Он заговорил быстрее, возможно, в ответ на сопротивление, которое ощущал в моём свете.
— Ты сама сказала, что его присутствие повышает риск, — повторил Даледжем. — И есть те, кто рискнет большим ради вас двоих, чем ради одного из вас в отдельности. Возьми меня с собой, и я хотя бы позабочусь о Шулере для тебя. Я могу проследить, чтобы он не отвлёк тебя в критичный момент.
Подняв на него взгляд, я почувствовала, как моё раздражение превращается обратно в злость. С другой стороны, мне подумалось, что возможно, отказывать ему из принципа — сейчас не лучшая идея.
Тут мне надо думать как Ревик. Отбросить ненужное дерьмо.
Чистая тактика. Ничего больше.
Стараясь не думать о нём за пределами этих узких рамок, я отвела глаза от Даледжема, пытаясь рассуждать ясно.
Может, он прав. Если я собираюсь доверять ему, почему бы не использовать его сейчас? Конечно, я не могла рассказать ему всего, особенно в данный момент. Но высока вероятность, что мне придётся довериться кому-то из нашей группы. В конце концов. Хотя бы частично.
Правда в том, что я знала — он прав.
Он мог мне пригодиться. Он хороший разведчик. Это я уже видела.
Даледжем, похоже, наблюдал, как я думаю об этом.
Его свет открылся сильнее, снова обезоружив меня.
— Если я не пойду с тобой, можешь не сомневаться, что я буду наблюдать издалека, — добавил Даледжем, жестом показав на дверь. — И я подключу остальных, если посчитаю, что ты в опасности.
Я издала смешок, полный неверия.
— От мольбы ты перешёл к угрозам?
— Я сделаю всё, что потребуется, Сестра.
Он начал говорить что-то ещё, затем прикусил губу. И всё же я ощущала в его свете достаточно, чтобы понимать, что он сказал бы. Он последует за мной вне зависимости от того, дам я ему разрешение или нет. Хуже того, при малейшей вероятности того, что я могу пострадать или погибнуть, он привлечёт остальных.
Иными словами, он может всё похерить.
Выдохнув скорее с раздражением, нежели со злостью, я глянула на Фиграна, внезапно осознав, что он молча наблюдал за нами и слушал, как мы спорим. Однако посмотрев на него, я увидела, что его янтарные глаза сосредоточились над нашими головами, словно происходивший там разговор был бесконечно интереснее того, что слетало с наших губ.
Невольно хмыкнув, я посмотрела на Даледжема, открыто оценивая его. Через несколько секунд я признала поражение, совсем как в Бангкоке.
— Ладно, — сказала я ему. — Не путайся под ногами, бл*дь, — я глянула обратно на Фиграна. — И сохрани ему жизнь, брат. Если он умрёт, это на твоей совести. И тебе не понравятся последствия, я тебя обещаю. Что бы ты ни говорил себе сейчас.
Даледжем уже кивал, его свет источал облегчение.
Это облегчение исходило с такой силой, что я невольно помедлила, уставившись на него. Он не ждал, а тут же склонился над ящиком с оружием. Я ещё несколько секунд понаблюдала за ним, пока он брал беретту и четыре магазина, рассовывал их по карманам бронежилета, который он набросил на одно плечо, просунув руку в пройму.
В итоге я отвернулась и преодолела оставшееся расстояние до двери, чтобы взять куртку.
Сняв её с вешалки, я сунула руку в рукав, всё ещё боковым зрением наблюдая, как Даледжем запасается гранатами, и только тогда заметила, что он уже одет практически в полную армейскую экипировку, не считая бронежилета, который он только что надел. На нём имелись даже антигравитационные ботинки, и я заметила ряд световых бомб, которые висели на его поясном ремне аккуратным рядом светло-зелёных цилиндров.
Глядя на него, я покачала головой, невольно прищёлкнув языком.
Неудивительно, что они с Ревиком сошлись.
Но эта мысль также причиняла мне боль.
Такую сильную, что я не могла дышать несколько секунд после того, как это пронеслось в моём свете.
Меньше чем через минуту он присоединился ко мне у двери, и Фигран стоял перед ним; одну из его худых рук крепко сжимала мускулистая ладонь Даледжема.
