Выбежав вместе с несколькими офицерами на улицу и смешавшись с толпой, я увидел вокруг себя почти все интеллигентные лица, массу дам, в полном экстазе со слезами на глазах поющих гимн, видимо, ожидая выхода Государя на балкон или к окну. С большим трудом удалось заставить публику понять слова обращения к ним. Наконец, пение гимна прекратилось и все начали ожидать окончания завтрака и выхода Государя на подъезд. По настроению толпы нужно было ожидать небывалой трогательной встречи и глубоко патриотической манифестации. Каково же было разочарование толпы, когда после долгого ожидания она узнала, что Государь Император уехал с другого подъезда. Жаль было глядеть на печальные лица.
Отправившись немедленно на вокзал, я успел еще увидеться с Государем, который высказал мне, как он тронут поведением народа и выражениями горячей верноподданной любви. Можно только пожалеть, что Государю не дали возможности ближе познакомиться с энтузиазмом народа и дать последнему на Себя посмотреть.
Вернувшись в Петергоф, я продолжал свою службу на яхте «Александрия», которая перешла, ввиду отъезда Государя из Петергофа в Ливадию[335], в Петербург к Царской пристани.
В конце сентября я получил приказание Военно-походной канцелярии Его Величества[336] прибыть к 15-му октября в Ливадию для несения дежурства при Государе до 1-го ноября. Было известно, что Государь Император только к 15-му октября должен вернуться из Италии, куда Он ездил для отдачи визита Итальянскому Королю.
14-го октября к вечеру я прибыл в Ливадию, где мне немедленно была отведена комната в свитском доме. Сделав необходимые визиты лицам свиты и фрейлинам, я узнал, что Императрица очень плохо Себя чувствует и почти все время лежит, а Государь ожидается на другой день утром на яхте «Штандарт», вышедшей уже из Одессы.
Все искренно сокрушались над нездоровьем Ее Величества, предупреждая меня, что мое дежурство пройдет скучно и монотонно, так как Государь не отходит от Ее Величества.
На другой день наблюдательные посты на берегу начали извещать о благополучном приближении яхты «Штандарт». Когда яхта прошла Ай-Тодор[337], лица свиты выехали на томобилях на пристань для встречи Государя.
При подходе яхты к пристани начальствующие лица и свита были предупреждены о немедленном отбытии Государя в Ливадию. В это время неожиданно на набережной Ялты показались два автомобиля, на которых на первом находились Государыня Императрица и Августейшие Дети, подъехавшие к яхте как раз ко времени установки сходни.
Государь Император, находясь на мостике, приветствовал Ее Величество и Детей, а также собравшихся для встречи. В это время Ее Величество приказала открыть дверцы автомобиля, вышла с Детьми из него и довольно бодрым шагом поднялась по сходне на яхту, где была встречена Государем и экипажем яхты.
Минут через 10 все ожидающие на пристани были приглашены на яхту к Высочайшему завтраку, во время которого Ее Величество сидела, как всегда, по правую руку Государя.
После завтрака все отбыли в Ливадию, счастливые видеть Государя благополучно прибывшим из путешествия в Италию и выздоровлением Ее Величества.
Жизнь в Ливадии протекала следующим образом: Государь, вставая, как всегда, рано, около 9 часов утра выходил на прогулку по Ливадийскому саду, возвращался часам к 11 и занимался делами или принимал представляющихся. В 12 1/2 часов начинался Высочайший завтрак, к которому ежедневно приглашались все лица, проживающие в Ливадии и составляющие Двор и свиту Их Величеств. Часов около 2-х Его Величество в сопровождении приглашенных лиц совершал прогулку или поездку на автомобиле с прогулкой, возвращаясь во дворец к 5 часам. После чая в интимном кругу Государь принимал доклады министра Двора, гофмаршала, Походной канцелярии и т. д. В 8 часов Их Величества обедали у Себя, а для лиц свиты накрывался гофмаршальский стол в столовой дворца. По воскресеньям и праздничным дням к завтраку после Богослужения приглашались начальствующие лица и офицеры яхты «Штандарт».
Мне, как вновь приехавшему, пришлось ездить представляться Великим Князьям, жившим со Своими Семьями в лично принадлежащих Им имениях недалеко от Ливадии. В это время в Своих имениях жили: Великий Князь Георгий Михайлович, Александр Михайлович[338], Николай Николаевич[339] и Петр Николаевич[340].
На другой день Своего приезда Государь приказал мне через Своего камердинера явиться к 2 часам к подъезду дворца, где и ожидать Его выхода. Не зная цели вызова, я явился в полной дежурной форме. Увидя меня, Государь приказал снять оружие, ордена и шарф и затем спросил меня, люблю ли я ходить пешком. Пришлось чистосердечно признаться, что по роду службы своей мне редко приходилось заниматься прогулками, так как вся жизнь моя прошла или на корабле или в казармах. «Ну, ничего, — сказал Государь, — Мы попробуем первый раз легкую, небольшую прогулку, для чего пойдем по горизонтальной дорожке на „Харакс“, а назад по нижней дороге через „Ореанду“»[341]. С этими словами Государь тронулся в путь спокойным, размеренным шагом, задавая мне по пути различные вопросы, касающиеся, главным образом, флота, службы в нем и т. п.
Прогулка продолжалась 2 1/2 часа без перерыва с одной остановкой у «Харакса» на время закуривания папиросы. К концу прогулки я едва шел, двигаясь лишь силой воли и терпя мучительные боли от мелких камней на дорогах, которые через тонкую подошву парадных сапог, казалось, проникали до мяса.
Когда, дойдя до дворца, Государь, поблагодарив за прогулку, удалился в покои, я едва дошел до своей комнаты, где немедленно переодел обувь.
На другой день повторилась прогулка, но я шел уже сравнительно легко, так как предусмотрительно был в строевых сапогах на толстой подошве и с разрешения Его Величества с палкой.
Прогулки продолжались ежедневно, при чем продолжительность их все время увеличивалась, доходя иногда до пятичасовых. Шли все время безостановочно, останавливались или для закуривания, или же чтобы полюбоваться открывшимся видом.
В Ливадии Государя окружали следующие лица: министр Двора, гофмаршал, дворцовый комендант, флаг-капитан Его Величества, начальник Походной канцелярии, командир Сводного полка, командир конвоя[342], лейб-медик, духовник и дежурный флигель-адъютант. При Ее Величестве — одна дежурная свитная фрейлина и гостила Анна Александровна Вырубова, в то время уже разошедшаяся с мужем.
Утром до завтрака каждый занимался своим делом. После завтрака, если не были приглашены на прогулку, ожидали возвращения Его Величества, чтобы между 5 и 8 часами иметь свой очередной доклад. После доклада все были совершенно свободны и могли уезжать из района «Ливадии», для чего каждому полагался отдельный парный экипаж.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
