распустил тросы груди и яблоко там схоронил. И только думал двинутся, как выходит на бережок Ладон. С мордой кисло-о-ой, как буд-то ящик лимонов сожрал. И зыркает на меня недовольнее, чем когда я появился.
Ну началось, широко оскалился я, прикидывая, бить или бежать, начиная для начала, веселится. Потому что без веселья — совсем кисло, как ладоновские рожи, да.
— Бессмертный, ты… к жене своей? — процедила одна из голов.
— Э-э-э… да, — растерялся я.
Ну ладно бы — смертью убивать, или просто обозвался бы. А тут о дороге спрашивает. Подозрительна!
— А с какой целью интересуешься? — прищурился я на него.
И тут до меня дошёл интересный момент — мы общались не по-русски. Но и не по-гречески — какой-то выверт небывальщины, когда неважно, на каком языке трындеть — передается смысл. Просто построение вопроса вызвало… затруднение — я не знал, как передать нужные оттенки смысла, залип на секунду, и понял что общаюсь не столько словами, сколько смыслами.
— Да Атлантиды ноют, — страдальчески сморщился титан-дракон. — “Помоги да помоги, какая любовь!” — явно цитируя пропищала одна из голов. — А Геспериды вторят, — сплюнула одна из голов. — Путь открыть к твоей жене?
— Хм, а что должен буду? — резонно поинтересовался я.
— Ничего, если свалишь! Покой у меня дома этим и так обеспечишь!!! — аж задрожал остров после последних слов.
— Понял, — всё понял я. — Буду признателен.
— Вали уже! — махнул лапой Ладон, отчего в метре передо мной небывальщина и реальность скрутились в окно.
Ну просто дыра в пространстве, в который были видны стены Стального. Ну и газанул я, пока не передумал титан. И притормозил на дороге к Стальному.
Остановился, помотал головой и оповестил окружающую реальность:
— Йепанутся!
Реальность на это промолчала, а я быстро прикинул: атлантиды, это, видимо, дочери Атланта и Гесперы. А геспериды — нимфы, от Геспера. Но зовут их гесперидами скопом, хотя вроде как разный небывальский тип, да и атлантиды — титаниды по отцу. Правда кто мать нимф-гесперид непонятно. Ну и хрен с ними, ладоний, махнул я лапой и погнал к Ленке.
По пути связался со Славкой, сообщил, что достал. И галопом забежал в замок. Только вступил на порог комнаты, раскрывая тросы груди, сопровождаемый остроухим — интересно ему было, да и к Зелёнке он дружески относился. В общем, перступаю порог, а по небывальщине такой, то ли звук, то ли вибрация. Струна рояльная лопнула, если ощущения совсем похоже передать. Я замираю, с лапой у себя в груди, острые ухи за спиной со свистом воздух рассекают — Славка тоже понять пытается, что творится, башкой вращает.
И тут из короба моих тросов доносится голос.
— Кащей, я же говорила, что для такого уровня БДСМа ещё не готова. Хотя, если настаиваешь, можно попробовать…
— Славка, вали а? — по-доброму попросил я. — Стопэ!
— А?
— Я пнуть обещал.
— Не сильно.
— Не сильно. А теперь вали.
— Валю. И припомню, — свалил ушастый.
А я распустил тросы, а там задумчивая Зелёнка сидит и на меня смотрит, аж с некоторым испугом. И весельем.
— Нет, я всё понимаю, но ТАК ты меня убьёшь, — указала она на тросы, из которых я до сих пор состоял. — И как я так заснула? И что это у тебя? — указала она на лапу в груди.
— Так. Это — тебе, — протянул я Зелёнке яблоко.
Ну не выкидывать же? Да и возьмет и заснёт ещё по новой. Пусть питается. Ленка яблоко взяла, принюхалась, аж ушами от запаха замотала. И с улыбкой начала им хрустеть.
— А ты пробовал? — блеснула она на меня глазами. — И что это за чудо?
— Молодильные яблоки. Не пробовал, — ответил я, стараясь навести порядок внутрях.
А то штормило меня от всего не по-детски. И Ленка пока просто не понимает, что с ней было. Пусть проснётся, всё расскажу, а потом обниматься и разбираться, да.
— На кусочек, — с видом королевы протянула мне кусочек Ленка.
Я и захрустел. Вку-у-усное! И… упс. Совсем упс. Проняло, отметил я, подхватывая довольно пискнувшую Зелёнку на руки и вбирая тросы в себя.
— В спальню! — мужественно решил я, потому что мочи никакой не было, еле удерживался, чтоб прямо тут.
— Можно и в баню… — начала кривляться зелёная вредина. — Но в спальню быстрее. А потом ты мне расскажешь. Интересно, что-то вокруг не то. Но — потом!
И она права, отметил я, забегающий в спальню с женой на руках. Поговорить и потом можно, а сейчас надо отдавать сложнонакопительные семейные долги, да. И всё-таки хорошо с моей Зелёнкой, факт!