— Ты можешь сказать мне, куда мы направляемся? — вежливо спросил он, следя взглядом за моей ладонью, когда я потянулась к дверной ручке. — Или это тоже привилегированная информация?
Подумав над этим вопросом, я вздохнула.
— Мы отправляемся на охоту, брат.
Даледжем всмотрелся в мои глаза, поджав губы в жёсткую линию. Его голос оставался безупречно вежливым.
— И на что именно мы охотимся, самый Высокочтимый и Неоспоримый Мост?
Я сделала жест в сторону, повернув ладонь вверх и игнорируя легкую подколку.
— Может, на ещё одного видящего в Сети Тени, — я поколебалась, затем пожала одним плечом. Я поймала себя на мысли «Пофиг, с таким же успехом можно рассказать ему всё». — Может, на посредника, — призналась я.
Даледжем уставился на меня.
— На посредника.
— Может быть, — ответила я.
— Но как это возможно? — он нахмурился. — Я думал, вы установили личности всех девяти ныне живущих посредников.
— Всех, кроме одного, — поправила я. — Два имени были вычернены. Мы установили личность лишь одного из этих двух — Касс. Война.
— Но ваша дочь, само собой, девятая? — сказал Даледжем.
Я покачала головой, прищёлкнув.
— Нет. Ну… возможно, нет. Я поговорила с Тарси на этот счет. И с Кали, — увидев, как Даледжем вскинул брови и крепче сжав руку Фиграна, я снова показала неопределённый жест. — Кали думает, что возможно, здесь в любой момент времени присутствует девять посредников. В смысле, вне зависимости от Смещения. Она написала девятерых, которые были здесь в начале периода «до-волны». То есть, в период событий, которые привели к самому Смещению. Когда Галейт умер…
— Осталось открытое место, — пробормотал Даледжем, заканчивая мысль.
— Именно.
— Лили — замена Галейта, — сказал он, пристально посмотрев на меня. — То есть, по-прежнему остаётся ещё одно место. Тот, чью личность вы так и не установили.
Я сделала очередной смутный жест «более-менее».
— Это лишь теория. И Фигран рассказывал мне об ещё одном существе. Имя, которое он упоминал, соответствует одному из существ в пантеоне.
— И что это за имя? — спросил Даледжем.
Я уже начала выходить за дверь.
Остановившись, я начала отвечать ему, затем стиснула зубы, по какой-то причине решив этого не делать. Покачав головой, я мягко щёлкнула языком и вышла из номера отеля. Я не оборачивалась, чтобы оценить его реакцию, но ощущала его пристальный взгляд. Я также чувствовала, как он смотрит на мой свет, но деликатно, почти так, как это сделал бы 'Дори.
Его голос зазвучал резче.
— Ревик знал? Об этом другом посреднике. Он знал перед отъездом?
Я вздрогнула. Затем один раз качнула головой.
— Нет.
— Ты ему не сказала?
— Я собиралась, — в моём голосе зазвучали резкие нотки. — Мне не представилось возможности.
Даледжем кивнул, но я ощутила шепоток скептицизма в его свете. Решив проигнорировать это, я зашагала вперёд, сосредоточившись на узорчатом ковре.
Я решила взять его с собой.
Я уже сказала ему больше, чем намеревалась сообщать кому-либо. Ему просто придется смириться с тем, что он не знает всего — и не путаться у меня под ногами, как я и сказала.
В противном случае, возможно, мне самой придется его убить.
Я вздрогнула от этой мысли, не желая представлять, что скажет Ревик, если я убью его бывшего бойфренда во время операции, какими бы ни были мои причины. Даже если он в принципе согласится с этими причинами, я его знала. Он воспримет это не лучшим образом. Это может оказаться даже чем-то непростительным, поскольку он признался мне, что всё ещё любит Даледжема.
Правда в том, что мне приходилось мыслить в таком ключе.
У меня не было выбора. В данный момент мы все шли ва-банк.
Все были разменными монетами.
Даже бывшие любовники моего мужа… даже те, кого он до сих пор любил.
И я сама была разменной монетой, не считая того факта, что моя жизнь, жизнь Ревика и Лили в настоящее время балансировали на лезвии одного и того же острого ножа. Каждый видящий был разменной монетой, что бы я ни чувствовала к ним, кем бы они мне ни приходились. В данный момент я не могла себя обманывать.
