Говоришь положение для тайги нетипичное? — выдал Славка через пять минут.
— Ну сам смотри, — хмыкнул я, скидывая карту.
— Да, в этом случае похоже не «нечистик от места», а «место от нечистика».
— А чем этот таёжный от Лешего отличается? — заинтересовался я.
— Нечисть на дух не переносит. В его владениях нечисть долго не задерживается, всё сам. А в остальном — данных нет, они далеко на восток за Уралом. Кстати тайга пропадает — нормальные леса появляются. Не везде, но там, видно, обычные Лешие появляются. А таёжные выходят такими «анклавами» с тайгой.
— Угу, спасибо, — отметил я.
Добрался до ближайшего места трассы, сныкал байк, ну и потопал в тайгу. Натуральную тайгу — не обращали внимания, на пути в Конфедерацию. Ну хвойный лес и хвойный, с трассы не поймёшь. А в самом лесном массиве и отсутствие толкового подлеска видно, и обилие мха, да даже туман от заболоченности и сумрак от ботвы.
И внимание на меня навалилось… ОЧЕНЬ недоброе, но рассеянное такое, со всех сторон. И через минут двадцать на меня стало выносить всякое зверьё, обычное и не очень. Это зверьё боялось, но рвались к моей бессмертной персоне с очевидными агрессивными намереньями. И какие-то совсем лютые твари — я только и успевал Славке отсылать «скриншоты» мечась и от зверья отбиваясь.
Лесной бес — вообще погань несусветная: пятнистое тело гиены, оленьи рога, растущие… из глазниц. И тройка буркал вместо от лба до пасти, вертикально. Пасть на башке — хищная, с вываленным язычиной. Пасть на груди (вот ипанутся, а была, раза в три побольше головной) — травоядная. И плюющаяся, блин, небывальской кислотой, точнее — желудочным соком. Так он мне более-менее сносный, но метровые сосны проедал!
Гром-птицы, мерзкие тварюки — тоже, вроде как не опасные, но тросы от ихних разрядов грома (вот тоже, небывальская хрень — они поражали электричеством от ГРОМА, молний никаких не было!) на долю секунды колбасило.
Из каких-то дебрей небывальщины занесло шадхавара — единорога персидской мифологии. Небольшой олень, с лютейшим рогом из середины башки, по-бараньи закрученным. Так он явно «науськивал» зверьё мелодией, проникавшей в дупла это лютого рога. Ну типа бард зверский, так-то они рвались, но с этим рогатым свистуном — бодрее и противнее.
Ну и всякие типичные верволки, паутинники, лоси, беры, рыси и прочее зверьё.
И всё это чуть ли не военную операцию затеяло: прибей Кащея. Достали, блин. Ну и понятно, что хрен куда денешься, только отбиваться от этого зверства. Можно было и не отбиваться, но тогда совсем неинтересно.
В общем, полчаса я страдал фигнёй, потом озверел, отломал у шадхавара его рог-дудку (Славка говорил, что охренительный инструмент может выйти, полезный и вообще). И честно проорал местному нечистику:
— Или выходишь говорить, или начинаю твоё зверьё убивать! Достал, скотина!
Ну так-то я пока просто зверью лещей тросами выдавал, на диалог рассчитывая, но достало. Местный зверский полководец на мои слова не отреагировал. Дурак какой-то, вынес я диагноз и стал зверьё убивать.
И через пять минут потерявшие в списочном составе животины дунули в лес. А я хоть понял «куда идти-то», но в смысле где нечистик локализован. А то кроме деревни — и не ясно ничего было. А так — недалеко поганец, но может, хоть сейчас станет договороспособен, ну и выясню, что с велотами.
А через минуту я не принял форму мужского хера в рост Кащея только из-за офигевания. На меня, извиняюсь, пёрли десяток велотов! С дубинами, фонящими небывальщиной! Не слишком воинственные и довольные, но целенаправленно и вообще!
— Уйопывай из леса, нечисть! — помахивая дубиной орал один из них.
— Нет тебе тут места! — вторила ему вторая велотка.
Ну и прочие подобные вопли орали, дубинами помахивали и приближались. Не атаковали, но видно: атакуют. Но пытаются прогнать, причём… блин, они как-то более небывальские, чем встреченные.
— Уйду… — начал было я.
— Вот и вали!
— Стопэ!!! — рявкнул я во всю мощь стальных лёгких и небывальщиной крик приправил.
Прониклись вроде. Остановились, глазами на меня лупают.
— Вы из Шрохово? — уточнил я.
— Ну! Вали, нет тебе тут места!
И ведь не зачарованы, ну, то есть явно в мозг не оттраханы нечистью. И явно не рвутся в бой. Блин, непонятно нехрена, но судя по всему — тут местный таёжный замазан. Непонятно как, но надо выяснять.
— Мне с таёжным поговорить надо…
— Нет!!! Вали из леса, нечисть поганая!
И пошли ко мне, дубинами помахивая. Так-то справлюсь, но начинать «спасательную операцию» с вырезания нахрен спасаемых — как-то совсем по-идиотски. И увечить их неохота, но небывальщина в дубинах неприятная, «нежно придерживать» этих обломов не выйдет. Да и велотихи, в основном, как-то им морду бить не жунтельменски и вообще.
Соответственно, решил я с местным нечистиком разобраться, без участия «спасаемых». То, что я мозготрах не ощущаю, совершенно не гарантия, что его нет.
А вот то, что велоты и велотихи мало того, что бросили семьи и свалили по-английски, так ещё явно нечистика… Ну, защищают, судя по всему — это практически гарантия, что мозготрах есть.
И, чтобы велотов вызволить, надо таёжного этого жопить, ну и, по обстоятельствам, смотреть. Сами металюди здоровые, быстрые, но тяжелые, ничего кроме дубин, не имеют. И, невзирая на выкрики и прочее — явно не горят желанием меня воевать.
Так что выпустил я тросы и под унылые (реально — унылые) выкрики велотов почелопучил по дуге к месту ощущения нечисти.
Велоты за мной выдвинулись, но учитывая их кондиции — крайне вяло, не быстрее идущих людей. А я, приближаясь к месту обитания нечистика, почувствовал ещё одного велота, непосредственно неподалёку от него. Ну и хрен с ним, разберёмся, заключил я, выскакивая на поляну, где стояла… Да, наверное, юрта. Хотя я таких чумов фигвамистых не видел никогда — землянка в холме, судя по поднимающейся из него срубу, а поверх — шерстяной дом, довольно здоровый, из шкур различного зверья мехом наружу.
Ну да не суть, а суть в том, что нечистик стоял перед этим элитным фигвамом, уперев руки в боки, пырясь на меня крайне недобро. Высокий, широкий, очень похожих на велотов, в кожаных, грубо выделанных штанах и довольно современного вида рюкзачке-торбе за спиной. Хоть и тоже грубой выделки.
Сказать, что он соответствовал Лешему — было сложно. Связи с лесом у этого типа точно не было, насколько я ощущал. Выходил он скорее хозяин зверей, но не вида, а «по площади». И с велотами, похоже, какая-то связь через небывальщину идёт. Паразитирует он на них, что
