтобы сравнивать ее с кем-либо еще.
И сразу нахмурился, осознав, что и вправду так думает.
Элли наблюдала за ним этим своим все замечающим взглядом, который так действовал ему на нервы. Не желая смутить ее своими словами и позволить сделать ошибочные выводы, Эрик продолжил наступление.
— Так что ты здесь делаешь?
— Это я виновата, — вмешалась Мег. — Я не поняла, что вы заняты. Мы спустились сюда, чтобы забрать кухонные принадлежности.
Эрик рад был увидеть, что Эдуард, наконец, понял — несколько поздновато, правда, — что не должен выставлять себя на всеобщее обозрение, и удалился в пещеру.
Элли смотрела, как он уходит, и что-то в выражении ее лица насторожило Эрика.
— Я пошлю человека отнести вам все, — сказал он.
Он крепко взял Элли за руку и сопроводил их вверх по склону. Элли, может, и была худенькой, но было чертовски приятно прижимать ее к себе.
Обе женщины держались непривычно тихо, и, как только они вошли в дом, Мег нарочито зевнула и, извинившись, отправилась спать.
Но Элли казалась необычно взволнованной. Она потратила массу времени, снимая плащ, а затем суетливо бродила по комнате, пока не остановилась, в конце концов, у очага погреть над огнем руки.
— Тебе что-нибудь нужно, милая?
— Нет, — поспешно ответила она, затем поправилась: — Да. — Она спрятала руки в складках юбки и повернулась к нему лицом. — Ваши гости. Вы поэтому не пришли сегодня вечером?
