он подходит ко мне и отодвигает мой стул.
— Спасибо. — Говорю я, садясь. — А мне тоже полагается салфетка?
Я подмигиваю.
— Как я мог забыть? — Поддразнивает он, беря со стола еще одну салфетку и кладя ее мне на колени.
— Ты превзошла саму себя, мама. — Говорит Кэш, накладывая большую порцию лазаньи. — Это желанный отдых от еды три раза в день.
Дилан рассказал мне, что Кэш следит за подготовкой команды для нового офиса «Stafford Holding» в Лондоне и проводит там много времени.
— Я всегда рада приготовить тебе домашнюю еду, милый. — С энтузиазмом говорит Джоанна. — О, это мне напомнило. На днях я встретила маму Эверли на рынке «Мейн-стрит», и она сказала мне, что Эверли живет в Лондоне и руководит европейским подразделением Таунстеда. Почему ты мне не сказал? Ты ее уже видел?
Джоанна засыпает Кэша вопросами в перерывах между поеданием своего салата.
— Тео упоминал об этом. — Пожимает плечами Кэш. — Но я ее не видел.
— О, это очень плохо. — Надулась Джоанна. — Она милая девушка.
— Да, наверное. — Говорит Кэш, отводя взгляд.
Дилан наклоняется, чтобы шепнуть мне на ухо.
— Таунстеды живут на другом конце города, и мы выросли вместе. Тео и Кэш были лучшими друзьями с начальной школы. Эверли — сестра-близнец Тео.
Я киваю, делая глоток воды.
— Марлоу. — Джоанна поворачивается ко мне. — Чуть не забыла сказать, что на следующей неделе ты должна взять с собой Ваффлза. У нас большой задний двор, ему понравится.
Я потрясенно моргаю, не уверенная, правильно ли я ее поняла.
— О, не думаю, что это хорошая идея. Он у нас тот еще тип, только спроси Дилана.
Я киваю ему.
— Папа учит Ваффлза сидеть. — Промурлыкала Лола, запихивая в рот вилку еды.
— Дилан? Дрессирует собаку? Вот это я должен увидеть. — Кэш озорно ухмыляется. — Как дела, старший брат? — Дразнится он, как будто уже знает ответ.
Дилан смотрит на Кэша поверх своего стакана с водой. У него было еще несколько неудачных тренировок с Ваффлзом. Он отказался от онлайн-видео и обратился за советом в местный дрессировочный центр. Я предлагала нанять профессионального дрессировщика, но он твердо решил сделать это сам.
— Дрессировка или нет, но мы будем рады видеть Ваффлза у себя в гостях. — Искренне говорит Джоанна. — Ты согласен, Майк?
— Абсолютно. Мы будем рады ему в любое время. — Заверяет меня Майк со своего места на другом конце стола.
— Спасибо.
Дилан ободряюще сжимает мою ногу. Он должен знать, что жест его родителей много значит для меня.
Находясь здесь, я ощущаю чувство принадлежности, что резко контрастирует с ощущением чужака в моей семье, когда я росла. Стаффорды приняли меня с распростертыми объятиями, со всеми недостатками, и какая-то часть меня никогда не захочет уезжать.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
Я опаздываю на следующую конференцию, и когда я присоединяюсь к ней, Харрисон и Кэш уже в сети.
— Ты бы видел маму за ужином вчера вечером. Я не видел ее такой взволнованной с тех пор, как она узнала, что Джек и Пресли вместе. — Сообщает Кэш Харрисону.
— Расскажи мне об этом. — Ворчит Харрисон. — Она позвонила сегодня утром и прочитала мне лекцию о том, что я заставляю его так много работать. Может, я и генеральный директор, но я же не могу контролировать вас двоих. — Он вскидывает руки вверх. — К тому же сейчас, когда идет работа над проектом «Vanburen», все руки заняты.
Мама сегодня тоже не давала мне покоя. Я объяснял, что мы с Марлоу не торопимся, но это слово не в ее лексиконе.
Она, правда, правильно заметила, что я слишком много работаю. Я уже решил, что, как только этот проект будет завершен, сокращу штат и найму еще одного старшего аналитика, чтобы у меня было больше времени на Лолу и Марлоу.
Они — мой главный приоритет, и настало время уделить им обоим внимание, которого они заслуживают.
Марлоу отлично вписалась в мою семью, и я намерен приглашать ее на ужин каждую неделю — и Ваффлза тоже.
— Ребята, вы ведь знаете, что я сейчас на связи? — Спрашиваю я, приподняв бровь.
— О, Дилан, мы тебя там не видели. — Говорит Кэш, притворяясь невинным.
— Ты также сказал Харрисону, что мама спросила, не встречался ли ты еще с Эверли? — Кокетливо спрашиваю я. — Если бы она знала, что ты был влюблен в неё, когда мы были детьми, она бы уже назначила вам свидание.
Моя мама всегда была неравнодушна к Эверли и радовалась, когда она приходила поиграть к нам домой, когда мы были младше. Несомненно, она надеялась, что Эверли когда-нибудь станет постоянной частью нашей семьи.
— Заткнись. — Пробормотал Кэш с ухмылкой.
— Ты прав, Дилан. — Глаза Харрисона загораются узнаванием. — Разве его не отстранили от занятий за то, что он ударил Джейкоба Барлоу по лицу, когда тот нагрубил Эверли на выпускном?
— Да. — Восклицаю я. — И он каждый день носил ее книги в класс.
— Ребята, может, хватит? — Жалуется Кэш. — Разве у нас нет дел, которые мы должны обсудить?
— Это ты начал. — Я пожимаю плечами. — Кроме того, если с Марлоу все пойдет хорошо, в конце концов мама потеряет интерес. А если она узнает о твоей маленькой влюбленности в Эверли, то в следующий раз придет за тобой. — Игриво предупреждаю я.
— Этого не случится. — Бормочет он.
Я сдерживаю самодовольную ухмылку.
Да, я тоже так думал, а теперь посмотрите на меня.
Уже поздно, когда я наконец-то закончил работу на сегодня. Я написал Марлоу, попросив ее подготовить Лолу ко сну, чего никогда не просил делать, когда я дома. Раньше я справлялся с этим сам, ведь укладывание Лолы спать — это нечто особенное, что мы всегда разделяли. Однако мне нравится идея, что Марлоу будет участвовать в этом. И не только сегодня.
Когда я выхожу из своего кабинета, из комнаты Лолы доносятся звуки песни Уитни Хьюстон «I Want to Dance with Somebody».
— Да, именно так. — Слышу я слова Марлоу.
Лола хихикает.
— Мне нравится быть маргариткой.
— Ты естественна. — Заявляет Марлоу.
Я заглядываю в комнату и вижу, как они покачиваются, сложив руки на боку. Лола уже переоделась в пижаму с единорогом, а ее волосы заплетены во французскую косу.
Она серьезно отнеслась к своей роли маргаритки и настояла на том, чтобы мы репетировали каждый вечер. Единственное отличие — это выбор песен: она предпочитает плейлист Марлоу 80-х годов.
Может, у нее и не будет
